Глава 17

«София»

Постепенно та ужасная ситуация с девочками начала забываться. Наступила середина августа: я гуляла с Сашей, иногда виделась с Леной, ходила в гости к бабушке и крестной, играла с малышами. Кристина продолжала писать и поддерживать меня, но на мои вопросы о том, удалось ли ей что-то выяснить, она не отвечала. Либо она ничего не узнала, либо узнала что-то плохое и просто не хотела говорить. Я решила не допытываться — мне просто хотелось всё отпустить.

Мы с Леной снова выбрались на прогулку, чтобы обсудить всё на свете. Она знала обо мне всё: я рассказала ей правду, и она была в ярости на тех девочек, постоянно называя их «курицами». Я не спорила. Рассказала ей и про Кирилла, на что она, выслушав, отрезала: «Ну и дура ты, что не приняла его ухаживания». И ведь правда, подумала я, она была права.

— Хорошая сегодня погода, тепло, ветерок, — заметила Лена.

Мы решили погулять в центре и направились к площади. Спускаясь по лестнице, я оживленно рассказывала ей историю из поездки в Москву, как вдруг оступилась. Меня охватил ужас: лестница была высокой, и я могла серьезно разбиться. Я зажмурилась, ожидая удара, но вместо этого почувствовала, как меня подхватили сильные руки.

Я не сразу поняла, что произошло, но, открыв глаза, увидела, кто меня держит. Это был Кирилл. На глазах тут же выступили слезы. Я просто разрыдалась, прижавшись к нему.

— Кирилл, ты пришел… — шептала я сквозь всхлипы. — Ты снова спас меня.

— Тише, тише, маленькая моя, я рядом, — успокаивал он меня.

Он бережно поставил меня на ноги, но не спешил отпускать, придерживая за плечи, словно боясь, что я снова могу куда-то исчезнуть или упасть. Его взгляд был серьезным, даже немного встревоженным, и в этом взгляде я увидела столько тепла, что сердце пропустило удар.

Лена, стоявшая рядом, тактично отошла на пару шагов, делая вид, что рассматривает витрину ближайшего магазина, но я чувствовала её любопытный взгляд на затылке.

— Ты как? — тихо спросил Кирилл, внимательно изучая мое лицо. — Сильно испугалась?

Я вытерла ладонями мокрые щеки и слабо улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается странное спокойствие. Рядом с ним мир вокруг перестал казаться враждебным.

— Теперь уже нет, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Спасибо. Ты всегда появляешься в самый нужный момент. Как будто чувствуешь, когда мне плохо.

Кирилл усмехнулся, и в уголках его глаз появились знакомые морщинки.

— Может, так оно и есть. Я ведь обещал, что буду рядом, помнишь?

Я кивнула. В тот момент мне стало неважно, что там выяснила Кристина, что думают обо мне те «курицы» и какие ошибки я совершила в прошлом. Всё это казалось таким мелким и далеким по сравнению с тем, как надежно он держал меня за плечи.

Он наконец отпустил меня, и я, не удержавшись, спросила:

— Как ты меня нашёл? Зачем приехал из другого города? Я думала, ты забыл про меня, нашёл другую девушку... Я не заслужила, чтобы ты был рядом. Я относилась к тебе как к другу, думая, что у меня есть парень, а оказалось...

Я замолчала, не в силах закончить фразу. В груди всё сжалось от боли и стыда.

Кирилл посмотрел на меня с мягкой улыбкой и тихо ответил:

— Никогда не забывал. И не собирался забывать. Друг? Нет, ты для меня гораздо больше. Я приехал, потому что не мог иначе. Потому что ты — часть моей жизни, и я не хочу терять тебя.

Я почувствовала, как слёзы снова наворачиваются на глаза, но теперь это были слёзы облегчения и надежды.

— Я... я не знала, — прошептала я.

— Теперь знаешь, — сказал он, бережно взяв мою руку. — И я здесь. Чтобы быть рядом, если ты позволишь.

В этот момент Лена подошла к нам и улыбнулась:

— Мы как раз собирались погулять. Кирилл, раз уж ты здесь, может, составишь нам компанию? А то я уже устала слушать истории про Москву, пора переключиться на что-то более интересное.

Кирилл перевёл взгляд на Лену, потом снова на меня, ожидая моего решения. Я посмотрела на него и поняла: я больше не хочу бежать от своих чувств.

— Да, — сказала я, чувствуя, как на душе становится легко. — Пойдём. Расскажешь, где ты пропадал всё это время.

Мы двинулись по площади втроём. Ветер всё так же приятно обдувал лицо, но теперь он казался не просто погодой, а предвестником чего-то нового, что начиналось прямо сейчас, в этот самый августовский день.

Мы шли не спеша, и я чувствовала, как напряжение последних недель, сковывавшее плечи, наконец-то отступает. Кирилл рассказывал о своих делах — ничего особенного, просто работа и пара поездок по области, но я ловила каждое его слово, наслаждаясь тембром его голоса. Лена, как и обещала, взяла на себя роль «третьего лишнего», то и дело вставляя шутливые комментарии, которые разряжали обстановку и не давали мне окончательно смутиться.

— Знаешь, — Кирилл вдруг замедлил шаг, когда мы проходили мимо небольшого парка, — я ведь не просто так оказался на той лестнице. Я заходил в кофейню неподалеку, увидел вас издалека и решил подойти поздороваться. А тут... такая удача.

Он посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то серьезное, почти болезненное.

— Я ведь правда переживал, — добавил он тише, так что Лена, ушедшая на пару шагов вперед, нас уже не слышала. — После того нашего разговора я не находил себе места. Думал, может, мне стоит дать тебе больше пространства, но каждый раз, когда я видел тебя в сети или слышал о тебе, внутри всё переворачивалось.

Я остановилась, заставив его тоже замереть. Вокруг шумел город, спешили люди, но для меня всё вокруг словно замерло.

— Ты не должен был давать мне пространство, — призналась я, глядя прямо в его глаза. — Я сама была напугана. Мне казалось, что если я подпущу тебя ближе, то стану слишком уязвимой. Но сегодня, когда ты подхватил меня... я поняла, что уже давно не чувствую себя в безопасности ни с кем, кроме тебя.

Кирилл сделал шаг ко мне, сокращая расстояние до минимума. Его рука осторожно коснулась моей ладони, и этот легкий контакт отозвался электрическим разрядом по всему телу.

— Больше никаких «уязвимостей», — твердо сказал он. — Только мы. И если кто-то снова попытается испортить тебе настроение или обидеть, им придется иметь дело со мной.

Лена обернулась, заметив, что мы отстали, и лукаво прищурилась.

— Эй, голубки! — крикнула она, смеясь. — Если вы решили устроить здесь романтическую сцену, то хотя бы доведите нас до мороженого!

Мы рассмеялись, и это был самый искренний смех за всё лето. Я поняла, что страх перед прошлым, перед теми девочками и их интригами, больше не имеет надо мной власти. У меня был Кирилл, была самая лучшая сестра рядом, и впереди — целый вечер, который обещал стать началом чего-то по-настоящему важного. Я глубоко вдохнула теплый августовский воздух и впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему счастливой.

Спустя несколько недель, пересматривая старые снимки, я поймала себя на улыбке. Прошлое перестало быть источником боли — оно превратилось в опыт. Я осознала: каждая рана делает нас сильнее, а каждая преданность — ценнее.

Теперь рядом с Кириллом я счастлива. Но я точно знаю — наша история на этом не закончится. Нам предстоит начинать заново: узнавать друг друга глубже, учиться быть рядом и принимать друг друга такими, какие мы есть.

История с Марком, Региной и Лизой осталась позади, но она навсегда изменила меня. Теперь я знаю: настоящая сила заключается в умении отпускать и идти вперёд, не оглядываясь. Свобода — это не отсутствие проблем, а право выбирать, кому дарить своё время и сердце. И я выбрала себя.

Обман — это не повод сдаваться, это знак, что нужно учиться на своих ошибках и идти дальше.