Глава 14

ПРИЗНАНИЕ ОТЦА

Милана вернулась домой поздно вечером и пошла прямо к отцу. Не сняла плащ, не сняла перчатки — просто вошла в гостиную, где он сидел, как всегда, в старом кресле, с газетой, которую не читал.

— Ты убил его, — сказала девушка, глядя на него, и голос её был холодным, как зимний ветер, пронизывающий до костей. — Ты убил мужа Воронцовой.

Отец поднял на неё глаза. Мутные, старческие, с красными прожилками, полные боли и стыда. Молчал долго, потом заговорил:

— Я не хотел его смерти, дочка. Я выиграл у него двадцать тысяч. Он не мог их отдать. Попросил отсрочку, я дал. Мы были друзьями, я не хотел его разорять. Но через неделю он застрелился. Я не знал, что он так отчаян. Я не знал, что он такой слабый.

— Ты не знал? — переспросила Милана, и голос её дрожал от ярости и боли. — Ты не знал, что у него семья, что у него маленький сын, что он был болен и слаб? Ты всё знал, папа. Ты знал, что он проиграет. Ты знал, что он не сможет отдать долг. Ты хотел, чтобы он проиграл.

Отец опустил голову, плечи его содрогнулись от беззвучных рыданий.

— Я не хотел его смерти, — повторил он снова и снова, как молитву. — Я просто хотел выиграть. Я не думал, что он застрелится. Прости меня, дочка. Прости меня.

Милана смотрела на него, и впервые в жизни не чувствовала жалости. Только горечь. Только отвращение. Только холодное понимание того, что его слабость, его жадность, его глупость разрушили её жизнь.

Девушка выбежала из комнаты, поднялась в мастерскую и рухнула на колени перед пустым мольбертом. «Портрет молчания» был продан. Александра не было рядом. Долг висел над ними, как дамоклов меч. А правда была такой горькой, что она не знала, как жить дальше.