Глава 5

ГЛАВА 5. Лина. В паутине Черного Ректора

Приглашение в кабинет ректора застало меня прямо на выходе из аудитории Главной башни. Пожилая секретарша с поджатыми губами и эмблемой канцелярии на груди выросла передо мной словно из-под земли. Ее взгляд, полный смеси жалости и брезгливости, не обещал ничего хорошего.

— Адептка Ангелина? Лорд Валориан требует вас к себе. Немедленно. Пройдемте, — отчеканила она, даже не дожидаясь моего ответа.

Студенты, еще не успевшие разойтись, мгновенно затихли. Я спиной чувствовала их косые, злорадные взгляды. Кассандра ди Эмер, стоявшая чуть поодаль в окружении своей свиты, торжествующе ухмыльнулась, одергивая мантию факультета Высшей Тьмы. Все решили, что моя утренняя «выходка» не осталась незамеченной и теперь меня ждет как минимум отчисление, а как максимум — подвалы инквизиции Ада.

Я сохраняла абсолютное, ледяное спокойствие, хотя внутри все сжалось в тугой узел. Поправляя сумку на плече, я пошла вслед за секретаршей по извилистым коридорам академии. Мои каштановые волосы, оставленные сегодня распущенными, тяжелым шелком скользили по спине при каждом шаге. Они словно жили своей жизнью, чутко реагируя на растущее в воздухе магическое напряжение — я чувствовала, как отдельные пряди едва заметно покалывает от статического электричества.

«Спокойно, Лина. Ты просто испуганная сирота из приграничья. Ты ничего не знаешь, ничего не умеешь, а утренний инцидент — чистое совпадение», — мысленно твердила я себе, выстраивая в голове ментальные щиты.

Но настоящая буря бушевала в моих мыслях вовсе не из-за Кассандры. Профессор Кристиан. Его пристальный, полный затаенной боли и нежности взгляд во время лекции до сих пор стоял у меня перед глазами. Кем он мне приходится? Почему его аура казалась мне смутно знакомой, вызывая странное, щемящее чувство безопасности? Моя память была запечатана намертво древней, монолитной магией. То, что он мой отец — пока лишь мои догадки, интуитивные вспышки среди глухой темноты амнезии. Я не могла помнить его лица, не помнила его голоса. Лишь обрывки чужих фраз в снах и это странное, глухое притяжение. Я не могла доверять даже собственным ощущениям. В этом мире магии и иллюзий верить можно было только сухим фактам. А факты говорили об одном: я нахожусь на чужой территории, и правила здесь устанавливает хозяин этого замка.

Мы поднялись по винтовой лестнице в самую высокую башню, и секретарша указала мне на массивную двухстворчатую дверь из мореного дуба, украшенную серебряными рунами.

— Входи. И советую выбирать выражения, девица. Лорд ректор сегодня не в духе.

Я глубоко вздохнула, толкнула тяжелую створку и переступила порог.

Кабинет Люциана Валориана напоминал роскошное и одновременно пугающее логово хищника. Здесь царил полумрак, разгоняемый лишь багровым пламенем в огромном камине и мерцанием нескольких свечей на массивном столе. Стены были затянуты темным сукном, повсюду высились стеллажи с древними фолиантами, от которых пахло пергаментом и сушеной травой. Но сильнее всего здесь пахло ИМ. Запах темного мускуса, морозного ветра, горького шоколада и едва уловимого пепла. Этот аромат заставил мою запечатанную магию внутри груди бешено забиться, откликаясь на присутствие хозяина кабинета.

Ректор сидел в глубоком кресле за столом. На нем был безупречный черный камзол, расстегнутый у ворона на пару пуговиц, что открывало вид на крепкую шею и ключицы. Его черные как ночь волосы были слегка растрепаны. Он не поднимал головы, лениво перелистывая какие-то документы.

Я остановилась в нескольких шагах от стола, скромно сложив руки перед собой и опустив глаза в пол. Образ прилежной тихони должен быть безупречен.

— Вы вызывали меня, лорд ректор? — мой голос прозвучал тихо, с нужной долей робкого почтения.

Несколько секунд длилась звенящая, удушающая тишина. Я физически чувствовала, как его тяжелый, пронзительный взгляд сканирует меня сверху вниз. Он медленно поднялся со своего места. Его высокая, широкоплечая фигура словно заслонила собой весь оставшийся свет в комнате. Шаг, еще один. Он обходил стол, двигаясь с бесшумной, хищной грацией породистого пантера.

— Ангелина... Сирота из приграничья, — его низкий, бархатистый рокот прошелся по моей коже осязаемой волной, заставляя волоски на руках встать дыбом. — Скажи мне, адептка, как так вышло, что скромная девушка с бытовым уровнем Огня заставляет высшую демоницу падать на колени от удушья в первый же учебный день?

Я не подняла головы, удерживая дыхание ровным.
— Я не понимаю, о чем вы, лорд ректор. Леди Кассандра просто... переутомилась. Я ничего ей не сделала. Возможно, у нее случился приступ от духоты в коридоре.

Люциан остановился в опасной близости от меня. Я чувствовала исходящее от него сильное, живое тепло. Мой внутренний Хаос буквально умолял меня сорвать замки и потянуться к этой Тьме, слиться с ней. Это пугало больше всего. На Земле меня предал парень, я дала себе слово больше никому не верить, а тело предательски отзывалось на этого демона.

— Лгала бы ты искуснее, Ангелина, — в его голосе промелькнула опасная, жесткая усмешка. Вдруг его пальцы, сильные и горячие, нежно, но властно коснулись моего подбородка, заставляя меня поднять голову и посмотреть ему прямо в глаза.

Электрический разряд. Настоящая вспышка. Черные глаза Люциана, в которых клубилась жидкая Тьма, оказались в сантиметрах от моих. Его зрачки расширились, отражая мое собственное лицо. Его ноздри дрогнули, он жадно втягивал воздух, ловя мой запах.

— Твои документы — идеальная фальшивка, — прошептал он, и его дыхание опалило мои губы. — Твоя магия на сфере дара — искусный обман. Ты скрываешь свою силу, притворяешься серой мышью. Но сегодня ты распустила эти чертовы волосы... Зачем, Ангелина? Чтобы сводить меня с ума? Чтобы показать, что ты не боишься?

Его свободная рука медленно, почти невесомо скользнула по моим распущенным волосам. Стоило его ладони коснуться шелковистых каштановых прядей, как между нами проскочила видимая багровая искра. Моя запечатанная магия Хаоса внутри груди взвыла от дикого восторга, рванувшись наружу.

Я охнула, теряя контроль. Из моих пальцев непроизвольно вырвались тонкие жгуты багрово-черного пламени, которые мгновенно обвили запястье Люциана. Пространство в кабинете пошло трещинами, свечи вспыхнули фиолетовым огнем, а воздух стал настолько тяжелым, что зазвенели стекла в окнах.

Я испуганно отпрянула назад, разрывая тактильный контакт. Тяжело дыша, я прижала руки к груди, судорожно загоняя Хаос обратно под замок. Сердце колотилось в горле. Все. Маска сорвана. Он все увидел.

Люциан остался стоять на месте. На его запястье, там, где его коснулось мое пламя, не осталось и следа ожога — его собственная Тьма поглотила Хаос, но его глаза горели таким диким, первобытным торжеством и голодной страстью, что мне стало по-настоящему страшно.

— Багровое пламя... Тьма и Хаос, — выдохнул он, и его голос сорвался на хрип. — Ты даже не представляешь, кто ты, верно? Твоя память заблокирована. Но твоя сила... она принадлежит мне. Так же, как и ты сама.

Я сделала еще шаг назад, выпрямляя спину. Моя маска робкой отличницы слетела, обнажая мою истинную, дерзкую и умную натуру. Я посмотрела на Короля Ада холодным, колючим взглядом.

— Я не принадлежу никому, лорд ректор, — отчеканила я, и в моем голосе больше не было и капли страха. — Даже вам. Да, у меня есть сила. Да, я не та, за кого себя выдаю. Но я пришла сюда учиться, а не становиться чьей-то игрушкой. Если вы хотите выдать меня Совету или казнить — делайте это прямо сейчас. Но не смейте говорить, что я вам принадлежу.

Люциан замер, удивленно приподняв бровь. Моя дерзость явно пришлась ему по вкусу. Он медленно убрал руки в карманы брюк, делая глубокий вдох, возвращая себе маску хладнокровного правителя.

— Казнить тебя? — он тихо рассмеялся, и этот смех заставил мое сердце сделать кульбит. — Нет, Ангелина. Ты останешься здесь. Будешь прилежно учиться на своем факультете Общей магии. Будешь носить свою серую мантию и притворяться тихоней, раз тебе так нравится эта игра. Я сохраню твою тайну. Но помни: я наблюдаю за каждым твоим шагом. И рано или поздно, ты сама придешь ко мне. Свободна.

Я отвесила ему короткий, полный сарказма поклон и стремительно покинула кабинет, даже не оглядываясь. Настоящая буря только начиналась.