Глава 12

Глава 12

Холодный огонь

Новость о том, что Марк Вольский подписал долгосрочный контракт с крупным лейблом в Лос – Анжелесе, прошла по светским хроникам короткой, сухой строкой. Он уезжал. Брал с собой жену и исчезал с радаров на несколько лет. Официальная версия гласила: «творческий отдых», «поиск нового звучания», «желание растить ребёнка вдали от суеты».

- Вот видишь, он только может болтать, слова его ничего не значат, он ничего не сделал для тебя.

- Будто это так просто.

- Когда любишь всё просто.

Марсель уехал на работу. Юна, написала сообщение, давай встретимся и поговорим перед отъездом.

Они встретились в своём кафе.

- Что ты хочешь услышать?

- Почему ты снова предаёшь меня?

- Я в ту ночь понял одно, что это была не любовь, была привычка, привязанность. Но не любовь.

- Как ты можешь убивать меня сейчас, когда я и так сломлена.

Он взял её руку и посмотрел прямо в глаза

- Я тебя отпускаю, будь счастлива с мужем. Я отпускаю наши чувства и любовь. Забудь меня и чем быстрее, тем лучше. Я больше тебя не люблю.

Он встал и пошёл, не оборачиваясь. Его глаза налились слезами, он плакал пока шёл до машины, он врал себе и ей, он любил её до безумия.

Юна просидела ещё час, не было слёз. Она умерла, здесь и сейчас.

Реальность была куда прозрачнее и страшнее. После того как люди Арданова нашли их убежище, Марк понял: это не игра. Марсель не остановится ни перед чем. Он мог уничтожить карьеру, репутацию, а в худшем случае – и саму жизнь. Рисковать Кирой и ещё не рождённым ребёнком он не имел права. Любовь к Юне, какой бы она не была сильной, проиграла инстинкту самосохранения и отцовскому долгу.

Их отъезд был похож на бегство. Кира плакала, прощаясь с привычным миром, но была счастлива – она спасала свою семью. Марк смотрел в иллюминатор на удаляющийся огнями мегаполис, и его сердце разрывалось на части. Он оставлял за спиной не просто город, а свою душу.

Юна узнала об отъезде из утренней газеты, которую ей протянул Марсель.

- Он сделал правильный выбор. Семья и безопасность. Это мудро.

Она ничего не ответила. Отложила газету и ушла.

После возвращения что – то неуловимо изменилось в атмосфере их дома. Марсель больше не насиловал её в порыве ярости собственника. Его страсть стала холодной, расчётливой и … чувственной.

Он приходил каждую ночь в их спальню и долго смотрел на неё. В его глазах не было гнева – была лишь одержимость и странная пугающая нежность.

- Ты вернулась ко мне, шептал он, касаясь её волос. Ты наконец поняла, что твоё место здесь.

Его ласки были искусными. Он знал её тело лучше, чем она сама, изучив каждый сантиметр за время её плена. Он доводил её до исступления, заставляя тело предавать разум. Это был не просто секс – это был акт полного обладания.

Он ласкал губами каждый сантиметр её тела, прикусывал мочку уха, кусал соски. Она чувствовала, как увлажнялась, поскольку его пальцы двигались ближе. Он приблизился к кружевным трусикам и двинул пальцы под них. Он скользил по губам и задел клитор, она закрыла глаза и прикусила губу. Его глаза были дикими от желания. Она не верила, что разум её предаёт, что ей нравится жёсткий секс, с плётками, кляпами и наручниками. Он грубо прижал её бёдра, она чувствовала, как по телу распространяется жар.

В голове крутилось одно: Я презираю этого человека и всё, имеющее к нему отношение, но моё тело предаёт меня и жаждет с ним горячего секса.

- Привяжи меня

Он привязал её к кровати и вошёл в неё, он медленно входил и выходил из неё. Она стонала, извивалась, когда он легонько во время того как его член входил в неё бил плёткой. Он вставил ей кляп в рот и схватил за горло. Он трахал её два часа разворачивая в разные позы и оставляя на её теле укусы от своих поцелуев. Она закричала так, что кляп не помог заглушить её стоны. Они кончили, и он её развязал. Обнял.

- Ты дрожишь, говорил он ей прижимая к себе и гладя по волосам. Тебе хорошо со мной.

И это было правдой. Её тело отзывалось на его прикосновения против её воли. Это был самый страшный вид зависимости – физиологическая. Она сама его хотела.

Теперь эта клетка была сделана не из стали, а из его рук, его тела и той постыдной страсти, которую она больше не могла контролировать.

Однажды утром она проснулась раньше него. Он спал рядом – сильный, красивый хищник, она смотрела на его лицо, расслабленное во сне. И не чувствовала ничего. Ни любви, ни ненависти. Жизнь вошла в странный извращённый ритм. Внешне это была сказка, о которой мечтали миллионы. Юна Арданова триумфально вернулась на подиум. Её образ – утончённый, с ноткой трагической загадочности – как нельзя лучше вписался в новую моду. Она блистала на обложках Vogue и Harper’s Bazaar, закрывала показы в Париже и Милане, становилась лицом мировых брендов. Для всего мира она была иконой стиля, недосягаемой богиней, чья личная жизнь оставалась за кадром.

Но за кулисами этого блестящего шоу был только один зритель – Марсель. Он был её продюсером, её менеджером, её тенью. Он лично утверждал каждый контракт, выбирал фотографов и стилистов. Он лепил из неё идеал, свою совершенную куклу, и выставляя на всеобщее обозрение, чтобы весь мир видел – это принадлежит ему. Его одержимость не утихла, она лишь трансформировалась. Теперь главной целью стало не просто удержать её рядом, а привязать навсегда. Ребёнок. Ему нужен был наследник его империи, рождённый от женщины, которую он считал венцом творения.

Они седели в гостиной и обсуждали разные темы, она научилась его слушать и в глубине души уважать, раз он её муж.

- Ты так и не смогла меня полюбить и вычеркнуть его из сердца?

- Я бы вышла замуж за того…кого любила.

- Я не прошу любить меня так как его, но я надеюсь на твою нежность, хотя бы. И доброту.

- Тебе этого разве хватит? Тебе не нужна та, что сгорает страстью по тебе? Что помчится по полю боя, чтобы услышать твой голос? Как я бы сделала ради Марка.

- Не знаю, со мной так не было ни с одной женщиной. Ни одну женщину я так не любил, как тебя. Я всю жизнь сколько знаю ждал именно тебя, поэтому, я никогда не узнаю какого это, когда по тебе сгорают или бегут по полю боя, чтобы услышать твой голос.

Она снова начала читать журнал, он пил виски и смотрел на её красоту. Пролистывая отчёты на планшете.

-  Ты должна родить мне ребёнка, сказал он ей, просматривая отчёты.

Юна медленно опустила и посмотрела на мужа.

- После того, что было? После того, как я потеряла первого? Ты думаешь, это так просто?

Марсель отложил планшет и посмотрел на неё. В его взгляде была любовь и преданность к жене.

- Это не просьба, Юна. Это необходимость. Наш брак должен быть полноценным. Мне нужен сын.

Он встал и подошёл к ней и сел перед ней на колени, взяв её руки в свои, он коснулся их губами.

- Я дам тебе всё. Лучших врачей, лучшие клиники. Никаких рисков. Мы сделаем ЭКО, если ты боишься.

- А если будет дочь? – тихо сказала она, глядя ему в глаза.

- Значит, мы попробуем снова, - без тени сомнения ответил он. Пока не родится сын. Он поцеловал её.

Она закрыла глаза, позволяя ему обнимать себя. В какой-то момент, она поймала себя на мысли, что ей его жаль. Впервые она почувствовала к нему доброту.