Глава 1 "Да будет свет!"

Скайримангурф встречал путников не гостеприимством, а суровой, почти враждебной тишиной. Каменные уступы нависали над тропой, будто готовые в любой миг обрушиться, а ветер, пробираясь сквозь расщелины, выл так, словно оплакивал давно забытые беды этих земель. Элон из Школы Медведя крепче сжал поводья, чувствуя, как под ладонью напряжённо подрагивает шея Плотвы. Лошадь чуяла неладное — а ведьмак привык доверять её чутью не меньше, чем собственному.

Плотва ступала уверенно, перешагивая через острые камни и обходя коварные осыпи. Элон вглядывался в горизонт, где среди серых скал вдруг проступили очертания деревни — Вэлон. Дома здесь были приземистыми, крепкими, будто вросшими в землю, но над ними висела тяжёлая тень тревоги. Не было ни смеха, ни криков детей, ни обычного для деревень шума. Только редкие клубы дыма из труб да напряжённые фигуры у ворот.

Когда Элон приблизился, люди расступились, пропуская вперёд крупного мужчину в тяжёлом плаще, расшитом тусклыми серебряными нитями. Его осанка выдавала власть, а взгляд — бессонную ночь. Это был Барон, хозяин Вэлона.

— Ты ведьмак? — спросил он без предисловий, не тратя слов на приветствия.

— Из Школы Медведя, — спокойно ответил Элон, останавливая Плотву в нескольких шагах от Барона. — Что стряслось в ваших краях?

Барон сжал кулаки так, что побелели костяшки.

— Мою дочь забрали, — голос его звучал глухо, будто каждое слово давалось с трудом. — Бандиты из армии Кайтинг. Напали на окраину, схватили её прямо у колодца. Мои люди пытались догнать, но следы теряются у старой дороги к заброшенной крепости. Говорят, там теперь их логово.

Элон соскользнул с седла, не сводя глаз с Барона.

— Расскажи всё, что знаешь: когда это случилось, сколько их было, в какую сторону ушли.

Барон коротко, но подробно описал нападение: трое всадников, чёрные плащи с вышитым когтем, утащили девушку на север, к руинам. Следы терялись у подножия холма, где начинался густой ельник — место, где даже днём царил полумрак.

— Я заплачу, сколько скажешь, только найди мою доченьку, — добавил Барон, и в его голосе впервые проскользнула мольба. — Только верни её. Она — всё, что у меня осталось.

Элон покачал головой.

— Сначала найдём. О плате поговорим после, ты же не жадный?

– Нет! Чего ты. Я всегда все выплачиваю вовремя и не жмачусь

Ведьмак отправился искать дочь барона, его ведьмачье чутье привело к заброшенной башне. Он осмотрел окрестности, присел у края дороги, изучая вмятины в пыли. Следы копыт вели на север, и среди них отчётливо выделялся лёгкий отпечаток женской обуви — она сопротивлялась, её тащили. Элон выпрямился, снова запрыгнул на Плотву и кивнул Барону:

— Держи людей готовыми. Если вернусь не один — придётся отбивать, если что-то пойдёт не так.

Дорога к крепости петляла среди скал, будто нарочно усложняя путь. С каждым шагом воздух становился тяжелее, а тени — длиннее. Наконец, впереди показались руины: полуразрушенные стены, обвалившиеся башни и ворота, перекошенные так, словно их выломали изнутри. Над башней кружили вороны, и их хриплые крики звучали как предупреждение.

Элон спешился, оставив Плотву в укрытии среди камней. Меч он вынул бесшумно, проверяя, как скользит клинок в ножнах. Внутри крепости царила тишина, но она была обманчивой — ведьмак чувствовал на себе чужие взгляды. Он двигался вдоль стены, прислушиваясь к каждому шороху, пока не услышал приглушённый всхлип из дальнего угла двора.

Там, в тени обрушившейся галереи, сидела девушка, связанная грубой верёвкой, с кляпом во рту. Её глаза расширились от страха, но при виде ведьмака в них вспыхнула надежда. Элон быстро перерезал путы, снял кляп и приложил палец к губам:

— Тихо. Мы выберемся.

Девушка, едва сдерживая слёзы, прошептала:

— Их пятеро… они ушли к задней стене, говорили, что ждут подкрепления.

Элон кивнул, оценивая обстановку. Он не собирался вступать в бой — его задача была спасти, а не устраивать резню. Они скользнули вдоль стены, используя остатки кладки как укрытие, и вскоре оказались у пролома, ведущего наружу. Элон вывел девушку к Плотве, усадил её перед собой и, не оглядываясь, направил лошадь прочь от крепости.

К тому времени, когда они вернулись в Вэлон, над деревней уже зажигались первые огни. Люди выбегали из домов, встречая их радостными криками. Барон первым бросился к дочери, обнял её так крепко, будто боялся, что она снова исчезнет. Когда он наконец поднял глаза на Элона, в них стояли слёзы благодарности.

— Ты вернул мне самое дорогое, — сказал Барон, кладя руку на плечо ведьмака. — Сегодня в Вэлоне будет пир, и ты — наш самый почётный гость.

Пир устроили прямо на главной площади: столы ломились от жареного мяса, хлеба и мёда, а в воздухе витал запах дыма и свежего хлеба. Жители смеялись, обнимались и благодарили судьбу за чудо. Элон сидел рядом с Бароном, но держался чуть отстранённо — он не любил быть в центре внимания.

— Расскажи, как ты нашёл её, — попросил Барон, поднимая кружку с элем. — Говорят, ведьмаки видят то, что скрыто от других.

Элон слегка улыбнулся — редкая для него улыбка, почти незаметная.

— Не магия, а привычка замечать мелочи. След копыта, сломанная ветка, запах чужого пота в воздухе. Школа Медведя учит терпению и внимательности. А чудеса… чудеса случаются там, где не боятся идти навстречу опасности.

— И куда ты направишься завтра? — спросил Барон, глядя на ведьмака с уважением. — Останься хоть на пару дней, отдохни.

— Дорога не ждёт, — ответил Элон. — У меня свои дела, свои пути. Но спасибо за хлеб и соль.

На следующее утро, едва первые лучи солнца коснулись крыш Вэлона, Элон уже седлал Плотву. Прощальный кивок Барону, тихое ржание лошади — и он снова двинулся по тропе, ведущей прочь от деревни. Ветер сменился, стал холоднее, и в нём чувствовался привкус грядущих бурь.

Он проехал несколько миль, когда дорога вывела его на открытое плато. И там, на перекрёстке двух троп, его уже ждали. В центре группы всадников выделялся один — высокий, с хищной ухмылкой и плащом, расшитым тем же когтем, что и у бандитов из крепости. Это был Эверик, главарь армии Кайтинг.

— А, ведьмак, — протянул Эверик, лениво поводя мечом. — Ты слишком быстро разобрался с моими людьми. Думал, я не узнаю, кто испортил мне забаву?

Элон остановил Плотву, не спеша вынимать меч.

— Я не ищу ссоры. Вернул то, что тебе не принадлежало.

Эверик рассмеялся, но в этом смехе не было веселья.

— О, мы ещё встретимся, ведьмак. И в следующий раз ты не будешь так везучим.

С этими словами он развернул коня и ускакал, уводя за собой своих людей. Элон долго смотрел им вслед, чувствуя, как в груди разгорается холодное предчувствие. Чёрный лес и кристалл, о которых он пока не знал, были ещё впереди. А пока… пока ему предстояло идти дальше, туда, где свет едва пробивался сквозь тьму.