Глава 14 Пустота в эфире

Они мчались по шоссе обратно в Кливленд, и каждый километр отдавался в висках тяжёлой пульсацией. Эмма не могла сидеть на месте — она то смотрела в окно на мелькающие огни встречных машин, то снова пыталась дозвониться до Саймона, но телефон упрямо выдавал длинные гудки, которые сменялись голосовой почтой. Внутри неё росла тревога, холодная и липкая, как туман над озером.

— Он всегда отвечал, — сказала она Калебу, который вёл машину на предельной скорости. — Даже ночью. Даже когда был в тюрьме и у него были ограничения. Он всегда брал трубку.

— Может, он просто не может говорить, — сказал Калеб, но в его голосе не было уверенности. — Может, у него проверка или ещё что-то.

— Нет, — сказала Эмма, сжимая телефон. — Здесь что-то другое. Я чувствую.

Она набрала номер Майи, и трубку взяли после первого гудка.

— Майя, ты можешь проверить тюрьму в Мэнсфилде? Узнать, на месте ли Саймон? — спросила она, стараясь говорить спокойно, но голос предательски дрожал.

— Сейчас, — ответила Майя, и на том конце послышался стук клавиш. Через минуту она сказала: — Странно. Система показывает, что его перевели в другую камеру сегодня утром. Но причина не указана. И нет записи о том, кто дал распоряжение.

— Это не просто перевод, — сказала Эмма. — Это он. «Д.К.». Он добрался до Саймона.

Она почувствовала, как холод пробегает по спине. Саймон был её связью с прошлым, её самым неожиданным союзником. Если его убрали, значит, «Д.К.» знает всё. Знает, что они нашли блокнот. Знает, что они едут в Чикаго. И он уже сделал первый ход.

— Мы должны быть в Кливленде через час, — сказала она, глядя на дорогу. — Мы должны подготовиться.

Когда они въехали в Кливленд, было уже за полночь. Город спал, и только редкие фонари освещали пустые улицы. Офис встретил их тишиной и запахом старого кофе. Майя сидела за столом, её лицо было бледным, а глаза красными от недосыпа и напряжения.

— Я проверила всё, что могла, — сказала она, когда они вошли. — Запись о переводе Саймона была удалена из основной базы данных через час после того, как я её нашла. Кто-то знает, что мы следим за системой.

— Это «Д.К.», — сказала Эмма, садясь напротив неё. — Он знает о нас всё. Он знает, что мы нашли блокнот Моргана. Он знает, что мы будем искать его.

— Тогда нам нужно действовать быстрее, — сказал Лео, который тоже был в офисе и просматривал новости на своём ноутбуке. — Я нашёл кое-что. В Чикаго сегодня ночью был пожар в офисном здании по адресу, который мы нашли в блокноте. Здание полностью выгорело.

— Он уничтожает улики, — сказал Калеб. — Он знает, что мы приближаемся.

Эмма взяла блокнот и перечитала запись Моргана. Адрес был старым — возможно, «Д.К.» уже переехал. Но он оставил след. И она знала, что не может остановиться.

— Майя, ты можешь проверить, кто владел этим зданием до пожара? — спросила она.

— Уже сделала, — ответила Майя. — Это была подставная компания. Но через неё проходили платежи от нескольких крупных корпораций. И одна из них принадлежит сенатору Хейсу, точнее, его брату.

— Значит, «Д.К.» связан с семьёй Хейса, — сказала Эмма. — Это объясняет, почему он знал о Моргане. Он был частью их системы.

— Или он был над ними, — сказал Калеб. — Если он управлял Хейсом, то он мог управлять и Морганом.

Внезапно телефон Эммы завибрировал. Сообщение от неизвестного номера. Она открыла его и прочитала: «Саймон жив. Он в Чикаго, в старом складе на Милуоки-авеню. Приходи одна, если хочешь его спасти. Если придёшь с кем-то — он умрёт. — Д.К.».

Эмма замерла, сжимая телефон. Её сердце колотилось в груди, и она чувствовала, как страх смешивается с решимостью.

— Это от «Д.К.», — сказала она. — Он хочет, чтобы я пришла одна. Он держит Саймона в заложниках.

— Это ловушка, — сказал Калеб, хватая её за руку. — Ты не можешь идти одна.

— Если я не пойду, он убьёт Саймона, — сказала она. — Я не могу этого допустить.

— Тогда мы будем следить за тобой, — сказала Майя. — Я посажу тебе микрофон и камеру. Мы будем на связи. Если что-то пойдёт не так, мы ворвёмся.

Эмма посмотрела на неё, затем на Калеба, затем на Лео. Она видела в их глазах ту же решимость, что и в своих.

— Хорошо, — сказала она. — Я иду. Но если я не выйду через час, вы врываетесь.

Она взяла куртку и направилась к выходу. Калеб остановил её:

— Эмма, будь осторожна.

— Я всегда осторожна, — сказала она. — Обещаю.

Она вышла в ночь. Чикаго ждал её.

Она приехала на склад через два часа. Здание стояло в промышленной зоне, тёмное и заброшенное. Внутри горел тусклый свет. Эмма вышла из машины и подошла к двери. Сердце колотилось, но она заставила себя дышать ровно.

— Майя, ты слышишь меня? — прошептала она.

— Да, — раздался голос в наушнике. — Я вижу всё через камеру. Будь осторожна.

Она толкнула дверь и вошла. Внутри пахло пылью и машинным маслом. Она прошла через пустой цех и увидела лестницу, ведущую на второй этаж. Она поднялась.

В небольшой комнате без окон сидел Саймон. Он был связан, но выглядел живым и невредимым. Он посмотрел на неё с облегчением.

— Ты пришла, — сказал он. — Я знал, что ты придёшь.

— Ты в порядке? — спросила она, подходя к нему.

— Я жив, — сказал он. — Но это не главное. Главное, что «Д.К.» был здесь. Он оставил кое-что.

Он указал на стол, где лежал конверт. Эмма взяла его и открыла. Внутри была фотография и письмо.

На фотографии был её отец, стоящий рядом с мужчиной, которого она не узнала. На обороте было написано: «Д.К. — твой отец знал его. И он знал правду».

Она прочитала письмо: «Твой отец был частью этого с самого начала. Он не был жертвой. Он был одним из нас. Если ты хочешь узнать всю правду, приходи в Мэнсфилд, в старую церковь. Завтра в полночь. Приходи одна. — Д.К.».

Эмма сжала письмо в руках. Она знала, что это может быть ещё одна ловушка. Но она также знала, что это может быть последний ключ к разгадке.

— Я пойду, — сказала она. — Я должна узнать правду.

Она освободила Саймона, и они вышли из склада. На улице она посмотрела на письмо, затем на тёмное небо над Чикаго. Это было только начало конца.