Пролог. Горный хрусталь.

В ГОРАХ ОБНАРУЖЕН НОВЫЙ ВИД РЕПТИЛИЙ?

Нейбергорд, 11 апреля. Группа туристов, совершавшая восхождение в восточных отрогах, столкнулась с необычным явлением. По словам руководителя группы, г-на К. Мюллера, они заметили крупное животное, передвигающееся на двух ногах и обладающее явными признаками рептилоидного строения. Существо скрылось в расщелине до прибытия спасателей.
Министерство охраны природы подтвердило получение сообщения и направило в район экспедицию для первичного обследования. "Речь, вероятно, идёт о ранее неизвестном подвиде горного варана, адаптировавшемся к вертикальному передвижению".
Прокомментировал ситуацию профессор Г. Леманн из Института зоологии. "Однако окончательные выводы можно будет сделать только после получения образцов".
Местные жители в последние недели сообщали о странных звуках в горах, напоминающих далёкий гром. Связь этих явлений с находкой пока не установлена.

Экспедиционный лагерь "Улей-0"
Восточные отроги, 15 км от Нейбергорда
13 апреля 1671 года, 22:30

Палаточный городок раскинулся на плато, нависающем над расщелиной. Десять палаток, три грузовика с оборудованием, полевая кухня и генератор, гудевший в утробном, низкочастотном ритме. Всё здесь пахло озоном, бензином и предчувствием.
Виктор Силио сидел за складным столом в командирской палатке, разглядывая фотографии с тепловизора, сделанные разведывательным дроном. Рядом стоял профессор Норберт Хейрик, высокий, нервный, с глубокими тенями под глазами. Напротив, грузно опершись на трость, восседал Герхард Леманн, старший из троих, самый скептичный, самый громкий.
- Ты это видел, Виктор? - спросил Хейрик, указывая на снимок. - Тепловой профиль слишком стабильный для животного. Оно контролирует температуру тела. Внутри расщелины ночью опускается до минус пяти, а оно держит ровно тридцать шесть и шесть.
- Давно известно, что некоторые крупные рептилии способны менять температуру. - начал Леманн.
- Но это не рептилия, Герхард, - перебил Силио, не поднимая глаз.
- Это видимо даже не ящерица. Посмотри на пропорции.

Он ткнул пальцем в другой снимок, тот, что был сделан с беспилотника. На нём, в глубине расщелины, угадывался силуэт. Человекообразный. Выпрямленный. С длинным хвостом, который лежал на камне, словно чужеродное оружие.
- Оно стоит прямо, - сказал Хейрик.
- Как человек.

Медведь тоже иногда стоит прямо, - буркнул Леманн.
- У медведя нет такого хвоста, - парировал Силио. - И у него нет таких пропорций.

Он поднял голову и посмотрел на вход в палатку, откуда доносился приглушённый шум голосов.
- Что там с операцией?
- Транквилизаторы готовы, - ответил Хейрик. - Солдаты ждут приказа. Кёниг сказал подождать до завтра, чтобы у них был дневной свет.

Силио откинулся на спинку стула и посмотрел на небо через щель в пологе палатки. Горы были огромными, холодными, безмолвными. Где-то там, в темноте, в расщелине сидело существо, о котором они ничего не знали. И оно, возможно, смотрело на них сейчас

Утро 14 апреля 1671 года. 05:30

Силио не спал всю ночь. Он стоял у края плато, глядя на расщелину. Семь солдат в защитных комбинезонах выстроились у входа. Их командир, капитан с обветренным лицом, переговаривался с Кёнигом.
- Мы войдём в шесть, - говорил капитан. - Будем продвигаться медленно. Сеть наготове. Транквилизаторы заряжены. Если оно побежит, мы его не догоним, но если останется, возьмём.
- Не убивайте его, - сказал Кёниг.
- Это приказ. Мы должны взять его живым. Любой ценой, но живым.

Капитан кивнул и двинулся к своим людям.
Силио смотрел, как солдаты исчезают в темноте расщелины. Всё, что он мог делать сейчас - ждать.

06:15

Из расщелины донеслись звуки. Глухие удары, крики, пронзительный свист, от которого по коже побежали мурашки. Силио вцепился в бинокль, но в темноте было ничего не видно.
- Что там? - спросил Хейрик, подбегая к нему.
- Не знаю. Слышу только шум.
- Это не звериный крик, - сказал Леманн, стоявший чуть поодаль. Его лицо было бледным.
- Это что-то другое.

06:30

Из расщелины вышли солдаты. Двое тащили сеть, в которой билось тёмное, фиолетово-чёрное тело. Третий нёс транквилизаторную винтовку, его руки дрожали. Четвёртый был ранен, из плеча сочилась кровь.
- Помогите им! - закричал Силио, и санитары рванули вперёд.

Сеть опустили на землю. Внутри, тяжело дыша, свернувшись в клубок, лежало оно. Силио подошёл ближе, присел на корточки. Существо смотрело на него прямо в глаза.

Первый контакт.
Глаза были золотистыми, с вертикальными зрачками. Не звериными. В них был страх, да. Но и осознание. Понимание. И вопрос.

"Кто вы?"

Силио медленно, очень медленно протянул руку к сетке.
- Не надо, - сказал Хейрик, схватив его за плечо. - Оно может быть опасно.
- Оно уже не опаснее нас, - ответил Силио, не отводя взгляда.
Он коснулся сети. Существо вздрогнуло, прижалось к земле.
- Тихо, - прошептал Силио. - Я не трону тебя.

Оно моргнуло. Один раз. Медленно.
А потом закрыло глаза.

Временная научная база "Ксерокс"
(статус = строящаяся)
Нейбергорд, административное здание
20 апреля 1671 года, 14:00

Заседание длилось уже три часа.
В комнате, заставленной картами и схемами, сидели четверо.
Виктор Силио, усталый, но с живыми, горящими глазами.
Норберт Хейрик, бледный, с тенью одержимости на лице.
Герхард Леманн, красный, раздражённый.

И главный профессор экспедиции, Адлер Кёниг, человек, которому правительство поручило "разобраться" с ситуацией. Ему было шестьдесят, он был лыс и имел привычку постукивать пальцами по столу.
- Мы не можем оставить это на самотек, вы же понимаете? Правительство требует от нас отчёта. Они хотят знать: что это такое, опасно ли это, и можно ли это использовать.
- Использовать? - Хейрик удивился. - Как мы можем использовать разумное существо? Мы что, феодалы что-ли? Я видел его глаза. Оно понимает нас.
Кёнинг посмотрел на Хейрика глазами осуждения. - Не наделяй его человеческими качествами, Норберт. Мы даже не знаем, способно ли оно к абстрактному мышлению.
- Я думаю, вполне способно. - тихо сказал Силио, и все замолчали.
- Когда я коснулся сетки, оно закрыло глаза. Не от боли. Это был жест доверия.
- Жест доверия, - фыркнул Леманн. - Ты антропоморфизируешь ящерицу, Виктор.
Силио махнул рукой. - Если мы будем относиться к нему как к животному, мы ничего не поймём. Если мы попытаемся понять его как личность, возможно, у нас появится шанс.
Кёниг поднял руку, останавливая спор.
- Я услышал вас всех. Государство предложило мне стать директором строящейся лаборатории, и скажу вам так. Я не буду директором этой лаборатории. Я слишком стар для этого. Я думаю мы должны предложить создать совет и выбрать того, кто сможет возглавить проект. Человека, который будет видеть в нём не угрозу, а возможность.
Силио удивился - И кто в здравом уме готов взять ответственность за это существо?

Кёнинг встал на ноги, поправил одежду и холодно сказал.

- А это уже явно не моя проблема.
Кёнинг вышел из комнаты.

Архив Института зоологии.
Нейбергорд. 22 апреля 1671 года, 23:15

Силио сидел за столом, заваленным бумагами. Уже третью ночь он перебирал резюме, списки кандидатов, рекомендательные письма. На столе стояла кружка с остывшим кофе.

Кто? Кто сможет возглавить проект?
Он открыл одну из папок, которую принёс с собой.
Имя, выделенное красным.

Уолесс Брюнгольхер.

Силио нахмурился. Имя было ему незнакомо. Он взял в руки её резюме и начал читать.

"Теория параллельной эволюции гуманоидных форм среди рептилий".
"Сравнительный анализ мифологических рептилоидных существ и современных биологических данных".
"Рыболюди: миф или затерянная ветвь эволюции?"

Силио медленно перелистывал страницы. Это были не просто теории, это была система. Стройная, логичная, которая в принципе могла быть подкреплена неопровержимыми фактами. Автор не просто фантазировала, она анализировала, сравнивала, доказывала. И эти выводы звучали вполне логично, и структурировано.

И в конце, на последней странице, была приписка:

"Эта женщина видит мир не так, как мы. Она видит возможности там, где мы видим опасности. Если кто-то и способен понять это существ, то она."
Силио посмотрел на фотографию, приколотую к резюме. Молодая женщина с фиолетовыми волосами и усталым, но внимательным взглядом.
- Уолесс Брюнгольхер. Кто же ты?
Он взял трубку.

- Соедините меня с канцелярией. Есть кандидатура.

Резиденция канцлера.
Берлин. 25 апреля 1671 года, 10:00

Адлер Гоффман сидел в своём кабинете, просматривая досье.
Перед ним лежало резюме Уолесс Брюнгольхер.

- Девушка. - сказал он. - И всего двадцать семь лет. Совсем молодая для такой сферы.
- Да, - ответил секретарь. - Это единственная кандидатура, которую рекомендовал профессор Силио.

Гоффман помолчал. Он знал, что значит рекомендовать женщину на такую должность в этом мире. Критика. Недоверие. Открытая враждебность.

- В совете уже начали говорить, что это ошибка, - продолжил секретарь. - Говорят, что такая должность не для женщины. Что она не справится.

- А что говорит её работа? - спросил Гоффман.

- Её работа говорит, что она, возможно, единственная, кто действительно понимает природу этого существа. Она является представителем Криптозоологии. До этого момента профессора рассматривали эту науку на уровне мифологии.

Гоффман улыбнулся уголками губ.
-Тогда я хочу дать ей шанс. Пусть совет проведёт выборы. Пусть представят свои программы. А мы посмотрим, кто из них действительно понимает, с чем мы столкнулись.
Он поставил подпись на указе о создании Наблюдательного Совета.

- И проследите, чтобы её кандидатуру не отклонили только потому, что она женщина. Это единственное, что я требую.
- Так точно.