Глава 26 Испытание

Тишина в заброшенном доме была гулкой и плотной, как вода. Эмма смотрела на Сэмюэла Уитфилда, и его вопрос повис в воздухе, тяжёлый и острый, как лезвие. "Ты готова убить, чтобы остановить зло?" Она чувствовала, как Калеб замер у неё за спиной, чувствовала, как время замедляется, и каждый удар её сердца отдавался в висках.

Она знала, что от её ответа зависит всё. Если она скажет "да", он может счесть её такой же, как Роуз, как Кейн — ещё одним инструментом системы. Если она скажет "нет", он может счесть её слабой и отказать в помощи. Она должна была найти середину — ответ, который покажет её решимость, но не превратит её в монстра.

Она сделала шаг вперёд, и её голос был спокойным, но твёрдым:

— Я не хочу убивать. Я не хочу быть убийцей. Но я готова сделать всё, что нужно, чтобы защитить невинных. Если я окажусь в ситуации, где единственный выбор — убить или позволить злу продолжить, я сделаю свой выбор. Но я никогда не буду искать смерти как решения. Я буду искать правду, справедливость, и если они требуют жертв, я готова принять их. Но не потому, что я хочу убивать, а потому что я хочу жить в мире, где зло не побеждает.

Сэмюэл смотрел на неё долгим, пронзительным взглядом. Его лицо было непроницаемым, как каменная маска. Затем он медленно кивнул.

— Твой отец сказал бы то же самое, — сказал он, и в его голосе впервые послышалась теплота. — Именно поэтому я помогу тебе.

Он подошёл к старому камину, нажал на скрытый механизм, и часть стены бесшумно отошла в сторону, открывая небольшую нишу. Внутри лежал старый металлический ящик. Он вытащил его, поставил на стол и открыл. Там были папки, фотографии, письма, магнитофонные кассеты.

— Здесь всё, что я собирал все эти годы, — сказал он. — Имена, даты, доказательства. Всё, что тебе нужно, чтобы уничтожить систему раз и навсегда.

Эмма подошла к столу и взяла одну из папок. Она открыла её и увидела фотографию — группу людей, стоящих у здания «Скайлайн». Среди них были её мать, Майкл Кейн, Сара Коннор, и тот мужчина, которого она не знала. Внизу была подпись: «Элиас Кейн, 1994 год». Она замерла.

— Элиас Кейн? — переспросила она, чувствуя, как мир начинает рушиться. — Но Элиас Кейн — это сын Майкла Кейна. Ты хочешь сказать, что… он был частью системы?

— Он был её сердцем, — сказал Сэмюэл. — Он был тем, кого Роуз готовила стать своим наследником. Но он отказался. Он хотел выйти, как и его отец. И его убили.

— Его убили? — спросила она. — Но он жив. Я видела его в тюрьме.

— Нет, — сказал Сэмюэл, и его голос стал холодным. — Ты видела не Элиаса Кейна. Ты видела его двойника — того, кого Роуз поставила на его место. Он был подставным лицом, чтобы скрыть правду. Настоящий Элиас Кейн умер в 1995 году, за месяц до того, как твой отец был убит.

Эмма почувствовала, как земля уходит из-под ног.

— Тогда кто в тюрьме?

— Это человек, которого Роуз вырастила, чтобы он стал идеальным наследником, — сказал Сэмюэл. — Он — инструмент. Он не знает, что он не настоящий Кейн. Он верит, что он — сын Майкла Кейна. Это часть его идентичности.

— Значит, всё, что он мне говорил — ложь?

— Не совсем, — сказал Сэмюэл. — Он верит в то, что говорит. Но он не знает всей правды. И теперь ты должна решить: ты расскажешь ему правду или используешь его как рычаг против настоящего наследника?

— Настоящего наследника? — спросила она. — Ты говоришь, что есть ещё кто-то?

— Да, — сказал Сэмюэл. — Настоящий наследник Роуз — тот, кто должен был заменить её, — скрывается в тени. Он ждёт, пока ты уничтожишь всех её врагов, чтобы выйти и занять место. И он уже знает, что ты здесь.

Он посмотрел на неё, и в его глазах была грусть.

— Будь осторожна, Эмма. Ты думаешь, что ты охотник, но ты можешь быть дичью.

Эмма сжала папку в руках.

— Я не боюсь, — сказала она. — Я всегда готова.

Она повернулась и направилась к выходу, оставляя Сэмюэла в тишине.

Когда она вышла на улицу, её встретил Калеб.

— Что он сказал?

— Он сказал, что Кейн — не настоящий наследник, — сказала она. — Настоящий наследник всё ещё на свободе.

Она посмотрела на папку в своих руках и села обдумывать, кто мог бы быть действительно настоящим наследником.