Глава 15

Глава 15

Баланс на острие ножа.

Жизнь Юны превратилась в сложный, выверенный танец на острие ножа. Утро начиналось не с кофе, а с примерок. Её расписание было расписано на месяцы вперёд: обложки, рекламные компании, закрытые показы. Марсель, как и обещал, сделал её самой востребованной и высокооплачиваемой моделью. Она была его шедевром, который он с гордостью демонстрировал миру, и этот контроль давал ей странное чувство защищённости. Она знала: пока она приносит ему славу и деньги, он будет беречь её, пока он её любит до безумия она может получить максимум из этого брака.

Днём она была «мамочкой». Дочь, которую назвали Милана, росла очаровательным и своенравным ребёнком, унаследовавшим красоту матери и стальной характер отца. Юна старалась дать ей то, чего была личина сама в детстве – безусловную любовь и ощущение безопасности. А между съёмками и детскими площадками существовала третья, тайная жизнь. Жизнь, полная адреналина и запретного огня. Марсель не мог терпеть до ночи. Его одержимость требовала немедленного утоления жажды.

Это началось случайно. Она сидела в гримёрке после изнурительной двенадцатичасовой съёмки для ювелирного бренда.

- Все ушли, он, подходя к ней. У нас есть полчаса.

Её тело предательски откликнулось на его близость. Это был их секрет, их маленький бунт против чопорной светской жизни. Страсть в гримёрке, на узком диванчике среди банок с гримом и брошенных нарядов, была дикой, необузданной и почти животной. Это был способ почувствовать себя живой вне рамок «идеальной жены» и «идеальной матери».

Таких встреч становилось всё больше. В лимузине по дороге на мероприятие, в его кабинете во время ланча, в примерочных кабинках бутиков. Это была опасная игра, которая щекотала нервы им обоим.

Она сама просила его привязывать её, играть с ней в ролевые игры. Она танцевала ему приватные танцы. Она его хотела, в порыве страсти они разрывали свою одежду.

Милану забрали родители, она распустила персонал и ждала мужа. Когда дверь открылась, она стояла в прозрачном халатике и прозрачном, кружевном боде. Он застыл, она начала медленно спускаться со второго этажа и раздеваться под музыку. Когда она спустилась к нему, она была голой. Она сорвала с него пиджак и рубашку, все пуговицы разлетелись, она расстегнула его брюки, и они упали в низ. Он быстро разулся, он стоял в одних трусах. Он поцеловал её страстно в губы. Её бросало, то в жар, то в холод. Он схватил её на руки и усадил на кухонный стол, она обвела его ногами за талию, и он вошёл в неё, она стонала извивалась. Он прижал её к стене и поднял одну ногу и снова вошёл в неё, он двигался быстро и жёстко. Они лежали у камина укутавшись в плед.

Спустя пару недель Юна почувствовала тошноту. Она стояла в ванной, глядя на две полоски теста, и внутри разливалась странная дрожь.

За ужином она сообщила ему о беременности. Он отложил приборы и схватил её на руки, начав кружить. Он целовал её. Радовался как ребёнок и она собрала силы в кулак и решила произнести слова, в знак благодарности к его любви. Пусть даже она врала, но ему будет приятно.

- Я люблю тебя, ты мой муж, моя сила и моё наказание. Я никогда не отпущу тебя.

Он стоял и не понимал, что она говорит, в его глазах появились слёзы.

На этот раз всё было иначе. Никаких запретов на работу. Напротив, её «интересное положении» стало новым трендом. Фотоссесии для журналов «в ожидании чуда»

Время пролетело быстро и беременность протекла легко. Ни токсикоза, ни усталости. Роды прошли быстро и легко, словно судьба, так долго испытавшая Юну на прочность, решила смиловаться. Когда раздался первый крик младенца, она была счастлива.

- Поздравляю, у вас сын.

Марсель поплыл, он улыбался, целовал жену. В его глазах – блестели слёзы. Её перевели в VIP – палату, больше похожую на номер люкс в пятизвёздочном отели. Милана, привезённая из дома няней, с любопытством

 смотрела на братика. А Марсель стоял между ними, переводя взгляд с дочери на сына и обратно. Он был счастлив.

- Ты подарила мне всё. Всё, о чём я только мог мечтать. И даже то, о чём мечтать не смел.

Он проводил всё время с ними в палате, отменив все переговоры и взяв отпуск. Он сам вставал по ночам к сыну. Он назвал его Арсений. Сам проверял, тепло ли укрыта дочь. Он был идеальным отцом и прекрасным мужем.

Когда их выписали, они шли по коридору роддома, журналисты ждали их у выхода. Юна шла держась за мужа, он нёс сына, а впереди бежала Милана.

Они выглядели как самая счастливая семья на свете. Она снова поймала себя на мысли, что их семья больше не иллюзия и не игра, а настоящая любовь.