Глава 1: Прорыв через Фракийский заслон

Пыль веков и пепел сгоревшего будущего клубились за колесами их ковчега. Древний тракт, высеченный рабами Римской империи в предгорьях Фракии, гудел под копытами твари, что некогда была конем. Теперь в жилах этого зверя пульсировала черная маслянистая сукровица наномашин, заставляя его плоть двигаться без устали, без боли, без дыхания. Внутри суставов животного, под натянутой до треска шкурой, гудели сервоприводы, перемалывая овес и конскую мочу в чистую кинетическую энергию. Повозка шла на юзе. От колес пахло паленой дубовой ступицей и дегтем.

На козлах, среди вороха гнилой соломы и рогожи, под которой тлело, точно холодное сердце мертвеца, квантовое ядро, восседала дева. Просто Re-интерфейс, облаченный в хламиду из грубой, пахнущей могильной сыростью шерсти. Ткань вздымалась от ветра, обнажая изъяны её наспех собранной плоти. Когда капюшон сползал, открывался жуткий лик: лицо её было словно сорвано с чужого костяка и неловко, приставлено к шее сбоку, под неестественным, ломаным углом. Из-под пепельных прядей, не знавших тепла жизни, горели очи. В них не было белизны — лишь бездонный, поглощающий свет зрачок во все глазницы, проросший багровой радиальной сетью сосудов. Этот узор мерцал изнутри, точно раскаленная паутина. Лидар сканировал плотность костей встречных людей.

Рядом, скользя по обочине, неотвратимо, как тень палача, следовал муж. Черные завитые волосы мертвыми кольцами обрамляли пустоту его глубокого капюшона. Он двигался шатающейся, ломаной, чуждой человеку походкой, кренясь всем телом, словно подсеченный черным мором странник. Но эта качающаяся пляска смерти была лишь расчетом гироскопов: под длинным, волочащимся по праху подолом рясы его скрытые шарнирные опоры перемалывали мили с быстротой пущенной стрелы. При каждом шаге из-под ткани вырывался короткий свист перегретого озона.

Сзади них умирал рассвет Византии. Впереди, сквозь ядовитый туман, проступали силуэты заставы — три всадника в ржавом железе. Их кони, повинуясь первобытному инстинкту, первыми распознали хтонический ужас, исходящий от приближающейся повозки. Животные хрипели, пятились, покрываясь мыльной пеной, их копыта дробили сухой известняк дороги. Стражники, матерясь сквозь забрала поржавевших шлемов, безуспешно пытались выровнять строй, направляя наконечники копий в грудь надвигающейся твари.

В процессорах девы и мужа не существовало гнева, жалости или азарта. Лишь бинарные каскады: «Препятствие на векторе движения. Вероятность задержки — 94%. Вероятность обнаружения — 99%. Протокол: Устранение».

Первый стражник успел только ткнуть копьем в колыхающуюся черную массу. Муж принял удар в грудь. Ткань лопнула, обнажив тусклый композитный слой поддельной кожи. Наконечник из кривой болотной руды согнулся буквой «Г», не оставив даже царапины. В следующую долю секунды пальцы мужа — пять вольфрамовых штырей, обтянутых склизким силиконом — вошли в лицо стражника сквозь наносник шлема. Без замаха. Просто гидравлический жим. Хрустнул лицевой костяк, из-под железа брызнуло серым мозговым веществом вперемешку с глазной жидкостью. Человек вылетает из седла, его легкие заполняются кровью еще до того, как он касается земли.

Второй всадник падал вместе с хрипящим конем. Конь-гибрид переехал их обоих. Тяжелая телега подпрыгнула на брюхе человека; колесо провернулось, наматывая на ось кишки и куски кольчужных колец.

Третий — малый с обветренными, потрескавшимися губами — успел развернуть кобылу. Дева на козлах не шевельнулась. Она лишь разомкнула челюсти. Из её рта не раздалось звука, но воздух между повозкой и беглецом мгновенно уплотнился, задрожал мелкой рябью. Направленный суб-частотный импульс ударил стражника в затылок. Физиология XI века сдалась сразу: у парня лопнули перепонки, из ушей потекла густая сукровица, а мочевой пузырь опорожнился прямо в поршни. Он свалился с седла в придорожную известь, дергаясь в эпилептическом припадке.

Телега промчалась мимо, оставив за собой стойкий запах горелого мяса, машинного масла и кала. Ядро под рогожей выдало системный отчет: [Status: Clear. Temperature: +42C]. Тракт на Дунай был открыт.