Глава 11

Рагнар не сводил глаз с Бриллианта, словно пытаясь разглядеть в ней скрытую истину. Наконец, он нарушил тишину:

— Выходит, она прибыла к нам из будущего?

— Скорее, из параллельного будущего, — поправил его Винсент.

Рагнар медленно кивнул, обдумывая услышанное, но в его взгляде читалось сомнение:

— Но ведь я должен был почувствовать её ауру. Если это одна и та же душа, то они должны быть противоположностями, разве нет?

Винсент нахмурился, подбирая слова.

— Душа нашей Госпожи — это её тёмная половина. А та, что стоит перед нами... по идее, должна быть светлой. Я ожидал ощутить яркое, чистое сияние, но ничего не изменилось. Аура всё та же — тёмная, но при этом пугающе холодная, чуждая нашему миру. Я не понимаю, почему так. У меня есть две догадки. Либо что-то случилось с душой нашей Госпожи, либо...

— Либо что? — Рагнар подался вперёд, требуя ответа.

Винсент посмотрел ему прямо в глаза, и в его голосе проскользнула тень тревоги:

— Либо её душа из будущего была запятнана.

Рагнар замер, поражённый этим предположением:

— Что значит «запятнана»?

— То и значит. Её жизнь в том времени была невыносимо тяжёлой. Ты ведь знаешь, как бывает: мир порой безжалостно топчет тех, кто рождён с чистой, светлой душой, пока от неё не остаётся лишь холодный пепел.

Рагнар понимающе кивнул, вглядываясь в полумрак комнаты.

— Скоро эти две души станут единым целым, — едва слышно прошептал Винсент.

Рагнар нахмурился, пытаясь осознать услышанное:

— Объединятся? И что произойдет, когда это случится?

Винсент перевел взгляд на Бриллиант, мерцающий в центре зала, и ответил с пугающим спокойствием:

— Наш мир и параллельная реальность рассыплются в пыль.

— Что? — Рагнар подался вперед. — Значит, она уничтожит всё сущее?

— Не уничтожит, а установит новый порядок, — поправил его Винсент. — Изначально эти половинки должны были быть одним целым, но боги вмешались. Они испугались и решили запечатать души. Светлую часть заточили, а темную… до того, как их успели запечатать, она сама расколола их. Никто даже не догадывался об этом. С тех пор её душа скиталась в пустоте.

Рагнар слушал, не перебивая, стараясь уловить суть этого древнего хаоса.

— Выходит, она стоит выше богов и демонов?

— Скорее, это существо космического масштаба, — мягко отозвался Винсент.

— Космического… — Рагнар задумчиво потер подбородок. — И что нам делать, когда она очнется? Мы ведь должны будем с ней поговорить?

— Этим я займусь лично, — отрезал Винсент. — Не беспокойтесь, герцог. Сейчас нам остается лишь молиться за нашу госпожу, которую забросило в будущее параллельного мира. Дай бог, чтобы она была в безопасности.

Винсент сложил руки в молитвенном жесте и, закрыв глаза, зашептал слова, которые должны были донестись до самых далеких миров.

Святой Винсент сидел в тишине, когда внезапно её покой нарушил голос Рагнара.

— Святой Винсент, можно задать вопрос? — спросил он, словно пытаясь собраться с мыслями.

Винсент улыбнулся, отвечая мягко и с добротой:

— Что-то тревожит вас, Герцог?

— Да, — признался Рагнар, — вчера я ощутил чьё-то присутствие. Не могу понять, кто именно, но кто-то наблюдал за мной.

— Присутствие? — переспросил Винсент, заинтересованно наклонив голову.

— Да, именно. Чувствовал ауру, и это было нечто необычное. Кто-то был здесь, во дворце, но я не могу понять, кто именно... Подожди, — Рагнар внезапно замялся, словно что-то вспомнил.

— Что-то не так? — спросил Винсент, внимательно глядя на него.

Рагнар молча поднял меч и направил его к шее Винсента. Тот удивлённо отшатнулся.

— Что вы делаете, Герцог? — воскликнул он.

— Ты кто? — холодно спросил Рагнар. — Это та самая аура, которую я чувствовал. И ещё... Госпожа Бриллиант была у тебя, а ты святой Винсент находился в монастыре. Как ты оказался здесь, в саду герцогини? Кто ты на самом деле? Или что ты за существо, что пытается обмануть меня?

Винсент молча смотрел на него, затем на мгновение задумался.

— Ах, вот незадача... Нужно было быть осторожнее, — пробормотал он, и внезапно вокруг них появился густой туман.

Густой, неестественный туман обволакивал всё вокруг, лишая Рагнара возможности видеть хоть что-то дальше собственного носа. Казалось, сама тьма сгустилась в этой комнате, превращая воздух в тяжелую, липкую субстанцию. Но вдруг тишину нарушило нечто, чего здесь быть не должно.

Бриллиант Лихоранс — или та её часть, что должна была нести свет, — резко распахнула глаза. Её взгляд, обычно глубокий, сейчас горел неестественным, пугающим алым пламенем. Атмосфера в покоях мгновенно изменилась: стало невыносимо холодно, а в углах комнаты, словно из ниоткуда, пробился зловещий красный свет.

Рагнар замер. Он смотрел на неё, не в силах отвести взгляд, в котором смешались раболепное обожание и первобытный, леденящий душу страх.

— Г-Госпожа? — его голос дрогнул, эхом отразившись от стен.

Бриллиант медленно перевела на него взгляд, слегка прищурившись. В её глазах читалось нечто чуждое, холодное.

— Здесь так холодно... — прошептала она, и этот звук показался Рагнару звоном разбитого льда. — Здесь ведь кто-то был, верно?

Рагнар не посмел подняться. Он опустился на колени прямо у края кровати, склонив голову, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

— Прошу прощения, Госпожа, — пробормотал он, сжимая кулаки. — Я... я упустил его.

Она ничего не ответила. Лишь продолжала сверлить его тяжелым, пронизывающим взглядом, а затем медленно обвела глазами покои, словно выискивая следы незваного гостя. И именно в этот момент Рагнар заметил нечто, от чего его сердце пропустило удар. В её левом глазу что-то изменилось. Алый цвет, такой яркий и пугающий, начал отступать, уступая место чистому, пронзительному золоту. Теперь на него смотрели два разных глаза: правый — по-прежнему кроваво-красный, и левый — сияющий, как расплавленное золото. Рагнар затаил дыхание. Что это было? Какая сила пробудилась в ней прямо сейчас?

Кроваво-красное марево, еще мгновение назад давившее на грудь своей жуткой, почти осязаемой тяжестью, внезапно рассеялось. Его сменил мягкий, почти осязаемый теплый свет, разлившийся по комнате, словно утреннее солнце после долгой бури. Рагнар невольно поморгал, не в силах поверить в такую резкую перемену. Значит, то существо не лгало. В голове вихрем крутились вопросы. Кто или что это было? Какая неведомая сила способна так легко менять саму ткань реальности? И как это существо связано с Госпожой? Возможно, оно обитало здесь веками, ожидая своего часа, или же было незримым стражем, привязанным к ней с самого начала.

Рагнар осторожно сделал шаг вперед, чувствуя, как тревога постепенно уступает место робкой надежде.

— Госпожа... — его голос прозвучал непривычно тихо в наступившей тишине. — Как вы... вы чувствуете себя?

Она медленно повернула голову. Ее взгляд, глубокий и пронзительный, встретился с его глазами. В этом взгляде, как и всегда, отражалась странная, завораживающая двойственность — два глаза разного цвета, словно два разных мира, сошедшихся в одном человеке.

— Прекрасно, — ответила она, и в ее голосе послышалось спокойствие. — Я чувствую себя... прекрасно.

Вскоре Бриллиант тихонько уснула.

— Не буду тебе мешать, — прошептал я.

Я поднялся с колен, взял лежащее неподалеку одеяло и бережно укрыл её. Моя рука невольно потянулась к её щеке. Рагнар уже хотел было коснуться её, но вдруг замер, словно опомнившись. Пальцы остановились всего в сантиметре от кожи, и он медленно отстранился. Добравшись до двери, я тихо пожелал ей доброй ночи и осторожно прикрыл за собой дверь.

Рагнар вышел в коридор, чувствуя, как холодный сквозняк пробирает до костей. Перед глазами всё ещё стоял облик того существа.

— Что ты такое? — пробормотал он себе под нос.

Винсент должен знать. Этот священник видел в жизни куда больше, чем кто-либо другой. Рагнар решительно развернулся и зашагал в сторону священного храма. Если кто и мог пролить свет на эту тайну, то только жрецы в своих святилищах.

                                     *****

— Мур-мяу...

Винсент заметил маленького гостя и тут же опустился на корточки.

— Ну, и что ты здесь забыл? — он мягко почесал рыжего кота за ушком. — Что-то случилось с нашей госпожой?

— Мяу? — кот посмотрел на него своими внимательными глазами и едва заметно кивнул.

Винсент нахмурился, почувствовав недоброе. Тревога кольнула сердце.

— Мне нужно быть там? — спросил он, вглядываясь в мордочку животного.

Кот отрицательно качнул головой.

— Ты всё сделал? — Винсент на секунду замолчал, пытаясь уловить суть. — Значит, она тебя увидела?

Кот снова покачал головой, глядя на него с какой-то странной, почти человеческой грустью.

Винсент бережно подхватил кота на руки и, прищурившись, прижался своим лбом к его пушистой голове. На мгновение мир вокруг замер, и перед глазами мужчины пронеслись чужие, обрывочные воспоминания. Увидев всё, что скрывал этот зверь, Винсент тихо выдохнул и аккуратно уложил кота в ящик стола, словно в уютную колыбель.

— Ну и ну... — пробормотал он, глядя на животное с легкой усмешкой. — Ты слишком старался ради госпожи. Бедный наш герцог чуть жизни не лишился, решив, что ты — какое-то злобное порождение тьмы.

Кот в ответ лишь недовольно нахмурился. Он демонстративно отвернулся, уткнувшись носом в угол ящика, всем своим видом показывая, насколько глубоко его задели эти слова.

Винсент тихо рассмеялся, примирительно погладив кота по загривку.

— Хах... ладно, ладно, не дуйся. Прости, друг, я не хотел тебя обидеть.