1.2

Жаркий воздух Дубая проникал через слегка приоткрытое окно, точно настойчивый ухажер, однако Руя оставалась равнодушна к этому палящему дыханию. Ступая босыми ногами в холодящую гладкость мраморного пола спальной комнаты, девушка крепко сжимала ладони, коготки ногтей оставляли красноватые следы-полумесяцы на коже — бессильный протест против внутреннего надрыва. Дизайнерское платье цвета пепельной розы, сохраняя аромат любимых духов, будто чуждая оболочка, сдавливало тело.

Последнее чётко запечатленное видение было связано с образом Бахира, который лежал неподвижно на диване в президентском люксе. Сначала Руя решила, что дело простое — привычная отключка после очередного увлечения мужем с приятелями, сопровождаемыми стимуляторами. Однако пристальный взгляд заметил тонкий шнур, незаметно опутывающий шею мужчины, признак удавления.

Её дрожащие пальцы невольно прижались к горлу, словно удостоверяясь в собственной способности дышать.

Перед огромным золотистым зеркалом, подаренным Бахиром из Катара, она застыла неподвижно. Зеркальное отражение демонстрировало женщину с аккуратной причёской, идеально подобранным нарядом и только растекшаяся тушь под глазами – как признак тревоги. «Десять лет...», мелькнуло в мыслях. Десять лет брака. Десять лет притворства, фальшивых улыбок для публики, семейной идиллии на поверхности. Теперь же весь этот мир развалился, рассыпавшись, словно карточный домик, достаточно было чуть-чуть потянуть за слабое звено.

Примерно накануне полуночи минувшей ночи

Резкие, суховатые слова комиссара полиции, прибывшего вместе с группой сотрудников, нарушили покой опустевшего вестибюля гостиницы:

— Госпожа Рамзи, прошу пройти на допрос. Следуйте за мной в кабинет управляющего.

Погружённая в шок, Руя послушно кивнула, вновь и вновь повторяя про себя однообразно: «Бахир умер. Мой муж мертв».

В кабинете пахло старостью мебели и пылью. Под указующим жестом комиссара она села на предложенный стул, продолжая бессмысленно разглядывать витиеватый рисунок ковра.

— Госпожа Рамзи, — голос комиссара казался удалённым, механичным, лишённым каких-либо эмоций, — насколько мы знаем, вы стали последней, увидевшей господина Рамзи живым. Именно вы обнаружили труп. Будьте добры рассказать обо всём, что происходило с момента вашей последней встречи с ним.

Его речь была точна и неумолима, без капли участия. Спустя некоторое время Руя собралась с силами и сумела поднять голову, чтобы восстановить порядок мыслей.

— Я... я... — произнесение слова оказалось невыполнимой задачей, и по лицу покатилась одиночная соленая капля.

Комиссар мягко добавил:

— Вам сейчас тяжело, понимаю - стресс. Только постарайтесь вспомнить о вашем ребёнке и о матери.

Эти слова вызвали неожиданную реакцию. Она резко посмотрела на него:

— Простите, при чём здесь мой сын и мать?

— Разве непонятно? — ответил тот тусклой усмешкой, пытаясь показать своё понимание ситуации. — Ведь вы главная подозреваемая в убийстве вашего мужа. Никаких свидетельских показаний, никаких посторонних отпечатков пальцев в номере... Да и камеры видеонаблюдения намеренно выключены кем-то заранее.

— То есть вы хотите сказать, что это сделала я сама? — возмущение начало постепенно возвращаться в голос женщины, мысли приобрели ясность, обостряясь от воспоминаний последних десяти лет супружества. — А вы не допускаете мысль: может быть, меня оговорили?

Следующая часть разговора была наполнена предположениями и косвенными намеками. После ухода комиссара с настоятельной рекомендацией хорошенько поразмыслить, Руя окончательно уверовала, что истинным виновником происходящего является определённый человек.

Кто другой, кроме Саида? Этот мужчина давно поглядывал на неё взглядом собственника, считая «вещи» Бахира принадлежащими ему самому. Ещё тогда, после свадебной церемонии, он начал оказывать знаки внимания, приставать ближе положенного, дарить сомнительные подарки, говоря ей непристойные комплименты. Год назад, на день рождения сына, он открыто сказал ей: «Однажды ты станешь моей, Руя. Все богатства Бахира когда-нибудь перейдут ко мне».

Глубоко вздохнув, она попыталась справиться с нарастающим волнением. Тогда её память вернулась к недавним событиям. Семейный ужин в ресторане и возвращение домой. Муж выглядел усталым, но пытался выглядеть бодрым. Затем, подойдя к личной ячейке, спрятанной в гардеробной, он открыл замок и продемонстрировал содержимое — там находились крупная сумма денег и несколько поддельных паспортов. «Это на крайний случай, вдруг пригодится», объяснил он ей тогда.

— Значит, он подготовился... — тихо проговорила Руя.

Неожиданно за дверью раздались чьи-то шаги. Девушка вздрогнула и сильнее сжала пальцами спинку стула. Может, это Саид? К её облегчению, через порог вошла мать.

Абиде, войдя, оглянулась по сторонам, убедилась, что никто посторонний не следит, тихо закрыла дверь и шепотом сообщила дочери:

— Руя, сегодня какой-то кошмар... Ко мне пристали жуткого вида типы. Ничего конкретного от них не добилась, но чувствую, ситуация неприятная складывается...

Из задумчивости Рую вырвал звук шагов за дверью. Она обернулась. С прошлой ночи она всё больше превращалась в параноика, ожидая, что вот-вот за ней явится полиция или, что ещё хуже, — Саид. Но это оказалась всего лишь служанка с подносом утреннего чая. Женщина поставила еду на столик рядом с кроватью и внимательно оглядела свою хозяйку.

— Если вам будет нужна помощь...

Не давая закончить фразу, Руя грубо прервала девушку:

— Нет! Уходи немедленно!

Отбросив свою вспышку раздражения, она осознала, что должна проявлять максимальную осмотрительность — персонал в доме легко могли подкупить заинтересованные стороны.

Через мгновение Руя направилась в гардеробную комнату и решительно распахнула золотую створку шкафа. Внутри царил идеальный порядок: полки заполняли сумки, обувь, платья и прочие атрибуты богини красоты, приобретённые скорее по долгу положения, нежели по воле сердца. Центральное место занимал уголок с ювелирными изделиями, куда Руя бережно складывала полученные драгоценности.

— Очень кстати пришлось... — буркнула она, доставая коробочки с украшениями.

Все эти ценности воспринимались ею как трофеи многолетней лжи. Там были алмазные серёжки, колье с подвесками и особенно дорогостоящее кольцо с крупным рубином, подаренное Бахиром на помолвку, вскоре после которой он отправился «по делам», оказываясь наедине с личным охранником Адилем. Об этой связи Руя прекрасно знала. Их отношения изначально строились на взаимовыгодном договоре: уважение и расчёт взамен на безопасность и богатство для неё, красивая жена и достойный наследник для него. Совершенно выгодный союз.

Однако теперь этот союз расторгнут, причём не её волей.

***

После досадного происшествия, согласно приказу Джина, на прием к нему пришли все девушки, участвовавшие в злополучной вечеринке. Их оказалось восемь, преимущественно светловолосые красотки соблазнительных форм. Одну из них Джин отметил особенным вниманием — звали ее Гюнеш, девушка из беднейших кварталов города.

— Вспоминаешь наш первый день знакомства? — небрежно поинтересовался он, опершись на край стола.

— Ну и что дальше? — Гюнеш демонстративно жевала резинку, вызывая раздражение своего босса.

— Как это — «дальше»? — тон его стал жестче, лицо приобрело недоброе выражение. — Давай-ка отвечать, когда спрашиваю!

— Тогда ты спас меня от цыганского урода, — сказала она с подчеркнутым пренебрежением.

— Да, именно! Вытащил, привел в порядок, научил приличиям... Видимо, недостаточно хорошо, иначе бы ты не опозорила моего имени своей выходкой.

Сделав шаг ближе, Джин внимательно посмотрел девушке прямо в глаза. Внутри него разгоралось чувство справедливого гнева, однако он сохранял хладнокровие. Негодница, извлечённая из нищеты, позволяла себе наглые высказывания, будто забыла своё происхождение.

— Всё, что есть у тебя есть сегодня, дал тебе я, — процедил он сквозь зубы. — Оплачивал даже операцию твоих грудных имплантатов, вот только ума вместе с ними добавить забылось.

Сжимая кулаки сильнее с каждой секундой, Джин едва удерживался от желания нанести ей удар. Спасительным оказался писклявый голосок самой молоденькой из присутствующих.

— Мы невиновны, Джин. Его жена сама предложила записать это на камеру.

Наступило тягостное молчание. Остальные девушки испуганно ждали реакции шефа, опасаясь ещё больше его разъярить, тогда как сам Джин пытался осмыслить услышанное. Между бровями появилась глубокая морщина.

— Сама? — уточнил он после минутного размышления. — Возможно…предположим такое развитие событий… Ну и вы, покорные ягнята, сразу ринулись исполнять заказ?

— А что нам оставалось делать? — вмешалась Гюнеш. — Та женщина стала угрожать, обещала плеснуть в лицо кислотой.

Эта версия вызвала у Джина нервный смех.

— Конечно-конечно...Ах, моё ты солнышко…будь я столь робок каждый раз, когда сталкивался с угрозами, вряд ли стоял бы здесь сейчас рядом с вами. Решение простое — следовало обратиться ко мне заранее!

— Извини нас, Джин... — проговорила другая красотка, дрожащими губами.

— Извини нас, Джин, — повторил он голосом пародийно-жалобным, фыркнул и бросил презрительно: — Кретинки...

Пройдя к окну спиной к собравшимся дамам, Джин тяжело выдохнул. Вся ситуация могла перерасти в серьезный скандал, способный негативно сказаться на репутации его бизнеса. Здесь явно кроются подводные камни...

— Ладно, свободны. Разберусь во всём позже, — произнес Джин через некоторое время.

Изумление девушек достигло пика. Они ожидали куда худшего исхода встречи — минимум публичного разноса, максимум увольнения. Даже тихонько переговаривались друг с другом, уходя прочь.

— Стой, Гюнеш, — добавил он, разворачиваясь лицом к ней.

Ожидая выхода остальных, Джин медленно обходил непокорную девушку внимательным взглядом. Гюнеш стояла смущенно переминаясь, терпение подсказывало держать рот закрытым.

— Наши с тобой пути расходятся, правильно понимаю? — спросила она, утомившись неопределенностью.

Подойдя сзади, Джин почти касался дыханием её затылка. Почувствовав сигнал, Гюнеш сняла сумочку с плеча и принялась расстёгивать замок платья. Быстро сброшенное платье обнажило красивые формы в ажурных стрингах и лифчике.

— Остальное сними, — негромко шепнул Джин ей в ухо.

— Помоги, — несмотря на неловкость момента, Гюнеш хотела получить удовольствие от происходящего.

Обхватив рукой её бёдра, Джин прижался телом вплотную. Рука скользнула ниже живота, нежно погладила грудь, спустила лямки лифчика. Девушка ощутила приятное волнение, которое усилилось приближающимся удовольствием.

Джин раньше никогда не вступал в интимные отношения с подчинёнными, многие обижались на такой запрет, мечтая обласкать привлекательного начальника. Хотя с потерей статуса сотрудницы Гюнеш становилось ясно, какой статус приобретёт взамен – она станет первопроходцем. Это тешило её эго.

Взгляд Джина встретился с её глазами, в которых мерцал холодный огонь власти.

— Обувь тоже.

Полностью раздевшись, Гюнеш замерла голой посреди его кабинета. Тут Джин направился к столу и взял телефонную трубку, набрав чей-то номер.

— Эй, Хусейн? Приветствую. Есть небольшой подарок специально для тебя. Подъезжай в клуб, забери.

При всей неприязни общения с тем типом, обитавшим в своём криминальном уголке, речь Джина звучала корректно.

Услышав это сообщение, Гюнеш пришла в ужас. Мигом схватившись руками за свою грудь, метнулась вперёд.

— Ты собираешься вернуть меня назад?! — вскрикнула она возмущённо. — Я тебе не вещица! И не марионетка!

Но Джин успел отстранить её одежду подальше ногой, блокировав возможность достать принадлежности.

— Милочка моя, меня абсолютно не заботит, каким образом произойдёт ваша встреча с Хусейном. Возврат происходит ровно в том виде, в каком состоялся приём, — усмехнулся Джин, широко улыбаясь, правда несколько заносчиво. — Кстати, импланты можешь оставить себе. Пусть будут моим подарком.

***

— Так значит, ты именно та самая Арзу из Аданы?

— Более точно будет сказать, что я родом из Акчатетира, — уточнила Арзу, однако, увидев замешательство собеседницы, пояснила: — Там маленький поселок находится прямо у горных склонов. Места невероятно красивые.

— Ясно... — женщина слегка презрительно скривила губы, пряча ироничную ухмылку. — Замечательно.

Следуя рекомендациям Юсуфа, Арзу пришла в клуб «Девушки мечты», расположенный на легендарной стамбульской улице Истикляль, пораженной невероятностью увиденного. Оказалось, заведение удивительно гармонично сочетает в себе атмосферу старинного кабаре 20-х годов прошлого века с духом современного мегаполиса, привлекающего гостей самого разного толка: местных жителей с артистическими замашками, туристов и празднующих светских персон. Для девушки, ранее не посещавшей подобные места, впечатления оказались совершенно новыми. Даже мысль о возможной карьере певицы в группе «Дыхание» уже казалась не столь привлекательной. Интуиция подсказывала ей, что именно здесь признают её таланты по-настоящему.

— Возраст твой какой? Не могла бы показать паспорт?

Обратившая к девушке речь дама выглядела типичной интриганкой, умело заманивающей богатых мужчин. Представившись Ирем, она сообщила, что является администратором заведения.

— Без проблем, вот мой паспорт, — ответила Арзу, доставая необходимые документы.

— У нас бывает много молодых девушек, — продолжила Ирем, слегка повысив голос. — Некоторые из них еще несовершеннолетние, поэтому моё беспокойство понятно.

— Почему? Что тут особенного? — недоумевала Арзу, услышав комментарий относительно возраста. — Ведь важен талант артиста, разве нет?

— Важен ли? — саркастически приподняв бровь, хмыкнула Ирем. — Посмотри вокруг! Это ведь не детсадовский праздник. Тут проходят вечера для миллионеров, шампанское течёт рекой, воздух наполнен запахом сигар. Поняла теперь смысл вопроса?

— Да, конечно, вы абсолютно правы, — сказала Арзу, передавая женщине паспорт. — Прошу прощения, это было глупо с моей стороны…

— Ничего страшного, — рассмотрев удостоверение личности, Ирем одобрительно улыбнулась. — Отлично, сейчас подойдет наш арт-директор Аслан, он проведет экскурсию по заведению.

Поднимаясь с барного табурета в общем зале, Ирем собиралась уйти, но Арзу обратила внимание, что паспорт остался у нее.

— Вы можете вернуть мне паспорт? — неуверенность в голосе девушки выдавала тревогу, что документы могут задержать.

— Он нужен мне для оформления бумаг, — заявила Ирем с видом опытного человека. — Предпочитаешь трудиться неофициально? Запомни, мы серьезно относимся к персоналу и ждем аналогичного отношения.

Молчание стало единственным ответом Арзу, осознавая важность разрешения ситуации ради будущей карьеры. Возвращаться обратно в провинциальные рестораны, где публика состояла преимущественно из сомнительных личностей, совсем не хотелось.

Ирем поспешила наверх, на второй этаж клуба. Официант бара, занятый полировкой бокалов, бросил на девушку любопытный взгляд.

— Будьте добры воды, пожалуйста, — попросила Арзу, ощущая сухость во рту.

Тихо, без единого слова, он набрал воду из-под крана и положил стакан на стойку.

— Спасибо большое, — искренне поблагодарила девушка, добавив комплимент интерьеру. Видимо, настроение Ирем оставило след на поведении персонала, парень ничего не ответил.

Но вскоре подошёл человек, чей вид застопорил дыхание Арзу. Прямо к ней приближался сам Аслан Татлыоглу, знаменитый певец прошлых лет, чьи хитовые композиции постоянно крутились по телевидению и радио около полутора десятков лет назад. От нахлынувших воспоминаний Арзу готова была потерять способность говорить, пока широкая улыбка Аслана не вернула её в реальность.

— Надеюсь, Ирем не успела тебя сильно испугать, — тепло посмотрел на неё мужчина, чья открытость вызывала доверие. — Её характер известен всей команде.

Слегка пошевелив губами, девушка промямлила нечто неразборчивое.

Понимая ситуацию, Аслан нежно коснулся руки Арзу поцелуем — привычный жест знаменитого мужчины, который прекрасно умел располагать к себе людей.

— Давай познакомимся ближе, Арзу, прогуляемся немного, поговорим.

Пройдя через зал, сцену и коридоры, они подошли к гримерке.

— Просто восхитительное место, — шепотом выразила восхищение Арзу, разглядывая яркие костюмы на вешалках.

— Именно такую особую атмосферу мы создали специально для наших гостей, — с гордостью поделился Аслан. — Ты непременно найдешь здесь своё призвание.

— Буду надеяться, — робко отозвалась девушка, сомневаясь, кто сильнее повлиял на её чувства: клуб или его этот мужчина.

Продолжая рассказ о предстоящих выступлениях и знаменитостях-гостях, страх Арзу постепенно улетучивался, сменяясь волнением и ожиданием новых возможностей. Наконец-то мечта выйти на большую сцену начала воплощаться в реальности.

Едва Аслан озвучил параметры фигуры Арзу вслух, вернулась Ирем, держа в руке папку документов.

— Пока твои бумаги останутся у меня, нужно решить некоторые формальности, — объявила она, широко подмигивая. — Договорилась с врачом, пройдёшь медицинский осмотр. Здоровье сотрудников превыше всего. Кстати, вот твой контракт, прочитай и подпиши. Особенно внимательно прочти раздел 3.8.

Присутствие строгой женщины вновь заставляло нервничать, но девушка решила разобраться с договором незамедлительно. Несмотря на малую юридическую подкованность, бумага выглядела достаточно профессионально оформленной. Только один пункт вызвал настороженность — та самая статья 3.8.

— Тут говорится, что я обязана соблюдать конфиденциальность обо всём происходящем в клубе, включая клиентов...

— Стандартная процедура, — спокойно объяснил Аслан. — Вечеринки часто сопровождаются выпивкой, происходят разные события. Однако тебе нечего бояться, просто не обращай внимания на личные дела наших посетителей.

Ирем тихо посмеялась, давая понять, что Арзу излишне тревожна.

— Я ведь буду только выступать на сцене? — спросила девушка, слегка насторожено.

— Разумеется, — ответил Аслан, мягко улыбнувшись. — Каждый из артистов занимается исключительно своими обязанностями. Включая и меня.

Глядя на него, Арзу поверила каждому слову. Такой талантливый и располагающий человек не способен обмануть.

Подписывая договор, девушка внутренне успокоилась.