Глава 6

Цена спасения

Утро следующего дня выдалось серым и промозглым. Я приехала в яхт – клуб. Я должна была сделать это лично. Должна была бросить Родиона.

Я нашла его на нашей яхте. Он возился с какими – то чертежами, но, увидев меня, просиял. Он налил мне чай, его глаза светились счастьем. А мои глаза плакали, а душа разрывалась. Мне больно было, я не могла дышать.

- Мне нужно поговорить, - начала я, собрав всю волю в кулак.

- Сначала ты выслушай меня Эва, а потом можешь говорить всё, что захочешь, хорошо.

Я села на стул на против него, но моё сердце рыдало.

- Эвелина, он взял мою руку. Ты знаешь, как я тебя люблю. Если я даже попробую выразить свои чувства не выйдет. Ты мне сказала, что я твой единственный, я тоже не могу без тебя. Послушай, меня до сегодняшнего дня я ничего не боялся, а теперь я боюсь потерять тебя. И ты это знаешь. Я могу дать тебе кое – что, всю жизнь. Будем сидеть за столом в нашем доме, что скажешь.

Он достал коробочку и кольцо.

- Ты выйдешь за меня, скажи мне, да и я всегда буду готовить тебе завтрак. Мы будем счастливы. Ты выйдешь за меня, ты выйдешь за меня Эва?

- Нет, я не выйду за тебя Родион. Прости меня, я не поеду с тобой, после того как пообещала, что уеду с тобой. Я так много думала, и я не могу есть вещи, от которых я не смогу отказаться они держат меня. Я не могу ехать с тобой, я не смогу жить с тобой. Ты был прав, мы просто из разных вселенных. Я не могу жить в твоём мире, забудь меня Родион.

Я встала и пошла к выходу, не оборачиваясь. На улице хлынул ливень. Я шла и плакала в унисон с дождём. Я только что сделала невыносимо больно тому единственному человеку, которого любила по – настоящему.

В голове мелькали моменты с ним. Вот мы запускаем бумажного змея, вот мы едим сладкую вату, вот он целует меня. Его сильные руки, его губы, его глаза.

- Отче прошу тебя сотри мне память, - я упала на колени возле машины.

А тем временем моя мать, решив окончательно обезопасить сделку, съездила к родителям Родиона. Она устроила скандал, заявив, что я помолвлена с Дамиром и потребовала, чтобы их сын больше никогда не приближался ко мне. Отцу Родиона стало плохо и его увезли в больницу. В тот самый момент, он любимый мой человек возненавидел меня и решил мстить.

Следующие недели превратились для меня в бесконечный, выматывающий фарс. Я готовилась к свадьбе. Дни слились в одну сплошную череду примерок пышных, удушающих платьев, дегустаций блюд для банкета на пятьсот персон и подбора цветов, которые пахли приторной, тошнотворной сладостью. Родители, наконец – то избавившись от нависшего над ними банкротства, искренне радовались.

Дела пошли в гору, наш особняк снова наполнился шумом и фальшивым оптимизмом. А мой брат…брат жил так, будто ничего не случилось. Он снова улыбался, шутил и планировал своё будущее, словно не его руки были по локоть в земле в ту страшную ночь.

Я же существовала в аду. Единственной моей мыслью был он – Родион. Я не видела его с того момента, когда бросила его. Вернее, я ходила и тайком смотрела на него из далека чтоб он не видел меня, смотрела и ревела. Мне хотелось прикоснуться к нему, обнять. 

Когда его провожали родители и его крестная, сестра. Я стояла и смотрела вслед уезжающей машине, она увозила моего любимого в другой город. Я плакала за углом его дома.

Его крестная меня увидела

- Что ты тут делаешь? Ты давно уже проводила его. Ты даже похоронила его. Растоптала его и пришла. А теперь чего ты добиваешься? Ещё и плачешь? Из –за кого ты плачешь, а? Из –за Родиона или из – за себя? ... Что случилось, то случилось, что разбилось, то разбилось… Уходи отсюда. И моя дверь отныне закрыта для тебя.

А его родители… я была уверена, что они меня ненавидят. Для них я была той самой избалованной богачкой, которая поиграла чувствами их сына и разбила ему сердце. И, наверное, он сам думал так же.

Свадьба прошла с королевским размахом. Прессу пустили даже в спальню, снимая каждый мой шаг. Вся знать Москвы собралась поздравить «идеальную пару» Для них это был праздник. Для меня – изощрённая пытка. Я механически улыбалась, кивала и позволяла вести себя под руку. Дамир пользовался ситуацией и постоянно прикасался ко мне. Он держал меня за руку и целовал в щёку. Обнимал и шептал что я его. Как же было противно. Я еле дождалась окончания этого кошмара.

Когда мы остались одни в огромной спальне нашего дома (Дамир его выкупил). Мы были ему обязаны всем.

Я поставила ему условие.

- Я буду спать в отдельной комнате.

Он лишь улыбнулся снисходительно, снимая галстук.

- Нет, дорогая. Это не дело. На людях, и тем более при семье, мы должны спать в одной спальне. Но я к тебе не прикоснусь без твоего согласия, - он провёл рукой по моей щеке.

Я с трудом сдержалась, чтобы не отшатнуться.

- Ведь я так сильно тебя люблю.

- Ты псих, - прошептала я, отворачиваясь.

Так началась наша совместная жизнь. Мы стали жить в моём бывшем доме с моими родителями, который теперь принадлежал ему. 70% процентов акций нашего бизнеса, тайна моего брата, и я принадлежали тоже ему.

Это была золотая клетка, из которой не было выхода. Я была женой человека, которого ненавидела, ради спасения брата и семьи, продав свою любовь и свою душу. Ночами я лежала в огромной кровати и смотрела в потолок, слушая его ровное дыхание рядом, и молилась лишь о том, чтобы эта пытка когда – ни будь закончилась.