Глава 2 Хищники

Аня

Пожилая женщина говорила так, что мне стало не по себе:

— Не могу дозвониться до нее больше недели. На работе сказали, что она не появлялась. Никто не знает, где она. Анна, как вы думаете, где она может быть и куда могла внезапно уехать?

Речь женщины была сбивчивой, она судорожно вздыхала и, похоже, с трудом владела своими эмоциями. 

— Мы с ней не виделись около месяца. Вы обратились в полицию?

— Да, но дело идет так медленно, ничего не происходит!

— Я постараюсь помочь в поисках, уверена, с Шелли все хорошо!

— О, спасибо, милая! Если вы что-то узнаете, сразу же позвоните мне, пожалуйста! 

— Да, конечно. До свидания!

Всего один звонок может мгновенно выбить тебя из колеи.

— Куда ты делась, Рошель? Что произошло?

После консультации мы говорили всего раз, и она заверила меня, что ей явно лучше, а после я ее не беспокоила. 

Разговор с бабушкой Рошель оставил на душе тяжелый осадок. Я смотрела в окно и вспоминала подробности разговора. Сегодня было пасмурно, целая стая ворон кружила у балкона в доме напротив. Зловещее зрелище…

Чтобы хоть как-то справиться с волнением, решила открыть социальные сети подруги. Проверить, как долго она отсутствует. 

Шелли не было с того самого дня, как мы провели консультацию. На страницах в соцсетях подруги не было ничего, что могло бы натолкнуть на мысль, куда она могла исчезнуть. 

Может, стоит набрать ее номер?

Как и ожидалось, Рошель не отвечала на звонки. 

Я ходила по квартире, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. 

Я могу для нее что-то сделать? Вообще-то, могу, у меня ведь дядя работает в полиции. Правда, когда искали маму, он не смог помочь, — тут же горько напомнил внутренний голос.

— Так, нужно размышлять логически, — выпалила я вслух. — Что я знаю о Шелли? Помнится, на нашей встрече она говорила про странные сны, видения и кошмары. Если терапия помогла, она могла просто никого не предупредить и уехать одна куда-то в горы или в лес и там предаваться одиночеству и свободе. Это вполне в ее стиле! Правда, кое-что явно не сходится. Шелли очень ответственный человек. Перед тем как сделать что-то подобное, предупредила бы свою бабушку. Нет, это не то! — с жаром объявила я коту, который все это время спал на диване и от неожиданности подскочил. — Предположим, что терапия не помогла. У Шелли, как бы она ни отрицала, присутствует магическое мышление. Такая девушка вполне могла обратиться к экстрасенсам или, упаси боже, к колдунам, но это не объясняет того, что она даже на работе не предупредила о своем отъезде!

Беспокойство за подругу никак не отпускало. Ни одной дельной мысли так и не пришло в голову.

— Может имела место манипуляция? Магическое мышление нередко используют для контроля над разумом религиозные секты. Это объяснило бы ее внезапное исчезновение. Однако все это слишком неправдоподобно! Зачем это ей? Да, она была потеряна и разбита, и все же острая нужда в общности, которую обеспечивают такие секты, — явно не ее случай. Внушению и манипуляции она так легко не поддается. Чтобы повлиять на нее, нужно время, учитывая ее высокий интеллект, независимый характер и чрезмерную бдительность.

— Самоубийство? — Эта мысль была одной из самых страшных, я даже остановилась. — Вряд ли, — отвечала я себе, возобновив прогулку по залу.

 В ход пошли самые мрачные догадки. — Если бы она хотела покончить с собой, речь и микромимика выдали бы ее с головой!  

Я устало рухнула на диван, так и не добившись своими размышлениями хоть какой-то ясности. 

— Что было на нашей последней консультации? Она не проявляла признаков, которые встречаются у людей в тяжелой депрессии, и не была похожа на самоубийцу. Или, может, я что-то упускаю, потому что не хочу этого видеть? 

Я устало спрятала лицо в ладони.

Вот почему не стоит консультировать друзей! Ты не можешь быть объективной. Эмоции не дают посмотреть правде в глаза. А правда состоит в том, что с ней могло произойти что угодно. 

— Ладно, накручивать себя тоже не выход! — встрепенулась я. — Как Рошель себя вела в конце нашей встречи? Она облегченно выдохнула, улыбалась! Верила в то, что мы справимся и все будет хорошо! Шелли не транжира, не сумасшедшая, не болтается ночью по сомнительным местам. Эта девушка всегда была слишком нормальной, даже порой скучноватой, и тут вдруг это? Что это? Бунт? Но против чего? 

Чем больше я об этом думала, тем дольше плутала в лабиринте бесконечных догадок.  

— Хорошо, надо поговорить с дядей. 

Я все-таки решила больше не мучить себя бесчисленными фантазиями на данную тему, и пойти в полицейский участок.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

За сутки до исчезновения Рошель.
Квартира охотника.

01:25 ночи.

Пронзительный звонок разорвал ночную тишину. Мужчина, что крепко спал, медленно поднялся с кровати и лениво потянулся за телефоном. Все еще вялый ото сна, он раздраженно морщился, вглядываясь в ослепляющий экран смартфона. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, кто звонит. Он резко проснулся, словно его окатили холодной водой, и уже спустя десять минут нервно поскальзывался на покрытой тонким слоем льда дороге, торопясь к назначенному месту.

Мужчина зашел в красивый высотный дом. Погруженный в мрачные мысли, он и не заметил, как миновал мраморный холл и теперь грузно шагал по дорогому красному ковру. Он был почти на месте, когда почувствовал, как сильно похолодели его руки и как пересохло во рту. Всему виной были не плохая погода и не простуда, а просто перспектива намечалась не из приятных. Обеспокоенный гость решительно отмел дурные мысли и уверенно вошел в помещение. 

В просторном, полупустом зале приятно пахло кофе. В центре красовался роскошный бильярдный стол, а рядом стоял высокий молодой человек и держал в руках кий. Барная стойка мягко подсвечивалась изящной иллюминацией и была единственным источником света. В тусклом освещении игрок в бильярд выглядел слегка зловеще. 

Гость подошел к молодому человеку и обронил: 

— Не ВАС я ожидал увидеть.

— Однако сегодня тебя встречаю я. 

Игрок теперь стоял ближе, стало лучше видно его лицо. Оно выглядело недобрым. Тусклый свет невыгодно подчеркивал его черты: острый подбородок, и ввалившиеся щеки. Полуприкрытые, то ли от усталости, то ли от безразличия глаза, обрамляли тени. Если бы не отсутствие сна, отпечатавшееся на лице молодого мужчины, его можно было бы назвать красивым. Поджарый, высокий, с идеальной осанкой, он напоминал какого-то знаменитого актера. Заостренные скулы и умный взгляд придавали ему вид хищной птицы. Однако, несмотря на очевидную привлекательность, все в его образе намекало на паскудный характер — от ядовитой усмешки на губах до хамоватой манеры держаться. Одет он был в дорогой костюм, а на левом ухе поблескивала кроваво-алая серьга. 

— Ну, ты узнал, что требовалось? 

Молодой мужчина непринужденно продолжил игру, словно она была гораздо занятнее, чем доклад пришедшего. 

— Да. 

— Ну и? 

Похоже, манера, с которой общался игрок, гостю не нравилась. С трудом сдерживая раздражение, он ответил: 

— Грегор, здесь нет никакой ошибки, это она. Потенциал третьего ранга с индикацией SABER и UPSIDE. 

— У-у-у, это круто. Она уже передана в отдел? — слегка манерно растягивая слова, спросил игрок.

— Нет. 

Грегор театрально выдохнул: 

— Неужели снова растягиваете удовольствие? Кстати, а ты сам смог бы ее доставить? 

Грегор внимательно посмотрел на собеседника. Он даже оторвался от игры, чтобы отчетливо видеть лицо гостя. 

— Нет, мы так не договаривались, я лишь поделился информацией. 

Гость явно занервничал, такая реакция только позабавила зловещего игрока. 

— Полагаю, доказательства уже есть? — Грегор медленно двигался вдоль бильярдного столика и непринужденно добавил: — SABER — это сильное заявление. 

— У меня имеются все доказательства, но сначала оплата, а потом информация. Голос гостя предательски срывался, отчего прозвучал не слишком убедительно. Похоже, пересохшее от тревоги горло дало о себе знать, да и першение в нем усиливалось. 

— Ясно. Тогда я передам о твоей находке, можешь идти, — сообщил Грегор. Изящно вращая кий на манер боевого шеста, он продолжил увлеченно рассматривать положение шаров на столе. Похоже, бильярд снова занял все его внимание.

⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝⚝

Спустя двенадцать часов начался прекрасный солнечный день. Ранняя весна только-только пробуждала природу и подмигивала потеплевшими лучиками солнца. Кое-где пробивалась зеленая травка, снег таял, и дороги превращались в потоки рек. 

Рошель шла домой на обеденный перерыв вдоль жилых зданий, погруженная в мысли о работе. Уже у своего дома она заметила одинокого мальчика. Он сидел на скамейке и смотрел в окно жилого здания, вероятно, ждал кого-то. Это был очень красивый ребенок, словно сошедший с иллюстраций американского художника Эндрю Лумиса. На вид ребенку было лет девять. 

Рошель прошла мимо и улыбнулась ему. Мальчик не ответил и опустил глаза. 

Когда Рошель возвращалась с обеда, она заметила, что ничего не поменялось: мальчик по-прежнему сидел на скамейке, а ведь она провела в квартире не меньше часа. Почему-то за ребенка стало тревожно. 

— Привет! Ты кого ждешь? 

— Моего друга. 

Мальчик уставился на Рошель. Его серые, словно пасмурное небо глаза внимательно смотрели на нее. Взгляд изучающий, как у взрослого человека, он  внимательно оценивал кто перед ним.

— Похоже, ты тут давно! Может быть, зайдешь ко мне в гости? На улице пока холодно, чтобы так долго сидеть здесь. У меня бабушка дома. Она тебя угостит вкусными булочками с чаем.

Рошель словно услышала себя со стороны и задумалась. Получи она такое предложение от незнакомки в девять лет, пошла бы с ней? 

— Нет, спасибо, я здесь подожду, — рассудительно ответил ребенок. 

— Хорошо, ладно, меня зовут Рошель, я живу тут неподалеку. 

— А я Тима. 

— Очень приятно, — Рошель пожала ему руку. 

— Необычное у вас имя. 

— Да, досталось от прабабушки. Ладно, Тима, долго не сиди тут, зайди в магазин, погрейся! 

Рошель заторопилась на работу. По дороге она оглядывалась, все еще переживая за ребенка. Он явно подмерз и казался потерянным. 

Круговорот рабочих дел закрутил Рошель до самого вечера. После тяжелого трудового дня она медленно шла домой и даже не заметила, как ноги привели ее к дому. Когда Рошель завернула за угол соседнего здания, она ахнула: на скамейке по-прежнему сидел Тима! Он подобрал под себя ноги и согревал пальцы дыханием.

— Тима! Ты что до сих пор здесь делаешь? Почему не зашел погреться? 

— Привет, Рошель, я пока не дождался друга, он вот-вот должен подойти! 

— Так, никаких отговорок! Пошли зайдем ко мне, я позвоню твоей маме, где твой телефон? 

— Ты не сможешь дозвониться, она пропала. 

— В каком смысле пропала? 

— Я пришел домой, мне никто не открыл, когда полиция приехала, обнаружили лишь пустую, запертую изнутри квартиру. Я немного пожил у соседки, но мама так и не вернулась. Соседка сказала, что пока меня не забрали службы, я могу пожить у нее, но я хотел с другом, а он уехал. Я не могу сообщить ему, что я здесь — сегодня, как назло, потерял свой телефон. 

— Так, понятно. А есть еще родственники, которые могут о тебе позаботиться? Или, может, вспомнишь номер друга, я ему позвоню? 

— Нет, я не помню его номер наизусть. Родственников, кроме мамы, у меня нет. К соседке я не пойду, подожду друга здесь. Все равно он когда-нибудь появится.

— Тима, останься пока у меня, а завтра придумаем, что делать!

— Нет, Рошель, я не пойду с тобой. Моя мама пропала, и вдруг какая-то незнакомая женщина просит меня пойти с ней. Это подозрительно, я не доверяю тебе.

— В этом ты, конечно, прав, — ответила Рошель и присела рядом с ребенком на скамейку. Я не опасна для него, но откуда ему знать об этом?

Пока они болтали, город стремительно погружался в сумерки, а температура заметно упала. Дыхание уже сопровождалось клубами пара, а пальцы замерзали от холода. 

— Давай я позвоню в полицию? Тебе не стоит мерзнуть здесь!

— Если ты сделаешь это, я уйду, не хочу к полицейским! Если мама не вернется, куда я попаду? Не хочу в детский дом, лучше уж подожду друга, надеюсь, он разрешит мне остаться. 

Размышления ребенка были слишком взрослыми для девятилетнего. Рошель начала подозревать, что он старше.

— Тима, а сколько тебе лет?

— Мне десять.

— А ты умный ребенок, без шуток. 

— Спасибо. Все потому, что мы с мамой всегда заботились друг о друге. И относилась она ко мне как к взрослому. 

— Понятно, — Рошель улыбнулась. — Как мне завоевать твое доверие?

— А зачем тебе это? 

— Я ведь не могу оставить тебя в беде, это не по-человечески! 

Тима снова посмотрел на Рошель. Такое ощущение, что мальчик заглядывал в ее душу.

— Ты правда не желаешь мне зла? 

— Правда, клянусь тебе.

— Хорошо, я…

— Добрый вечер!

Высокий мужчина, возникший из ниоткуда, приближался к Рошель. В сумерках он смотрелся странно, силуэтом напоминая ассасина из известной компьютерной игры. Лицо незнакомца было скрыто капюшоном и маской, не позволяя разглядеть черты. 

Вслед за незнакомцем из темнеющего переулка появились другие подозрительные типы. Они постепенно окружали Тиму и Рошель, словно стая волков. 

— Какой удачный у меня сегодня день, просто подарок, — довольно произнес незнакомец.

— Кто вы? — напряженно спросила Рошель. 

— Я Данте, — представился странный тип. Голос выдавал в нем молодого мужчину. 

На нем была короткая кожаная куртка, под цвет темные брюки и высокие сапоги. На сапогах, как и на широком поясе, крепились метательные ножи. Данте по-свойски сел рядом с Тимой, облокотившись на спинку скамьи. 

— А я весь день тебя ищу, хитрый ты прохвост, совсем не ожидал найти здесь, на скамейке у дома! 

Тима поднял взгляд на Рошель. 

— Уходи, — почти беззвучно произнес он. 

— Ребят, уже поздно обмениваться шепотками! — весело заметил Данте.

Он вел себя так, будто отлично знал Тиму и Рошель, при этом не спешил раскрывать свою личность. Речь и манера поведения выдавали в нем человека любопытного и внимательного, а также полностью уверенного в том, что события будут развиваться по выгодному для него сценарию. 

— Я не знаю, кто вы, но мы уходим, — решительно объявила Рошель. 

Из-под капюшона раздался смешок: 

— Рошель, да поздно, говорю же.

— Откуда вы меня знаете? 

Рошель не называла своего имени. Подозрительные типы, как призраки, то и дело выплывали из-за поворота. Ей стало ясно, что дела их плохи. 

Она схватила Тиму за руку и побежала со всех ног. Человек, назвавшийся Данте, даже не попытался их остановить. Он сидел на скамейке и смотрел им вслед. Его свита осталась на месте, не делая ничего, чтобы помешать беглецам. 

Рошель крепко держала за руку Тиму и бежала так, будто спасалась от диких голодных зверей. Сердце бешено стучало в груди, обещая пробить ребра. За пару минут беглецы значительно отдалились от дома. Однако на пути им так никто и не встретился. Люди словно вымерли! Ни проезжавших мимо машин, ни пролетающих птиц, ни каких-либо посторонних звуков. Лишь громкий цокот каблуков и тяжелое дыхание нарушали мертвую тишину. На бегу девушка оглянулась — погони за ними не было. 

— Что происходит? — спросила Рошель и остановилась, чтобы они смогли отдышаться. — Прости, Тима, но я все же позвоню в полицию!

— Я тебе солгал. Никакого друга я не ждал. У меня вообще нет друзей. Я пришел, чтобы подумать, и еще я надеялся на... на кое-что...

— На что надеялся?

— Что появится кто-то вроде тебя и пожалеет меня, заберет к себе и не выдаст полиции! Только я не знал, как проверить, можно ли тебе доверять, но теперь я вижу, ты не одна из них!

Рошель и Тима стояли в незнакомом темном переулке. Лишь небольшой старый фонарь то и дело мигал, едва освещая улицу. 

— Тима, расскажи мне все! Кто эти люди, чего они хотят? 

Они подошли к большому старому дереву, встали у самого ствола, чтобы укрыться за кроной. 

— Моя мама пропала не просто так, никто ее не убивал. Ее забрали эти люди. Я точно знаю, потому что могу видеть внутри себя, что будет. Теперь они пришли и за мной. Я ушел в совершенно непредсказуемое место, но они все равно меня нашли. Я не знаю как! Может, меня как-то прослушивают с помощью жучков или... 

— Или? 

— Или, возможно, они искали тебя, а нашли меня...

— А зачем нас... 

Но не успела Рошель договорить, как ей в шею впилась игла. Мысли спутались и в следующий момент исчезли.