Глава 22 Театр теней

Чикаго встретил её ветром и холодным дождём, который начался ещё на подъезде к городу и теперь хлестал по лобовому стеклу, размывая огни небоскрёбов. Эмма сидела за рулём арендованной машины, сжимая руль так сильно, что пальцы побелели. Она знала, что это может быть её последняя поездка. Но она не могла позволить себе думать о смерти.

Она остановилась за квартал от старого театра. Калеб сидел на заднем сиденье, проверяя оружие. Он хотел пойти с ней, но она была непреклонна. Он должен был ждать снаружи.

— Если я не выйду через час, — сказала она, не оборачиваясь, — ты врываешься.

— Я ворвусь через полчаса, — поправил он.

— Через час, — повторила она. — Я должна знать, что он хочет сказать. Если я прерву его раньше, я никогда не узнаю правду.

Она вышла из машины и направилась к театру. Дождь стекал по лицу, смешиваясь с потом и слезами, которые она не замечала. Когда она подошла к двери, она толкнула её и вошла внутрь.

В театре было темно. Только сцена была освещена тусклым светом, и на ней стоял человек — тот самый Дэниел Кросс, с фотографии. Он был выше, чем она ожидала, с пронзительными глазами и спокойной улыбкой, которая не касалась его губ.

— Эмма, — сказал он, когда она подошла ближе. — Я знал, что ты придёшь. Ты не умеешь оставлять вопросы без ответов.

— Ты хотел меня видеть, — сказала она, останавливаясь в нескольких метрах от сцены. — Я здесь.

— Я хотел поговорить с тобой о твоём отце, — сказал он. — И о том, что ты думаешь, что знаешь правду.

— Я знаю, что Д.К. использовал меня, чтобы уничтожить Хейса и Моргана, — сказала она. — Я знаю, что он был моим дядей. Я знаю, что ты был его учеником. Что ещё я должна знать?

Дэниел усмехнулся и спустился со сцены, подходя к ней ближе.

— Ты знаешь только то, что он хотел, чтобы ты знала. Ты думаешь, что он ушёл, оставив тебя в покое? Он оставил тебя мне. Я его наследник. Я продолжу его дело, если ты не остановишь меня.

— Я остановлю тебя, — сказала она, и голос её был твёрдым. — Я остановлю всё это.

— Ты не сможешь остановить систему, Эмма, — сказал он, качая головой. — Ты можешь только изменить её. Ты можешь стать её частью.

— Я не хочу быть частью этого, — сказала она.

— Тогда ты умрёшь, — сказал он, и в его голосе не было угрозы — только факт. — Как твой отец. Как все, кто пытался бороться.

Он сделал шаг вперёд, и в его руке блеснул нож.

— Ты думала, что я пришёл поговорить? Я пришёл закончить это. Д.К. сказал, что если ты откажешься, я должен убрать тебя.

Эмма отступила, чувствуя, как адреналин заливает кровь. Она вытащила нож, который всегда носила с собой, и приготовилась к бою.

— Ты не сможешь убить меня, — сказала она. — Ты не первый, кто пытался.

Он бросился на неё, и она увернулась, чувствуя, как лезвие проходит в нескольких сантиметрах от её лица. Она ударила его ногой в колено, и он пошатнулся, но не упал.

— Ты сильная, — сказал он, усмехаясь. — Но ты не сможешь победить меня.

Он снова бросился на неё, и они начали борьбу. Эмма чувствовала, как силы покидают её, но она не сдавалась. Она помнила лицо своего отца, его голос, его слова о том, что правда важнее жизни.

Внезапно дверь театра открылась, и вбежал Калеб. Он выстрелил в воздух, и Дэниел отступил.

— Брось оружие! — крикнул Калеб. — Руки вверх!

Дэниел усмехнулся и бросил нож на пол.

— Ты привела подкрепление, — сказал он. — Молодец. Но это не конец, Эмма. Мы ещё встретимся.

Он повернулся и побежал к сцене, где была скрытая дверь. Он исчез за ней, и когда Калеб подбежал, дверь была заперта.

— Он ушёл, — сказал Калеб.

— Я знаю, — сказала Эмма, тяжело дыша. — Но он сказал, что мы ещё встретимся.

Она опустила нож и посмотрела на сцену, где только что стоял Дэниел.

— Мы вернёмся, — сказала она Калебу. — Мы найдём его.

— Я знаю, — сказал он, обнимая её. — Но сначала мы должны уйти отсюда.

Они вышли из театра, и дождь уже стихал, оставляя после себя мокрый асфальт и свежий воздух. Эмма посмотрела на небо, где тучи начинали рассеиваться, и почувствовала, как внутри неё закипает решимость.

— Мы ещё увидимся, Дэниел, — сказала она. — И в следующий раз я буду готова.

Она села в машину, и они уехали, оставляя позади театр и тени прошлого.