Глава 2

Мисс Скаво остановилась у доски, чуть поправила очки и обвела класс спокойным, но твёрдым взглядом — так, будто хотела заранее пресечь любую попытку пошутить. В дверях, чуть позади неё, стоял незнакомый парень. Он не сутулился, не прятал глаза, но и не старался казаться своим — просто стоял, будто ему было одинаково комфортно и здесь, и где‑нибудь в полной тишине.

— Ребята, — голос мисс Скаво прозвучал чуть громче обычного, будто она сама чувствовала, что момент особенный. — У нас новый ученик. Его зовут Люциан Дарксон. Он переехал к нам из другого города, и я прошу вас помочь ему освоиться.

Класс замер на секунду — тот самый короткий миг, когда все одновременно задерживают дыхание, чтобы потом выдохнуть шёпотом, смешком, скрипом стула. Кто‑то уже начал шептаться, кто‑то откровенно разглядывал новенького, а Рене чуть приподнялась на стуле, пытаясь поймать его взгляд.

Мисс Скаво чуть наклонила голову, будто проверяя, все ли её услышали, и добавила:

— Люциан, расскажи пару слов о себе, если хочешь. Где жил раньше, что нравится, может, есть какое‑то хобби… Или можешь пока просто сказать, как к тебе лучше обращаться.

Люциан едва заметно кивнул, будто принимая условия игры, в которую не очень хотел играть.

— Я жил на севере, — его голос оказался ровным, без лишних интонаций, и от этого звучал ещё отчётливее в притихшем классе. — Там почти всегда пасмурно. Мне нравится читать и… наблюдать.

Кто‑то из задних рядов хихикнул: «Наблюдать? Как шпион?» Но мисс Скаво даже не повернула головы в ту сторону — она просто чуть приподняла бровь, и смех тут же стих.

— Спасибо, Люциан, — спокойно сказала она. — Это уже немало. А теперь давай решим, куда тебя посадить.

Она оглядела ряды, будто мысленно перебирая варианты, и остановилась на свободной парте рядом с Рене — в среднем ряду, не слишком близко к доске, но и не на галерке. Место, где можно быть на виду, но не под прицелом.

— Вот здесь будет хорошо, — указала мисс Скаво. — Рене, ты не против?

Рене слегка вздрогнула, будто её выдернули из собственных мыслей, быстро кивнула:

— Нет, конечно.

Люциан прошёл к парте, сел без лишней суеты, положил рюкзак на пол и достал тетрадь и ручку — всё самое обычное, но как‑то очень собранно.

Мисс Скаво снова повернулась к классу:

— Так, возвращаемся к теме. Сегодня у нас разбор главы, которую вы должны были прочитать. Но прежде чем начнём, хочу, чтобы каждый из вас запомнил: у нас в классе новенький, и наша задача — сделать так, чтобы он почувствовал себя частью команды. Не обязательно устраивать ему экскурсию по школе прямо сейчас, но если понадобится помощь с расписанием, с кабинетами или просто с тем, где тут можно нормально пообедать, — будьте рядом. Договорились?

В классе раздалось нестройное «да», кто‑то кивнул, кто‑то снова зашептался, но уже тише, будто теперь шептаться было не про новенького, а про что‑то своё.

А мисс Скаво, будто поставив невидимую точку, открыла учебник и ровным голосом начала:

— Итак, вернёмся к тексту…

Люциан сидел спокойно, взгляд его скользнул по строчкам на доске, потом чуть задержался на Рене, которая старательно делала вид, что полностью поглощена записями. И в этом мгновении было что‑то такое, что заставило мисс Скаво на долю секунды замереть — будто она вдруг почувствовала, что привычный ритм класса только что чуть‑чуть, незаметно сдвинулся. Но она тут же продолжила урок.

Кристина которая сидела ниже рядом развернулась и посмотрела на него без всякого стеснения — она никогда не умела смотреть украдкой и не считала нужным учиться.

— Красивый, — сказала она негромко, но недостаточно, чтобы Люциан не услышал.

Незнакомый не повернул головы.

— Кристина, — сказала осуждающим голосом Рене.

— Что? Я просто констатирую факт.

Заметив, что Кристина сидит в пол оборота, мисс Скаво обратилась к ней:

— Кристина ты  может сказать, какую основную идею хотел донести автор в этой главе?

—Черт -пискнула Кристина и повернулась к доске.

В столовой было шумно: кто-то спорил из‑за последнего пирожка, кто‑то громко смеялся над чьей‑то шуткой, а воздух пах горячей выпечкой и крепким чаем. Кристина, Рене и Оливия устроились у окна — тут хотя бы можно было слышать друг друга.

Кристина размашисто откусила сэндвич и тут же наклонилась к подругам, понизив голос до заговорщицкого шёпота:

— Ну, что думаете? Этот Люциан… У него такой вид, будто он знает что‑то, чего не знаем мы. И при этом вообще не старается казаться дружелюбным.

Рене закатила глаза, но в них плясали искры любопытства:

— Да он просто мрачный тип, который хочет, чтобы его оставили в покое. Но знаешь, это даже цепляет. Как в тех сериалах, где новенький — обязательно с тайной.

Оливия, которая обычно не спешила с выводами, задумчиво помешивала ложкой йогурт:

— Мне кажется, он не столько мрачный, сколько… собранный. Будто всё время начеку. Как будто ждёт, что вот‑вот что‑то случится.

— Именно! — воскликнула Кристина, подавшись вперёд. — Я это тоже почувствовала. В классе он сидел так, будто просчитывал все выходы из комнаты.

Они на секунду замолчали, каждая прокрутила в голове утреннюю сцену с представлением новенького.

И тут рядом с их столом раздался знакомый голос:

— Привет, банда. Можно к вам?

Все трое подняли головы. У стола стоял Бенджамин Меир — в слегка помятой школьной рубашке, с бутербродом в одной руке и стаканом сока в другой. Его улыбка была такой же непринуждённой, как в те дни, когда они вчетвером гоняли мяч по двору или строили шалаш из старых коробок.

Кристина расплылась в улыбке:

— Бен! Садись, конечно. Мы тут как раз обсуждаем главного героя сегодняшнего дня.

Бенджамин плюхнулся на скамейку рядом с Кристиной, ловко пристроил поднос и тут же подхватил:

— Это ты про новенького? Я его заметил ещё на перемене — он стоял у шкафчиков, будто пытался угадать, какой из них его. Вид у него… ну, скажем так,  «я здесь, чтобы не заводить друзей».

Рене хихикнула:

— Ты всегда умеешь описать человека в трёх словах.

— Опыт, — подмигнул Бенджамин. — Мы с ним по пути в кабинет чуть не столкнулись. Я сказал «привет», а он просто кивнул. Не грубо, но так… будто у него в голове список из ста дел, и «поболтать с одноклассником» в него не входит.

Оливия чуть наклонила голову:

— Может, ему просто тяжело. Переезд, новая школа…

— Или у него есть причина держаться в стороне, — протянула Кристина, и в её голосе снова прорезалось то самое любопытство, которое никогда не давало ей просто пройти мимо чего‑то загадочного.

Бенджамин на секунду задумался, потом пожал плечами:

— Ладно, пусть держится в стороне. Но если вдруг понадобится кто‑то, кто покажет, где тут нормальный кофе в автомате и как не попасться миссис Трент у лестницы, — я тут.

Кристина ткнула его локтем, но мягко:

— Вот за это я тебя и люблю. Ты всегда за то, чтобы дать человеку шанс.

— Ну, я же не предлагаю ему стать моим лучшим другом к пятнице, — усмехнулся Бенджамин, откусывая кусок бутерброда.

Кристина наклонилась к Рене.

— Люциан, — повторила она одними губами. — Имя как из книжки.

Рене ничего не ответила. Она наконец подняла взгляд на дверь — и в этот момент Люциан вошел в столовую.

Они посмотрели друг на друга секунду. Потом он отвернулся — спокойно, без спешки, как будто просто переключился на что-то другое.

Рене опустила глаза.

Сердце билось чуть быстрее обычного. Она списала это на духоту.

После третьего урока был перерыв двадцать минут — достаточно чтобы выйти во двор, купить что-нибудь в автомате у столовой и вернуться. Кристина тянула Рене за рукав ещё в коридоре.

— Идём познакомимся.

— Зачем? — спросила Рене.

— Потому что интересно. Оливия, ты с нами?

Оливия шла чуть сзади, прижимая к груди учебник.

— Я не уверена, что ему нужно чтобы к нему подходили, — сказала она осторожно.

— Все новенькие хотят чтобы к ним подошли, — сказала Кристина с уверенностью человека, который никогда в этом не сомневался. — Просто не все признаются.

Люциан стоял у дальнего края двора — там где старое дерево отбрасывая тень и скамейки всегда были пустыми, потому что туда не доставало солнце. Он стоял, опершись на ствол, и смотрел куда-то поверх забора — на улицу, на крыши домов, на что-то, чего Рене не видела.

Кристина подошла первой. Она всегда шла первой.

— Привет, — сказала она. — Я Кристина. Это Рене и Оливия. Мы решили спасти тебя от одиночества.

Люциан посмотрел на неё. Потом на Оливию. Потом на Рене — и здесь взгляд задержался чуть дольше. Рене почувствовала это кожей, хотя смотрела в сторону.

— Люциан, — сказал он. Голос был ровным, чуть низким для его комплекции.

— Мы знаем, — сказала Кристина весело. — Мисс Скаво представила. Ты откуда?

Пауза была короткой — почти незаметной.

— Издалека, — сказал он.

— Это не ответ, — сказала Кристина.

— Кристина, — тихо сказала Оливия.

— Что? Я просто спрашиваю.

Люциан чуть качнул головой — не раздражённо, скорее с чем-то похожим на интерес.

— Несколько мест, — сказал он. — Мы часто переезжали.

— С семьёй?

— С опекуном.

Кристина открыла рот — Рене знала этот момент, сейчас последует следующий вопрос, потом ещё один, она умела разматывать людей как клубок и искренне не понимала, когда это становилось слишком много. Рене тронула её за локоть.

— Дай человеку выдохнуть, — сказала она тихо.

Кристина закрыла рот. Посмотрела на Рене с лёгким удивлением — та обычно не останавливала её так прямо.

Люциан посмотрел на Рене.

— Всё нормально, — сказал он. В голосе не было вежливой отговорки — просто факт. Он говорил мало и точно, она это уже заметила. — Вы здесь давно живёте?

— Всю жизнь, — сказала Кристина, мгновенно переключившись. — Вельмор — это такое место, из которого не уезжают. Не знаю почему. Наверное, потому что незачем. Скучно, тихо, все всех знают.

— Тебе не нравится? — спросил он, но при этом смотря на Рене.

— Нравится, — призналась Кристина. — Просто иногда хочется чего-то... другого. — Она махнула рукой. — Ладно. Если хочешь — можешь есть с нами в столовой. Там ужасная еда, но компания хорошая.

Люциан посмотрел на неё секунду.

— Я не ем в столовой, — сказал он.

— Совсем?

— Совсем.

— Диета? — спросила Кристина с любопытством.

— Что-то вроде того.

Оливия молчала всё это время — стояла чуть в стороне и наблюдала. Рене знала этот её взгляд: внимательный, собирающий детали. Потом она скажет что-то точное и негромкое — всегда так.

Прозвенел звонок.

Кристина подхватила рюкзак.

— Ладно, Люциан-который-не-ест. Идём, а то мисс Скаво опять будет смотреть на меня как на причину всех бед.

Она пошла к входу — быстро, как всегда. Оливия двинулась следом, оглянулась на Рене.

Рене на секунду замешкалась.

Люциан всё ещё стоял у дерева. Смотрел на неё — спокойно, без попытки что-то в этом взгляде спрятать.

— До встречи, — сказал он.

— До встречи, — сказала она.

Она пошла к дверям и почти убедила себя, что не чувствует его взгляд спиной всю дорогу до порога.

Вечером Оливия написала ей одно сообщение.

Он странный.

Рене смотрела на экран. Потом напечатала: Знаю.

Убрала телефон. Легла на спину и уставилась в потолок.

За окном Вельмор был тихим, как всегда. Где-то далеко проехала машина, потом всё стихло.

Она думала о том, как он сказал до встречи — не пока, не увидимся. До встречи. Как будто уже знал, что она будет.