Глава 1. Тот, кто уснул перед Повелителем.

Клик. Клик. Клик.

— Не медли. Это важный экспонат, — сказал доктор Астерион.

— Слушаюсь, — нервно ответил подчинённый. Его руки застучали по клавиатуре быстрее, но от этого только неуклюжее. Металлическая дверь отворилась.

Внутри — стерильная комната. Белая керамическая плитка, слишком яркий свет, одностороннее стекло, металлический стол и два стула. Один пустой. На втором сидел мужчина.

Лет двадцати восьми. Голова опущена, словно он уснул прямо там. Короткие белокурые волосы прикрывали глаза. Чёрный костюм, белая бабочка.

Металлические ноги Астериона ступали по керамике, оставляя вмятины. Четыре ноги — четыре следа. Он отодвинул стул, но садиться не стал: не помещался. Просто остановился перед столом и положил обе руки на столешницу.

«Начало интервью».

— Эй, — окликнул он мужчину.

Ответа не последовало. Наоборот — тот захрапел.

На несколько секунд в комнате повисла тишина. Не неловкая. Такая, что обычно бывает перед бурей.

— Проснись! — рявкнул Астерион и ударил кулаком по столу, оставив вмятину.

Мужчина вздрогнул и вскинул голову:

— А? Что? Я не сплю! — он завертел головой по сторонам.

Астерион покачал головой. Шлем с фиолетовым свечением издал тихий звук, похожий на тяжёлый вздох.

— Охренеть... Какой же ты огромный, — сказал мужчина, глядя на него снизу вверх.

— Заткнись. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, — ответил Астерион, пропустив замечание мимо ушей.

Мужчина небрежно поковырялся в ухе:

— А о чём болтать-то? Я не любитель светских бесед.

Это раздражало. Астерион — Властитель Науки, владыка мучений, повелитель стихий, император молчальников и божественный тиран — должен был сидеть здесь и допрашивать этого типа, который даже не мог отнестись к происходящему серьёзно. Ему хотелось вскрыть его и пустить органы на опыты. Но он не мог. Этот человек — «важный экспонат».

— С кем я имею дело? — спросил наконец Астерион.

— Каэдзори Наоба. Ну, или как хотите, так и зовите.

Астерион так и сделал:

— Ты мой подопытный. Я нашёл тебя неделю назад. И ты проспал всю эту неделю. Должен быть благодарен, что я не разбудил тебя раньше.

— Ой-ой, боюсь-боюсь! Прям напугал! — с искренней насмешкой ответил Каэдзори и даже хлопнул себя по колену, тихо посмеиваясь.

Астерион резко повернулся к стеклу:

— Принесите инструменты для пыток, — холодно приказал он.

— Чего?! Пытки?! Нет-нет-нет! Стой! Я... Честно! Я сделаю что надо, только не пытай меня!

Астерион махнул металлической рукой, отзывая приказ.

— Так-то лучше, — сказал он. — Теперь начнём допрос.

Наоба нервно кивнул.

— Где ты живёшь?

— Я не помню...

— Чем ты питался до того, как мы тебя нашли?

— Человечиной.

Астерион напрягся. Не от страха. Он никогда не боялся. От любопытства. Он и сам делал вещи похуже, но человеческое мясо не пробовал.

— Какое оно на вкус?

— Вкусное. Для любителя. Напоминает свинину, — честно ответил Каэдзори.

— Почему ты прячешь глаза? — спросил Астерион, глядя на чёлку, закрывающую его лицо.

— Это не самое лучшее зрелище.

— Когда я был молод, мои глаза тоже не были лучшим зрелищем, — сказал Астерион. — Убери чёлку.

Каэдзори нервно сглотнул. Протянул руку и провёл ладонью по волосам, обнажив бледный лоб и радужки. Синие. Но от зрачка до прожилок — разбитые, словно паутинная сеть. Завораживающе и пугающе одновременно.

— Как интересно... — пробормотал Астерион. Он даже наклонился вперёд, чтобы разглядеть лучше.

— А... Почему вы носите этот шлем? — вдруг спросил Наоба, убрав руку и снова спрятав глаза за чёлкой.

Астерион насторожился. Никто и никогда не задавал ему вопросы. По крайней мере, первым.

— Не твоего ума дело, — грубо ответил он.

Каэдзори снова сглотнул.

Астерион вытащил из рюкзака на металлической спине — том, где обычно хранил руки для управления стихиями — папку. Медленно протянул её и положил перед Наобой.

Шелест бумаги. Каэдзори листал страницы. На них — снимки его мозга со всех сторон.

— Твоя нейронная активность аномальна по сравнению с обычными людьми, — сказал Астерион. Он указал металлическим пальцем на первый снимок:

— Так выглядит мозг обычного, здорового человека.

Затем перевёл палец на второй:

— Это твой. Аномальный.

На снимке мозг был искажён. Синапсы и нейронные связи располагались не там, где должны. Но главное — выглядело так, словно там несколько мозгов, а не один.

— Явление напоминает диссоциативное расстройство идентичности, но таковым не является. Что-то глубже, чем просто альтер в твоём теле.

Каэдзори молчал. Но не выглядел удивлённым. Даже близко.

— Каэдзори? Почему вы молчите? — спросил Астерион.

— Я... знаю об этом. Об этой... проблеме.

Астерион наклонил голову:

— Подробнее.

— Во мне не две личности. И даже не три. Во мне их десять. Каждая имеет своё имя. Характер. Даже манеру общения и речи.

— Это всё есть и при обычном ДРИ, не преувеличивайте, — ответил Астерион. — Но то, что в вас не две и не три личности, а сразу десять... Это любопытно.

Каэдзори опустил голову.

— Хорошо, — вдруг сказал Астерион. — На этом закончим. У вас есть что добавить?

— Нет... — ответил Каэдзори.

Астерион кивнул и направился к выходу, оставляя за собой новые вмятины. Дверь с грохотом закрылась, как только подчинённый нажал на кнопку. Астерион подошёл к нему и остановил запись.

«Конец интервью».