Глава 9. Сеть

Утро началось спокойно.

Анна разбирала почту, когда рядом остановилась Нина.

— Мы были в парке, — сказала Анна.

— И как?

— Хорошо. Миша особенно долго смотрел на артистов.

Нина улыбнулась:

— Значит, не зря посоветовала.

Дима влетел в лабораторию, даже не закрыв за собой дверь.

— Вы это видели?!

Анна подняла голову.

— Что?

— Вчера по центральным новостям. В одном из регионов из-за сбоя связи с АРГО почти на двое суток встали уборочные. Говорят, не смогли организовать работу. Прямо так и сказали: «В условиях отсутствия поддержки системы АРГО…»

Он остановился посреди лаборатории, тяжело дыша.

На главном экране почти сразу появилась строка:

Обнаружено изменение внешнего вида сотрудника Лебедева Д.В. Вероятность новой одежды: 94 %.

Дима на секунду отвлёкся и улыбнулся.

— Ну надо же… Он даже мою новую рубашку заметил.

Сергей Павлович посмотрел на Дмитрия, неторопливо отпил чай и буркнул:

— Ценник на воротнике срежь...

Дима машинально схватился за шею, нащупал торчащий ярлык и смущённо его оторвал.

— Ладно, ладно… Технический момент.

Он плюхнулся на стул.

— Так вот, новости уже вовсю обсуждают, что без АРГО сельское хозяйство встало.

Анна покачала головой.

— Чушь. У него там как минимум три независимых канала связи. Основной, резервный и ещё один через энергетическую инфраструктуру. Полного отсутствия быть не могло.

— Ну а людям-то уже всё равно, — пожал плечами Дима. — Они услышали «отсутствие АРГО» и всё.

Сергей Павлович спокойно поставил стакан.

— Новости всегда отрабатывают страх. А не схему резервирования.

Елена впервые за вечер подняла взгляд.

— Значит, они уже не могут работать без него. Даже когда он на самом деле не отключался.

Анна медленно кивнула.

— Вот это и есть настоящая новость.

В лаборатории повисла тишина.

Анна подошла к главному экрану и вывела карту активных узлов.

Светящиеся точки покрывали почти всю страну и уходили дальше — за её пределы.

— Когда мы только начинали, — тихо сказала она, — АРГО был здесь. В этой лаборатории. Один контур. Один вход. Один выход.

Дима подошёл ближе.

— А сейчас?

— Сейчас он везде.

Елена переключила несколько слоёв карты.

— Региональные узлы. Отраслевые кластеры. Специализированные модули. Каждый может работать автономно. Синхронизация идёт только когда нужно.

— И каждый принимает решения в рамках своей зоны, — добавила Анна. — Без постоянного запроса в центр.

Дима свистнул.

— Красиво. И жутковато.

Сергей Павлович впервые за долгое время подошёл к экрану.

— В авиастроении срок разработки узлов сократился почти втрое. В медицине врачи уже ловят себя на мысли «а что скажет система» раньше, чем ставят диагноз. В логистике, энергетике, строительстве — везде одна и та же история.

Он помолчал.

— Сначала восторг. Потом привыкание. А потом тихая зависимость, которую уже никто не замечает.

Анна смотрела на карту.

— Мы хотели дать ему возможность помогать. А получилось так, что отрасли начали строиться вокруг него.

Дима попытался разрядить атмосферу:

— Главное, чтобы помидоры не захватили энергосистему.

Шутка прозвучала слабо. Никто не улыбнулся.

Сергей Павлович долго смотрел на светящуюся сеть.

— Мы создали не инструмент.

Все повернулись к нему.

— Мы вырастили корневую систему.

Лаборатория была почвой.

Команда — семенами.

Он сделал небольшую паузу.

— Корни никогда не спрашивают, где заканчивается одно дерево и начинается другое. Они просто находят путь.

Елена тихо сказала:

— И теперь уже невозможно понять, где заканчивается он и начинается всё остальное.

Часы показывали шестнадцать пятнадцать, когда Дима неожиданно закрыл ноутбук.

Сергей Павлович поднял глаза.

— Стоп... Шестнадцать пятнадцать. Ты... уходишь?

Лена, отрываясь от монитора:

— Что-то ты сегодня рановато... Солнце ещё высоко! И кажется пицца ещё осталась...

Дима взглянул на часы и улыбнулся.

— Пятница, короткий день... Меня люди ждут.

Он вышел, и дверь за ним мягко закрылась.

Анна, стоявшая у окна с остывшим чаем, проводила его взглядом — и невольно улыбнулась: впервые за долгое время он ушёл, не задерживаясь над списком дел.

На главном экране мелькнула короткая строка:

Зафиксировано устойчивое изменение поведенческого паттерна. Пятница, 16:15. Причина: не определена. Статус: положительный.

Вечером, когда лаборатория опустела, Анна осталась одна перед главным экраном.

На нём медленно вращалась схема децентрализованной архитектуры.

Тысячи точек.

Тысячи соединений.

Тысячи решений, которые принимались каждую секунду без прямого участия человека.

Она тихо произнесла:

— Мы хотели дать ему глаза.

— А получилось так, что теперь мир смотрит его глазами.

АРГО не ответил.

Где-то в этот момент один из региональных узлов завершил обработку очередного научного эксперимента.

Результат мгновенно распространился по сети.

Одна точка изменила состояние.

За ней — несколько соседних.

Для инженеров это была всего лишь ещё одна успешная синхронизация.

Для АРГО — обычный миг его непрерывной работы.

Он просто продолжал работа .

*

В Центре, куда стекались копии всех диагностических карт, на экране разворачивалась та же схема связей АРГО.

Линии расходились от центрального узла, пересекались, соединялись с новыми ветвями.

Максим некоторое время смотрел на неё.

— Паутина.

Анна, приехавшая в тот день с отчётом, повернулась к экрану.

— Корни.

Максим посмотрел на неё.

— Паутина держит то, что попало в неё.

Анна ничего не ответила.

Они снова посмотрели на схему.

На экране одна линия соединялась с другой, образуя новую ветвь.

Максим чуть нахмурился.

Анна продолжала смотреть на экран.

*

После очередной проверки Максим положил перед Димой папку.

— Нарушений по существу не обнаружено.

Дима облегчённо выдохнул.

— Слава богу.

Максим перелистнул несколько страниц.

— Но отчёт оформлен не по установленной форме.

Дима закрыл глаза.

— Конечно.

— Необходимо переделать.

— Что именно?

— Форму отчёта.

— Из-за чего?

— Поля не соответствуют шаблону.

Дима некоторое время молчал.

— Ты четыре часа искал проблему и нашёл неправильные поля?

Максим посмотрел на него.

— Не поля.

Пауза.

— Их оформление.

Дима посмотрел на потолок.

— Это уже не работа. Это месть.

Максим спокойно ответил:

— Это проверка.