Глава 1. Забытая куртка

Осенний ветер, злой и промозглый, пытался прорваться сквозь неплотно закрытые окна аудитории №312. Последняя пара по русской литературе подошла к концу, оставив после себя лишь легкий гул затихающих голосов и запах пыльных книг.

Милана Крауз, кутаясь в шарф, уже шагала к двери, когда почувствовала привычное прикосновение — Анатолий легонько провел ладонью по её плечу, будто проверяя, не замёрзла ли она за два часа лекции.

— Чёрт, — пробормотал он, оглядываясь. — Куртку забыл.

Милана обернулась. Она хотела пошутить про его вечную рассеянность, но Толя уже машинально поправил её съехавший шарф — жест, который он повторял с детства, сотни раз, и который она перестала замечать. А зря. Такие вещи замечать стоит.

— Опять? — улыбнулась она. — Ты её каждый раз забываешь, Толь.

— Да знаю, знаю, — он махнул рукой, не глядя на неё. — Секунду, сейчас вернусь. Ты подождешь?

— Конечно, — ответила она, поправляя лямку сумки. — Только не забудь, а то мама опять будет переживать, что ты простудишься.

Он кивнул, уже направляясь обратно к парте у окна, где, видимо, и оставил свою ветровку. Милана вышла из аудитории, закрыв за собой дверь.

Коридор был почти пуст, лишь где-то вдали слышались шаги. Она решила спуститься вниз, к выходу, чтобы дождаться Анатолия у входа в корпус. Ступеньки лестницы казались ей привычно скрипучими, а воздух в фойе — особенно затхлым после свежести учебного класса.

Она остановилась у массивных дверей, ведущих на улицу, прислонившись плечом к холодному стеклу. Городской шум — сигналы машин, отдаленные голоса, шелест ветра в кронах деревьев — казался сейчас почти успокаивающим.

Она любила эти минуты ожидания. Стоять у дверей, смотреть на тусклый город, чувствовать, как холод от стекла пробирается сквозь шарф, и знать, что сейчас выйдет Толька, они пойдут пить дешёвый кофе в автомате напротив, и это будет ещё один обычный, хороший день. Она глубоко вздохнула, наслаждаясь этим моментом.

Достала телефон, чтобы проверить сообщения. Три минуты, пять, десять… Анатолия всё не было. «Наверное, долго искал», — подумала Милана, не испытывая беспокойства. Они дружили с детства, знали друг друга досконально, и такие мелочи, как забытая куртка, были для них обычным делом.

Она скользнула взглядом по прохожим. Привычка, въевшаяся за два курса психфака: читать людей по мелочам. Вон та женщина сжата, как пружина — явно торопится, но боится опоздать. А тот мужчина в пальто слишком резко закрыл дверь машины — срывает злость на ком-то дома. Милана любила эту игру. Она давала иллюзию, что мир просчитываем и безопасен.

Внезапно её внимание привлекло движение у края здания. Черный автомобиль, припаркованный слишком близко к углу, с затемненными стеклами. Ничего необычного для этого района — бизнесмены, преподаватели, кто угодно могли приезжать на машине. Но в следующий момент из-за угла вышли двое мужчин. Костюмы, солидные, но какие-то не такие, как у преподавателей. Слишком темные, слишком идеально сидящие, слишком… уверенные.

Они направились прямо к ней.

Милана напряглась. Она попыталась считать их так же, как считала прохожих минуту назад. И не смогла. Ни жестов, ни эмоций — будто у них лиц вообще нет. Пустота. Это было неправильно. Люди всегда считываются. А эти — нет.

Холодок пробежал по спине. Сердце забилось быстрее. Она отпрянула от двери, инстинктивно отступив назад.

— Извините… — начала она, но один из мужчин, высокий, с глазами, в которых не отражалось ничего, перебил:

— Девушка, пройдемте с нами. Вас просили подождать.

— Меня? — её голос дрогнул. — Кто просил? Я никого не жду.

— Не беспокойтесь. Это ненадолго.

Второй мужчина, более коренастый, подошел сбоку. Он двигался быстро, почти бесшумно. Милана открыла рот, чтобы закричать, но в лицо ударил резкий, приторно-химический запах. Мир вокруг завертелся, краски поплыли, и последнее, что она почувствовала, было прикосновение грубой ткани к губам и темнота, поглощающая всё.

В этот момент двери университета распахнулись.

Анатолий, сжимая в руке свою теплую ветровку, вышел на улицу, ожидая увидеть Милану. Он уже придумал шутку про то, что она могла бы и подождать его наверху, а не мёрзнуть здесь.

Но её нигде не было.

Только пустая площадь перед корпусом, холодный ветер и мокрый асфальт.

Он подошел к тому месту, где, как он помнил, Милана стояла минуту назад. Прислонившись к стеклу, кутаясь в свой дурацкий полосатый шарф, который он же ей и подарил на прошлый день рождения.

На асфальте виднелись свежие, глубокие следы от шин. Следы резкого старта автомобиля, который уехал совсем недавно. Машины, которой секунду назад здесь не было.

Анатолий посмотрел на следы, потом на пустую площадь.

— Милана? — позвал он, оглядываясь по сторонам. — Милана!

Его голос прозвучал неестественно громко и потерянно в наступающих сумерках.

Ответом ему был лишь свист ветра.

Холодный, острый страх начал медленно закрадываться в душу.