История славян

История славян имеет большое значение для понимания сути того духовного наследия, которое оставили нам наши предки.

История в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего, – написал в самом начале своей «Истории государства Российского» Николай Карамзин. Отличные слова, вот только эта история постоянно вымарывалась, переписывалась и искажалась в угоду изменившимся политическим взглядам.

Михайло Васильевич Ломоносов, опираясь на вычисления вавилонских и египетских жрецов − астрономов, зафиксированных античными историками, считал, что цивилизация Русско-Славянских племён и других родственных народов насчитывает 399 тыс. лет. Именно столько лет назад от нашего времени, по мнению Ломоносова, произошла вселенская катастрофа, вероятнее всего столкновение Земли с крупным космическим телом, в результате чего сместилась земная ось, и изменилось положение полюсов.

Но история самым тесным образом связана с духовным наследием, и потому именно истории должно быть уделено пристальное внимание. Легко может быть, что цивилизация славян на севере Европы старее не только Рима, но и всех греческих государств.

В истории славянства, как источнике духовного наследия, мы можем выделить четыре исторических периода.

I

Первый – период исхода ариев из своей прародины и расселение их на новых землях.

Много тысяч лет назад случилось великое оледенение, и люди вынуждены были покинуть свои дома. Одна группа осела на южных берегах Балтийского моря. Эта группа не смогла в полной мере сохранить знания, но люди соблюдали традиции, обряды и чтили память предков. Самые мудрые и опытные сохранили память и передавали знания своим ученикам. Их называли волхвами – теми, кто постиг суть и обладал авторитетом среди своих соплеменников.

Другая группа двигалась всё дальше и дальше, на юг, туда, где сейчас находится Индия. За всё время пути и уже во времена оседлой жизни на новом месте знания передавались устно от поколения к поколению и самым важным являлось точное (с точки зрения лингвистики) заучивание текстов. Существовали даже специальные школы для тренировки памяти с тем, чтобы эти знания не утерялись и их исходный смысл не был бы искажён. Так продолжалось столетия и тысячелетия до тех пор, пока уже в достаточно близкие к нам времена эти знания не были записаны.

И теперь, благодаря мудрости, записанной в Ведах и Авесте мы имеем возможность восстановить эти знания и дать им новую жизнь.

Из Зенд-Авесты (Зендаждь) Зороастра мы знаем, что славяне венедские выселились еще при жизни его из Бактрии к Балтийскому поморью и основали тут братовщину, в которой, по совету Зороастра, все должны были находиться в равенстве между собой, т.е. составлять демократию. И эта Славяне-Венедская братовщина, вступая в поморские пределы, принесла уже с собой грамотность, состоящую в тех самых письменах, которыми написана Зенд-Авеста, остатки которых сохранились у европейских славян кое-где в рунических славянских надписях. Представителем же богатства, величия и развития способностей ума Винетян служил знаменитейший их город Винета или Венеда, славнейший в свое время на всем севере, в пристанях которого теснились корабли всех народов, в котором известен даже был и греческий огонь, называвшийся у них вулкановым горшком, – как пишет о том Адам Бременский.

По предположению Тилака, вытесняемые с севера последним оледенением «арийские расы» расселялись по северным землям Европы, но как и когда они возвратились на свою исходную родину, он не говорит, хотя, как уже указывалось, датирует постледниковый период развития их культуры временем около X – VIII тысячелетий до н.э., что сближается в известной степени с указаниями отечественных геологов на уход ледника в XIII – XI тысячелетиях до н.э. Вероятно, и климат потеплел не сразу, и выявленная палеоботаниками богатая растительность появилась здесь не за короткий промежуток времени, поэтому эти указания не очень расходятся.

Новое расселение предков индоевропейцев в сторону юга, четко указанное в Авесте, началось, видимо, с наступлением сильного похолодания около VII – VI тысячелетий до н.э. Межплеменные контакты в процессе переселений должны были и укрепляться между близкими потоками мигрантов, и ослабевать между расходящимися по новым землям группами. Исходя из факта сложившейся особой близости языков и верований славян и ариев, можно думать, что они и в период пребывания на севере, и в процессе миграции к югу, и при частичном расселении по территории Восточной Европы славянских племен долго сохраняли свои связи. Достигнув Причерноморья, арии стали постепенно двигаться на юг и дошли до Индии. Их группы стали появляться там в конце III и во II тысячелетии до н.э. Именно в это время арийские брахманы и принесли в Индию изустно заученные ими Веды, сохранявшиеся бесконечно долго благодаря отмеченной Тилаком целеустремленной «полировке» их памяти. Здесь мы ведем речь о предках индийских ариев и Ведах. А та ветвь, которая известна как иранские арии, уходила с севера к югу не по землям Восточной Европы, а в основном по Зауралью, где их потомки создали так называемую андроновскую культуру, широко распространившуюся по Сибири и Казахстану. Их жрецы были создателями Авесты, которая легла в основу религии зороастризма, окончательно оформившейся уже на территории Ирана. В книге Тилака содержится глава «Свидетельства Авесты», в которой анализируются исторические данные этого памятника.

Этот период истории – один из самых интересных. Как доказывают археологические раскопки, арии в своём движении на юг расселялись и по пути следования, например, на территории современных Псковской, Смоленской областей России, на севере Белоруссии, на территории современных прибалтийских стран. Но надвигающийся ледник заставлял их двигаться дальше на юг и на запад, по южному берегу Балтийского моря. Но многие оставались в этих, суровых в те времена, местах.

И этих людей никак нельзя назвать примитивными дикарями, прыгающими с ветки на ветку. Вот отчёт о результатах археологических раскопок на местах так называемых свайных поселений, существовавших на данных территориях с конца IV до середины II тысячелетия до н.э., – При раскопках свайных поселений, были обнаружены многочисленные глиняные сосуды, кремневые, костяные, роговые и деревянные орудия, ложки, топорища, наконечники стрел, копий и острог. Особый интерес представляют деревянные предметы: весла, фрагменты лыжи, санного полоза и деревянной посуды – ковшей, блюда. Рукоять весла украшена изображениями двух утиных голов. Такой тип весла – с острой лопастью – использовался для передвижения в зарастающих водоемах. Среди находок – одна из древнейших лыж, изготовленная из ясеня, в отличие от современных лыж не имеющая направляющего желобка, но с характерным и в наши дни сломом в месте крепления. Мы можем отметить отличное знание свойств различных пород древесины нашими предками. Коленчатые рукояти для топоров – из дуба, а муфты для крепления самих топоров – из ясеня. «Мотыжки», сделанные из дуба, имеют следы от крепления к ним рубящих орудий. Лопаты, часть из них ранее интерпретировалась как весла из-за сходства формы сохранившихся фрагментов с весельными лопастями, – из дуба. В отличие от лопат весла изготавливались из клена. Средства передвижения из ясеня: санный полоз и передняя часть лыжи. «Колотушки» изготавливались из ясеня, дуба и клена. Назначение их установить пока невозможно, но наиболее распространенное мнение, что их использовали для раскалывания орехов. Большие блюда и ковши сделаны из ясеня. Для небольших ковшей (чаш), а также для ложек и ложек-лопаточек использовался клен. Предполагаемые фрагменты луков изготовлены из лещины, ясеня и сосны. Все известные наконечники стрел сделаны из сосны. Сети изготавливались из корней можжевельника и корневища черники. Для грузил использовалась береста, которой оплетали камень или керамику и крепили к можжевеловому кольцу. Другой тип грузил – из бересты: плелись мешочки, заполненные песком и обмотанные по краям тонкой веревкой из корневища черники. Веревки были сделаны из корневища черники, переплетенной с липовым лыком.

Огромное количество артефактов, как бытовых, так и ритуальных, найденных в археологических слоях того периода, говорит о высоком культурном уровне развития и сохранившихся сакральных знаниях ещё более далёких предков. На этих артефактах стоит остановится подробнее, так как они могут помочь в более полном понимании смысла обрядов и традиций, существовавших в то время.

В культурных слоях свайных поселений встречены «украшения» из клыков медведя с кольцевыми нарезками или отверстиями в корневой части, из резцов лося и резца кабана с отверстием, костяной диск с отверстием и зубчиками по краю, янтарные подвески овальной и подтреугольной формы. В погребении, синхронном последнему этапу существования усвятской культуры, найдены части ожерелья из просверленных в корневой части резцов лося, коренных зубов медведя и пластинок из рога лося, имитирующих зубы благородного оленя. В ходе подводных раскопок поселения Дубокрай обнаружен фрагмент модельки передней части лыжи из клена. Данные предметы могли активно и пассивно участвовать в различных ритуальных действах, связанных с почитанием предков, родственников (личины, пластины с отверстиями, шпатели и пластины с волнистым краем, луноподобная подвеска, сосуды с антропоморфными графическими знаками и изображениями), животных и птиц (пластины с изображениями голов птиц и животных, ковши), переносом функциональных и защитных качеств определенных видов животных и предков на предмет (весло) или человека (ожерелья из зубов животных, их имитаций и янтаря), с функциями отдельных предметов (модель лыжи).

Скульптурные изображения животных и человека обладают определенными стилистическими особенностями: реалистичный контур, позволяющий достаточно точно производить видовые определения животных и птиц, отсутствие глаз и хорошо проработанные глазницы, особое внимание уделяется рисунку скул, ушей, подбородка, рта и губ, что призвано создать определенный эмоциональный настрой при восприятии образа (например, мимика лиц скульптур мужчин из Усвят IV – напряженность, ожидание, зов, Осовца II – суровость, подавленность; личины из Дяздицы – суровость, жесткость).

Улучшение климата к началу новой эры сделало обширные территории северо-западной Руси привлекательными для переселенцев из более южных областей. Они принесли с собой культуру, более характерную для среднего Поднепровья. В конце концов общий хозяйственный рост, тесные контакты с южными переселенцами, коренные изменения в структуре культуры привели к тому, что в середине I тысячелетия н. э. на месте днепродвинской сформировалась совершенно новая культура длинных курганов. И в это время начинается второй период истории.

II

Второй – период расцвета славянской южнобалтийской цивилизации, охватывающий период ориентировочно с I века нашей эры по IX-XI века, когда был разрушен священный город славян Аркона. Об этом периоде имеется достаточно много информации, подтверждённой, в том числе, и раскопками. Интересный парадокс, но современные немцы скрупулёзно относятся к историческому наследию, сохраняют и реконструируют древние славянские жилища, сохраняют славянские названия городов и территорий.

В своём словаре Брокгауз и Ефрон определяли Прибалтийских славян как «условное название для различных ветвей славянского племени, занимавших, приблизительно с половины V-го века, южное побережье Балтийского моря и бассейн р. Лабы (Эльбы) и дробившихся на массу мелких колен. Из них особенное значение имеют бодричи на северо-западе, лютичи в центральных областях, сербы-лужичане на юге. Различные местные условия наложили своеобразный отпечаток на историю бодричей, лютичей и лужичан: так, например, бодричи благодаря соседству с франками, часто действовали заодно с последними, поддерживавшими бодричских князей в их стремлении к усилению власти; у лютичей, наоборот, княжеская власть была отменена и господство перешло в руки аристократии; лужичане, соседившие с чехами, долго делили их общую судьбу. Много, однако, есть и сходного в истории и быте прибалтийских славян. Во-1-х, вся их жизнь протекла в беспрерывной и упорной борьбе с германскими племенами – норманнами, датчанами, немцами; во-2-х, все они до последней возможности отстаивали свое язычество от христианства, шедшего к ним не из Рима или Византии, стран культурных, а из Германии, в самой грубой форме. Внутренний быт прибалтийских славян имел одинаковые недостатки, вытекавшие из их характера: они отличались горячим воображением, отсутствием воли и энергии. Отсюда слабость общественной организации, взаимная вражда и податливость натиску врагов. И судьба прибалтийских славян была общая: они не отстояли своей свободы и самостоятельности и подчинились немецкой власти и немецкой культуре».

По свидетельству немецких историков, уничтоженные немцами балтийские славяне, такие как вагры, лютичи, радары, оботриты, мильчане, лужицкие сербы или сербы-лужичане, бодричи, стодоряне, гипревяне, были не только высококультурным, но и глубоко нравственным народом. До настоящего времени на северо-востоке Германии сохранилось более пятисот названий славянских поселений. Был среди этих поселений и город Рерик, в котором родился и Рюрик, тот самый, которого в будущем призвали на Русь.

Город Аркона был столицей славян, это был богатейший город, что подтверждают археологические раскопки, проведённые на острове Рюген немецкими археологами. Вот ведь интересный парадокс – немцы чтят историю, и восстанавливают славянское духовное наследие.

Русы верили, что с острова Буян начинался мир. И город Аркона был не только столицей, но и центром мира, славянского мира. Даже сейчас популярный туристический маршрут на остров Рюген называется «к началу сотворения мира». В главном храме Арконы жил священный белый конь. К нему обращались за предсказаниями, если конь ступал с левой ноги – быть беде, если с правой, всё будет хорошо. И на высоком мысу стоял главный бог западных славян – Свентовид. Он возвышался как маяк и смотрел на все четыре стороны. Он должен был видеть мир и говорить, как жить.

Был этот город погублен в XII веке дикими завистливыми варварами-крестоносцами по приказу Датского короля. Но род славянский не прервался, и не исчезла великая цивилизация, так как именно из города Аркона отправились к своим кровным братьям славянам Рюрик со своими братьями.

Но история сохраняется современниками, живущими на острове. Там сохранилось много курганов, они заросли лесом, но их видно и по сей день. Посещение экскурсионных мест разрешено только в светлое время суток, чтобы уберечь курганы от разграбления. На официальных раскопках находят в основном следы славян. От утвари и украшений, до останков кораблей. Местным Жителям положено содержать дома в историческом виде. Там деревянные дома не отличить от домов российской глубинки. Там есть реконструированное поселение на берегу (музей)... И тоже всё пронизано бытом славян. Многие названия городов либо совершенно славянские, либо чуть искажены, но в них читаются русские названия.

Как представляется, ареал расселения южно-балтийских славян был значительно шире, нежели только северо-восточные земли современной Германии. На основании многочисленных источников можно утверждать, что славяне проживали на всём южном побережье Балтийского моря, вплоть до современной Псковской области. Территория вокруг современного Куршского залива на границе Калининградской области и Литвы называлась Порусьем. Все, без исключения источники, относят литовцев к славянам и многие отмечают лингвистическое сходство литовского языка с русским и праязыком.

Археологи утверждают, что ещё в середине I тысячелетия н. э. на территории, входящей в бассейны озера Ильмень и Псковского озера, расселяются славяне. При этом значительная часть прибалтийско-финского населения оставалось проживать в этих краях. Фактически уже тогда сформировалось мультикультурное общество, в котором представители различных народов жили в мире и дополняли друг друга.

Ориентировочно к V веку на территории Псковско-Ильменского края создаётся новая культура, эволюционно не связанная с предшествующей, – культура псковских длинных курганов (V-VIII вв.). И именно с этого времени мы можем проследить элементы мировоззрения славян, выражающиеся в обрядах, традициях, верованиях уже на территории современной России. Археологи дают нам для этого достаточно много достоверной и подтверждённой раскопками информации.

Длинные курганы – невысокие валообразные насыпи длиной от 10-12 до 100 и более метров. Это – коллективные усыпальницы, содержащие по несколько десятков разновременных захоронений. Места, избранные для сооружения длинных курганов, предварительно «очищались» огнем, для этого использовались хворост или солома. Следами этого ритуала являются зольно-угольные прослойки в основаниях длинных курганов. Умерших сжигали на погребальных кострах. Собранные с них остатки кремации в глиняных или деревянных сосудах-урнах, или просто без урн помещали в длинные курганы. Иногда захоронения остатков трупосожжений совершались и на поверхности погребальных насыпей. В очень немногих захоронениях найдены вещи – бляшки, пряжки, ножи, глиняные пряслица, проволочные колечки, стеклянные бусы. Большинство же погребений было безынвентарными, что характерно для славянской обрядности. В немногих курганах встречены выкладки из камней, которые рассматриваются исследователями как наследие местного прибалтийско-финского населения в стадии начавшейся славянизации.

О миграции славян в юго-восточные районы современной Эстонии говорят и лингвистические данные. В выруском диалекте эстонского языка отчётливо фиксируются не только лексические, но и фонетические особенности, говорящие о том, что на юго-востоке Эстонии имел место контакт прибалтийско-финского населения со славянским и русским. При этом, по расчётам финского языковеда Э. Н. Сетяля, начало заселения этих территорий славянами относится примерно к VI веку н.э.

И уже к VIII веку на новых землях славяне начинают строить городища. Одно из них – Изборское городище. Изборскому городищу синхронно Псковское. Среди жилищ, исследованных в нижнем слое Изборского городища, особняком стоят две постройки IX века. Они так же, как и остальные, были срубными, но имели глинобитные полы и отапливались очагами. Жилища с глинобитными полами известны по раскопкам в юго-восточной Эстонии, в регионе расселения латгалов, и зафиксированы и в других городищах псковского региона – Камно и Псковском. На основании этого археологи делают вывод о том, что в одно и то же время на одной территории проживали и славяне, и неславянские племена. А для исследования духовного наследия факт такого совместного проживания является ещё одним доказательством миролюбия и гуманности наших предков. Они не завоёвывали и не разоряли новые земли, а поступали мудро и по совести – ассимилировали местное население, давая им современные технологии и нравственные законы.

Кривичи, как отдельная племенная единица восточного славянства, формировались, по мнению археологов, в бассейнах Великой и Псковского озера, а также в Полоцком Подвинье и Смоленском Поднестровье. В их сложении приняли участие местное прибалтийско-финское и балтское население и расселившиеся здесь носители славянского языка. Постепенно местное население было славянизировано и влилось в состав восточнославянской народности наравне со славянами. И ядром этой самой народности – кривичей, явились те самые потомки высокоразвитого народа ариев, пришедшие с южных берегов Балтийского моря. «Этноним кривичи произведён от имени родоначальника племени Крива. Не исключено, что это был предводитель славянской группировки, которая, оторвавшись от основной славянской территории V – VI веков, продвинулась далеко на север». Данные языкознания вполне определённо указывают на связь кривичей бассейна Великой и Псковского озера с Висло-Одерской группировкой славян. Очевидно не случайно, прибалтийско-финские народы до сих пор называют своих соседей славян венедами, как бы подчёркивая, что предки кривичей вышли из северо-западной (венедской) группировки раннего славянства.

Археологические раскопки подтверждают, что в середине IX века произошёл взрывной рост населения во Пскове и в Ладоге. Вот что по этому поводу сообщается в отчёте Псковского археологического общества, – Вплоть до середины IX в, поселение при слиянии Псковы и Великой размещалось на площадке Псковского городища и за его пределы не разрасталось. И только во второй половине IX в. (после 860 г.) поселок резко (в течение нескольких десятилетий) вырос, достигнув к середине Х в. площади приблизительно 12-15 га. Очевидно, что рост территории поселения связан со значительным (в 5-7 раз) увеличением числа жителей. Ни о каком демографическом взрыве говорить не приходится: значительная часть населения, безусловно, сформировалась за счет переселенцев-иммигрантов.

И с этого момента начинается третий период славянской истории.

III

Третий период – самый непредсказуемый в славянской истории – период становления государства Российского согласно официальной исторической науке. Период этот охватывает события ориентировочно с IX по XII-XIII века. В это время Рюрик со своими братьями пришли в северо-западную Русь и фактически образовали новое государство. Действительно, археологические данные подтверждают взрывной рост население ориентировочно в 860 годах и во Пскове, и в Ладоге.

Этот период истории славян самый сложный и о нём сохранилось меньше всего информации. Всё, что мы имеем – сплошь догадки и предположения. Тот же Карамзин в своей «Истории государства Российского» постоянно использует эпитеты возможно и вероятно. Но, вместе с тем, этот период нашей истории является ключевым для исследования духовного наследия, ибо этот период – переломный, период перехода от древнего славянского мировоззрения к христианской религии.

Есть версия, что в это время климат стал меняться в сторону потепления и северо-западные земли современной России стали более пригодными для земледелия и комфортной жизни. Одновременно с этим на территории Европы всё более и более разгорались кровавые междоусобицы, и славяне мигрировали в сторону своей прародины для более спокойной и счастливой жизни.

Но это не значит, что на этих обширных территориях ранее не жили люди. Все эти земли были обитаемы, просто жизнь была более сложной. Опять же, эти выводы в полной мере подтверждаются археологическими раскопками.

Многие историки в своих трудах указывают, что древние летописи, содержащие факты из истории славян изымались и вместо них писались новые, уже с совершенно иным взглядом на историю. Тот же Миллер, при составлении истории Руси, объезжал окрестные монастыри и изымал древние рукописи, в которых сохранились хоть какие сведения, противоречащие той теории, на основании которой он вместе со Шлёссером и писал российскую историю. Но даже имеющиеся в нашем распоряжении летописи, написанные в значительно более поздние века последователями христианства, дают нам достаточно, пусть и косвенных, но весьма существенных данных об обрядах, традициях, верованиях и воззрениях славян. Более того, эти косвенные данные подтверждаются современными археологическими данными, которых не было во времена Ломоносова, Карамзина, Татищева и других русских, пытавшихся составить объективную историю нашей Родины.

Вот только один небольшой пример того, как в наступившие христианские времена происходила подмена понятий. Представление славян о верховном небесном боге, без сомнения, значительно облегчило внедрение в их среду христианского учения: Бог, Прабог, Дый, Белбог, Святовит – «бог богов», заменились единым верховным Богом христианским, вокруг которого группировались Богородица, святые и ангелы. Народ привык видеть в Светиле благодетельного покровителя человека, с родительской заботливостью наделяющего его всякими благами. Существование всей живой Природы находится и теснейшей связи с восходом и заходом Солнца, с различными фазами Солнцестояния. С восходом Солнца вся природа пробуждается от ночного сна, а по совершении им своего дневного оборота, с наступлением ночи, она прекращает свою деятельность и вновь погружается в сон. По народному представлению, Солнце утром рождается или загорается, а вечером погружается за горизонт, на отдых.

Весенние лучи Солнца пробуждают природу от зимнего оцепенения. Светлые, теплые, продолжительные дни вызывают в ней усиленную деятельность, плоды которой обеспечивают благосостояние человека. По мере приближения Солнца к точке низшего его стояния мрак и холод получают перевес над теплом и светом, природа замирает и застывает, скованная, как и само зимнее Солнце, чарами злых духов преисподней, пока животворная сила возродившегося весеннего Солнца не разобьет этих оков, не обогреет и не пробудит природу к новой жизни, к новой деятельности.

Солнце в поговорках разных славянских народов является значением божества благого, милосердного, приносящего счастье и дом, в который оно заглядывает. «Еще и в мое оконце блисне (или: загрее) колись Солнце», – говорят галицкие русины. «Взойдет Солнце и к нам на двор» (великорусск.), «заглянець сонце и в наше воконце» (белорусск.), «bedzie i przed naszemi wrotami sloncе» (польск.), «doћ ћe сунце и пред наша врата» (сербск.), «де соньце, там и сам Господь» (малорусск.), – и всё это обычные поговорки.

Потом пришло христианство, и Солнце стали упоминать уже в приложении к христианской религии. В Никоновой летописи свет христианской веры сравнивается со светом солнечным, – И бысть благочестие велие, а сияше вера христианская яко Солнце». В древней повести о девицах смоленских, како игры творили, говорится о ночи, «в которое родился пресветлое Солнце великий Иоанн Креститель. Солнцем праведным нередко именуется и Иисус Христос.

Как и у славян образ верховного небесного бога нередко сливался с образом бога Солнца, так и в христианстве, древний небесный бог, а также бог Солнца, замещались богом христианским.

Но парадокс заключается в том, что этим самым христианские миссионеры как раз и способствовали сохранению древних, сакральных знаний. Почитайте, к каким выводам в своей книге пришёл Фаминцын, – Отцы христианской церкви в немалой степени сами, хотя и поневоле, способствовали сохранению в народе его древнего миросозерцания: исходя из практического взгляда, что новое учение не могло бы привиться к народу, если бы не представляло с учением языческим многих общих черт, они пользовались для своих целей чертами, общими старой и новой религии, заботясь лишь о замене в обращаемом в христианство народе понятий языческих сродными с ними понятиями христианскими, названий богов языческих – названиями христианского Бога, Богородицы, ангелов и святых; первые христианские храмы нередко воздвигались на местах бывших языческих святилищ, главнейшие христианские праздники назначались в дни прежних праздников языческих. Народ постепенно привыкал переносить прежние понятия свои о богах на новые объекты, свойства древних богов приписывались христианскому Богу и его святым.

И как это ни парадоксально, но именно благодаря такой массовой подмене понятий мы можем спустя тысячи лет по крупицам восстановить то самое Духовное наследие наших далёких предков.

В свете предыдущего периода истории славян, когда потомки ариев в середине I тысячелетия стали заселять обширные области от Псковского озера до Подвинья и Поднестровья, интересны археологические результаты раскопок в регионе современной Новгородской области. Речь идёт о культуре новгородских сопок.

Сопки – высокие крутообразные насыпи с уплощённой или горизонтальной вершиной и с кольцом, выложенным из валунов, в основании. Эта внешняя характеристика сопок позволяет разграничивать их от погребальных насыпей, относимых к курганам. Основным районом распространения сопок является бассейн озера Ильмень (более 70% могильников), остальные сопки занимают верховья Луги и Плюссы, верхнее и среднее течение Мологи, то есть районы, непосредственно примыкающие к Ильменскому бассейну.

Для исследования духовного наследия культура новгородских сопок интересна тем, что археологи относят эти сопки к одному из восточнославянских племён – словен новгородских. Откуда пошло название «словени», трудно сказать, но так они называются в Повести Временных Лет, – Словени же седоша около Ильмеря, и прозвашася своимъ именемъ. При этом, самые ранние из сопок датируют не V – VI веками (как в случае длинных курганов), а IX – X веками. Культура сопок значительно отличается от культуры длинных курганов не только по временным показателям, но и по сути похоронного обряда. Она, культура новгородских сопок, скорее схожа с культурами европейских неславянских народов, которые подражали в своих обрядах балтийским славянам, впоследствии, после переселения в современные северо-западные районы России, получившим название кривичи.

Вот в результате такой подмены, когда новгородские словене вместе с кривичами были причислены к одному восточнославянскому племени и происходит путаница, когда за предков выдают молодое племя (новгородских словен), не имеющее духовной и исторической связи с ариями и прародиной. И именно из этой подмены происходит ошибочный вывод (базирующийся только на сохранившихся летописях) многих исследователей о том, что история Руси начинается в IX веке, с момента прихода христианства к «диким варварам». Ведь на самом деле, многие обвинения в дикости и варварстве, объективны и подтверждаются раскопками. Во многих сопках найдены кости различных животных – кальцинированные и несожжённые. Чаще других попадаются конские кости, но встречаются также кости коровы, собаки, барана, зайца и птиц. Обычай помещать кости животных, а иногда и целые особи при захоронениях был довольно широко распространён в лесной полосе в Восточной Европы. Он неоднократно зафиксирован при раскопках ярославских и приладожских курганов, основная часть которых принадлежит финскому населению. Кости различных животных часто находят также в курганах Водской пятины, значительная часть которых оставлена водью или её славянизированными потомками, во владимирских курганах, где присутствие мерянских захоронений несомненно, а также и в других погребальных насыпях древней Руси, где обычны вещевые находки финно-угорских типов. Более подробно об этом, и о том, каким образом Новгород был «назначен» столицей древней Руси, и о расселении словен и других племён на всю территорию современной европейской части России будет рассмотрено в других главах, а здесь важно отметить то, что практически в одно и то же время и на одной территории сосуществовали два народа – одни потомки древней высокоразвитой духовной цивилизации, и другие – варвары, подобные населению дохристианских Рима и Греции. И ранние христианские летописцы, не обладая археологическими данными, не зная языка и не понимая основ мировоззрения, огульно причисляли к варварам все племена, проживавшие в те времена не территориях современной России. Кстати, новгородская земля с глубокой древности была заселена племенами финно-угорской языковой группы. Об этом свидетельствует и археология, и гидронимия. К I тысячелетию до н.э. и к первой половине I тысячелетия н.э. относятся здесь поселения с текстильной керамикой. Археологи отмечают, что и сопки можно считать памятниками славяно-финского населения. Словене новгородские, таким образом, явились наследниками культуры местных финнов, ибо они образовались в результате метисации переселенцев, принесших славянский язык, с финноязычными аборигенами. Так не отсюда ли берёт своё начало нормандская теория происхождения Руси?

IV

И наконец – четвёртый исторический период, охватывающий времена, начиная со средневековой Руси и заканчивая современностью.

Этот период – период великих писателей, поэтов, философов, в творчестве которых самым мистическим образом нашло своё отражение великое наследие, оставленное нам нашими предками. Это и Толстой, и Пушкин, и Лермонтов, Гоголь и многие и многие другие.

Остров на море лежит,
Град на острове стоит
С златоглавыми церквами,
С теремами да садами;
Ель растет перед дворцом,
А под ней хрустальный дом;
Белка там живет ручная,
Да затейница какая!
Белка песенки поет,
Да орешки всё грызет,
А орешки не простые,
Всё скорлупки золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Слуги белку стерегут,
Служат ей прислугой разной—
И приставлен дьяк приказный
Строгий счет орехам весть;
Отдает ей войско честь;
Из скорлупок льют монету,
Да пускают в ход по свету;
Девки сыплют изумруд
В кладовые, да под спуд;
Все в том острове богаты,
Изоб нет, везде палаты;

Замечательные строки всем известного произведения самым мистическим образом связали историю с современностью. Остров Буян (Руян) существует на самом деле. Сейчас он называется Рюген. И на этом острове стоял город Аркона, богатейший город и столица славян. И жили в этом городе и на этом острове русы, которых так называли за русый цвет их волос и светлые глаза. И жили там варяги-русы, которых называли так потому, что они были воинами. И море называлось Варяжским! И в память об этом был назван крейсер "Варяг", и о подвиге "Варяга" была сложена великая песня, от которой у каждого русского человека захватывает дух, и он наполняется могучей энергией предков. Вот как интересно духовное наследие прошло из самой глубины веков, через великого русского поэта, через тех, кто назвал так крейсер, и через экипаж этого крейсера, который совершил великий подвиг, и через композитора и поэта, кто увековечил этот подвиг, в наши сердца, в сердца тех, кто живёт в XXI веке.

***

Рассматривая историю в приложении к исследованию духовного наследия, стоит остановиться ещё на некоторых «мифах», плотно засевших в головах современных людей. Вполне возможно, что историки достаточно достоверно знают историю, но все источники, в том числе и летописи, носят вероятностный характер. И потому определить, является ли исторический факт мифом, или существовал в реальности, практически нереально. Но нас, в данном исследование, интересует не точность исторических событий, а возможный поиск в них следов духовного наследия.

Путь «из варяг в греки». Что здесь не так?

Читаешь летописи и постоянно наталкиваешься на очень интересные места, которые прямого отношения к исследуемой теме духовного наследия Руси не имеют, но могут дать достаточно много косвенных доказательств, раскрывающих, в том числе, и истинную роль различных городов в истории Руси.

Автор «Повести временных лет» описал путь таким образом, – Бѣ путь изъ варѧгъ въ греки. и изъ грекъ по днѣпру. и верхъ днѣпра волокъ до ловоти. [и] по ловоти внити в ылмерь ѡзеро великоє. из негоже ѡзера потечеть волховъ и вътечеть в озеро великоє нево. [и] того ѡзера внидеть оустьє в море варѧжьскоє. и по тому морю ити до рима а ѿ рима прити по томуже морю ко цр҃югороду а ѿ цр҃ѧгорода прити в понотъ морѧ в неже втечет днѣпръ рѣка. Аналогичные описания есть и в Никоновской летописи, откуда оно потом перекочевало в труды Татищева и остальных историков.

Конечно, когда летописец писал эти строки, у него не было таких качественных карт местности. Иначе бы он понял, что попасть из Днепра в Ловать минуя Западную Двину никак невозможно. А коль скоро вы уже попали в Западную Двину, то зачем, спрашивается, вам такие сложности с ещё одним волоком и значительно удлинённым путём, если конечный пункт вашего маршрута находится в Балтийском море.

Собственно, эта версия уже достаточно хорошо аргументирована в Википедии, – Некоторые исследователи подвергают сомнению существование пути «из варяг в греки» как постоянно действующей транзитной торговой магистрали (не отрицая возможности отдельных плаваний). Приводимые ими аргументы можно разделить на три группы:

География. Трудность плавания, в котором необходимо преодолевать волоком два водораздела – между Ловатью и Западной Двиной и между Западной Двиной и Днепром. Причём расстояние по маршруту Балтика–Волхов–Ловать–Западная Двина–Днепр (с двумя волоками) в 5 раз больше, чем по маршруту Балтика–Двина–Днепр (с одним волоком), проходящему напрямую из Балтийского моря по Западной Двине через города Рига, Полоцк и Смоленск. Затем через волоки в Верхнее Поднепровье (река Друть) и далее вниз по Днепру в Чёрное море. Существует и не менее удобный путь Балтика–Висла–Буг–Припять–Днепр (также с одним волоком), проходящий через города Хельм, Плоцк, Брест, Пинск и Туров, сразу выходящий в район Киева.

Источники. Отсутствие упоминаний о подобных плаваниях в скандинавских сагах (саги свидетельствуют о зимнем передвижении по территории Руси) и отсутствие в византийских источниках упоминаний о скандинавских купцах и скандинавах вообще ранее второй половины XI века. Впервые о воинах скандинавского происхождения – «варангах» – говорится в императорском хрисовуле 1060 года (прочие упоминания находятся в более поздних документах, даже если они описывают события более ранних лет). Однако Бертинская летопись под 839 годом упоминает послов Руси при византийском дворе, как скандинавов по предположению франков.

Археология. Отсутствие кладов между Витебском и Великими Луками свидетельствует, что путь из Днепра на Ловать имел в основном внутреннее значение. Курганы № 38 и № 47 из Лесной группы Гнёздова, безусловно связанные как со скандинавской, так и с балтийской культурами, свидетельствуют о функционировании пути между верхним Днепром и Балтийским морем через устье Западной Двины. А по малому количеству археологических находок византийского происхождения, как в Швеции и Готланде, так и по всему предполагаемому маршруту, можно предполагать отсутствие развитых связей между ними и Византией, в том числе через Русь. Например, при раскопках в Бирке (Швеция) арабские монеты найдены в 106 погребениях, англосаксонские – в восьми, и только в двух – византийские; из более чем 110 тыс. монет, найденных в 700 кладах на острове Готланд к середине XX века византийских – всего 410. Немногочисленные вещи византийского происхождения, найденные в Новгороде, относятся к культурным слоям XI века. Если по другому важнейшему торговому пути Восточной Европы – Волжскому – археологические находки: оружие, украшения, клады, в том числе с византийскими монетами (всего более трёхсот монет), свидетельствующие о постоянном движении по этому маршруту, присутствуют и по Волге (вплоть до верховий и далее по Волхову до Ладоги), по Оке, по Западной Двине, то в Поднепровье, за исключением районов Киева и Смоленска, таких находок нет. Соответственно на средний Днепр (на север вплоть до земли радимичей) монеты попадали со средней Волги через Оку и Сейм, а на верхний Днепр – с верхней Волги.

Примечателен ещё и другой факт. В путеводителе по Новгороду 1972 года издания имеются следующие строки, – Новый город был одним из богатейших городов Древней Руси. Этому способствовало его выгодное географическое положение – на пересечении водных путей, связывающих русские земли с Византией и западными странами. Через него проходил великий водный путь «из варяг в греки» (из Балтийского моря по системе рек в Чёрное море); Мста и Тверца связывали Новгород с Волгой и Каспием, Шелонь – с Псковом, Свирь и водные пути Онежского озера – со всем северо–западом. Понятно, советские историки читали летопись, да вот только с объективными археологическими данными информация в ней никак не совпадала. Потому они и не указали в путеводителе то, что написано в летописях, а составили путеводитель на основе более точных данных, археологических. Об этих археологических данных и сказано в википедии. Более того, они подтверждаются и другими источниками, – Некоторые из арабских писателей X века, как известно, сообщают о существовании в древности трёх племенных групп Руси. Этими писателями являются: 1) Аль-Балхи, автор «книги видов земли», составленной около 940 или 951 года, 2) Аль-Истахри, автор «книги климатов», составленной около половины X века, 3) Иби-Хаукаль, автор «книги путей и государство», составленной около 976 – 977 гг.4

В данной работе интересен факт того, что арабские писатели X века упоминают о ведущейся интенсивной торговле с одним из центров Руси, расположенном на северо-западе. Вот только с Новгородом, как «центром цивилизации» в этот период времени возникают некоторые проблемы. Те же составители путеводителя по Новгороду 1972 года пишут, – Раскопки доказали, – пишет А. В. Арциховский, – что Новгород возник в начале X века... Неизвестно, будет ли где-либо в Новгороде поселение IX века или более раннее. В городе ещё много не раскопанных участков. Но одно ясно: в IX веке города ещё не было. На не раскопанных участках ему просто негде поместиться. То есть, на момент написания книг арабскими писателями Новгород только возник, и вряд ли сразу мог стать одним из трёх центров древней Руси, если только его не сделали таковым исходя из определённых целей. Этом более подробно будет рассмотрено в главе «Приход христианства на Русь».

Ещё одно, более удивительное свидетельство, относительно Новгорода, есть в книге «Россия XV – XVII вв. глазами иностранцев». Несмотря на то, что в книге описывается более поздний исторический период, вполне можно сделать вывод о неоднозначности информации в летописных источниках, которые преподносятся как абсолютно достоверные. Севера – большое княжество, крепость которого Новгород не так давно был столицей северных князей до тех пор, пока они не были лишены княжества Василием. От Москвы туда считается сто пятьдесят миль, идти направо к югу, через Калугу, Воротынск, Серенск и Брянск, – пишет Сигизмунд Герберштейн в «Записках о Московитсвих делах». С исторической точки зрения всё совпадает. А вот с географической – не очень. Или автор напрочь не был знаком с географией, или речь идёт о каком-то ином Новгороде. Далее ещё интереснее. Новгород Великий – самое обширное княжество во всей Руссии; на их родном языке он называется Новый Город. Ибо всё то, что окружено стеною, укреплено тыном или огорожено другим способом, они называют городом. Это обширный город, посредине которого протекает судоходная река Волхов, которая вытекает почти в двух верстах из озера Ильмень, и впадает в озеро Нево, которое теперь от лежащего при нём города называется Ладогою. Новгород отстоит от Москвы на сто двадцать миль к летнему западу. Здесь всё точно, даже направление от Москвы практически совпадает. Из этих двух отрывков можно сделать вывод, что всё-таки, вероятнее всего, существовал не один Новгород.

Обратимся теперь к археологии, дающей нам самую точную информацию. Археологические находки или есть, или нет. И по этим находкам можно судить о величии того, или иного города. Существуют современные археологические данные, во многом меняющие представление о центре северо-западной Руси, с которым (в том числе) вели торговлю арабы.

В 2013 году, на территории Пскова в погребении псковички XI века обнаружена древнейшая на территории России кофейная чашка. У головы погребенной был обнаружен небольшой гончарный сосуд с ручкой. Формой он очень напоминает аккуратную чашку с тонкими стенками. Чашка изготовлена из беложгущейся, очень качественной глины, покрытой ангобом. Аналоги таким сосудам известны на территории Византии и Ближнего Востока и обычно датируются XI в. В процессе расчистки предмета в камеральных условиях, реставраторы обратили внимание на темный налет, покрывавший внутренние стенки сосуда. Образцы вещества были отправлены на микроэлементный анализ. И из реставрационной лаборатории кабинета археологии Тартуского университета пришли сенсационные результаты проведенных анализов. Как сообщила докторант археологии Рийна Раммо, обнаруженные элементы являются неотъемлемыми признаками черного кофе. Причем, процент содержания такого алкалоида, как тригонеллин, указывает, что мы имеем дело с сортом кофе вида Арабика.

Вот ещё одно удивительное сообщение: «В археологическом раскопе 2004 г. были открыты два камерных скандинавских погребения. Камеры представляли собой деревянные срубы в глубоких ямах под курганами. Сенсационность этих находок, прежде всего в том, что некрополь X века был открыт раскопками в той части города, в которой археологи не предполагали обнаружить что-либо ранее XV века.»

В 1582 г. псковский летописец сделал такую запись, – В лѣта 7090. Поставиша город Земляной в Новѣгороде. Того же лѣта изыдоша коркодили лютии звѣрии из рѣки, и путь затвориша, людей много поядоша, и ужасошася людие и молиша бога по всей земли; и паки спряташася, а иних избиша. Летописец сообщает об из ряда вон выходящем событии – из реки Великой вышли крокодилы и учинили в городе панику. Здесь важно не столько, правда это, или нет, сколько вопрос – как же крокодилы могли оказаться в реке Великой? В связи с тем, что крокодилы не могут существовать при низких температурах, выходит, что у появления рептилий в Пскове есть только одно разумное объяснение – несколько крокодилов были привезены из жарких стран предприимчивыми купцами. Ближайшее к Пскову место, где издревле обитают крокодилы – Египет. В 1559 г. в Каире гостил смоленский купец Василий Поздняков. Иван IV включил его в состав русского посольства с заданием описать обычаи стран Ближнего Востока. А в 1582 г. (не точно) в Египте побывал дворцовый дьяк Трифон Коробейников, «Хождения» которого сразу же стали популярной книгой. Имеются сведения и о других русских посетителях берегов Hила. Всех наших путешественников поражали крокодилы, о которых они неизменно упоминают в своих записках. Если принять во внимание, что именно Псков был важным звеном оживленного торгового пути, связывающего Грецию и Ближний Восток со странами северной Европы, то всё становится на свои места. Иначе зачем везти такой ценный и доставляющих хлопоты груз в провинциальный, захолустный город? Так может арабские писатели имели в виду Псков под одним из центров Руси. Особо оживленные связи были между Россией и Сирией, в то время православной. В Сирии крокодилов нет, но их могли держать в зверинцах или специально для продажи вывозить из соседнего Египта. Вполне возможно, что какое-то посольство или купеческий караван вез нескольких крокодилов для подарка русским или прибалтийским высокопоставленным особам или для показа на ярмарках. Кстати, уже упомянутый австрийский дипломат Сигизмунд Герберштейн также писал, что в Литве держат в неволе крупных ящеров. По его описанию они соответствуют крокодилам или варанам. Так что идея привезти крокодила в другую страну в то время была вполне заурядной. Особого урона крокодил не причинили. Везли скорее всего не очень крупных, молодых крокодилов, не столь опасных для людей. Поскольку африканские рептилии не могли пережить зиму, в дальнейшем упоминаний о них в летописях быть не должно, и таких упоминаний действительно нет. Мифы же, как правило, обладают куда большей живучестью. Так что сама единичность упоминания о таком событии говорит в пользу его достоверности. Нам же эта история интересна с точки зрения ещё одного факта, указывающего на более значительную роль Пскова и населяющих эти земли кривичей в истории Руси и сохранении духовного наследия.

И, в заключении, выдержки из отчётов археологических экспедиций: «В VI – IX вв. на площадке Псковского городища существует поселение, оставленное прибалтийско-финским населением, родственным носителям рыугеской культуры в юго-восточной Эстонии. Позднейший из горизонтов погиб в пожаре начала 860-х годов. Концом IX – началом XI вв. датируется следующий по времени период застройки, представленный деревянными срубными постройками с дощатыми полами на лагах и печью в углу. Среди находок имеются: предкруговая и примитивнокруговая керамика, изделия из кости и рога, железа, цветного металла и стекла. Серийно представлены предметы прибалтийско-финского и скандинавского происхождения, а также подражания таким предметам и гибридные финно-скандинавские вещи, так что можно определенно говорить об этнической пестроте жившего здесь населения. Найдено детское деревянное оружие, имитирующее боевое оружие Х в., складные весы и разновесы, игральная кость, глиняные диски от вертикального ткацкого стана, арабский дирхем. Вплоть до середины IX в, поселение при слиянии Псковы и Великой размещалось на площадке Псковского городища и за его пределы не разрасталось. И только во второй половине IX в. (после 860 г.) поселок резко (в течение нескольких десятилетий) вырос, достигнув к середине Х в. площади приблизительно 12 – 15 га. Очевидно, что рост территории поселения связан со значительным (в 5 – 7 раз) увеличением числа жителей. Ни о каком демографическом взрыве говорить не приходится: значительная часть населения, безусловно, сформировалась за счет переселенцев иммигрантов, причем среди них безусловно присутствуют выходцы из Скандинавии. Жители поселения были по преимуществу язычниками, хотя имелась и христианская община: об этом свидетельствует находка на Псковском городище нательного креста, датирующегося рубежом Х – ХI вв. Около середины XI в. (ранее 1044 г.) ремесленно-торговый центр при слиянии Псковы и Великой гибнет в пожаре. Перекрывшая слой пожара застройка принципиально отличается от застройки предшествующего времени: уничтожается курганный некрополь, непосредственно по сгоревшим жилищам прокладываются уличные трассы, а вновь появившаяся жилая застройка приобретает характерный для древнерусских городов облик – дворы, разделенные частоколами, ориентированы вдоль уличных проездов. В обиходе у населения, заселившего пепелище, отсутствуют предметы скандинавского происхождения и предметы, связанные с отправлением языческого культа». Интересно, а не связаны ли все эти события, особенно уничтожение поселения в районе 1044 года с распространением христианства?

А что же Новгород? Есть большое количество берестяных грамот, и никаких сенсационных артефактов, типа кофейной чашки или солнечных часов (подробнее о солнечных часах в главе «Календарь древних славян»). Таким образом, вроде бы никакого отношения не имеющая тема пути «из варяг в греки» к основной теме исследования духовного наследия Руси дала нам интереснейшую информацию.

***

Закончить главу об истории русов и славян лучше всего словами того самого Шлёцера, автора нормандской теории происхождения русского государства, – Какое ужасное понятие представляет Русская древняя история! Я почти теряюсь в величии онаго! История такой земли, которая составляет 9-ю часть обитаемого мира и в два раза более Европы; такой земли, которая в два раза обширнее древнего Рима, хотя и называвшагося обладателем вселенныя; - история державы, соединяющей под своим скипетром Славен, Немцов, Финнов, Семоедов, Калмыков, Тунгузов, и Курильцев, народы совершенно различных языков и племени, и соседящей с Шведами, Поляками, Персами, Бухарцами, Китайцами, Японцами и североАмериканскими дикарями; - история России, сего настоящего разсадника народов, из южныя части которыя вышло толикое множество народов, разрушивших и основавших целые царства. Разкройте летописи всех времян и земель и покажите мне историю, которая превозходила бы или только равнялась с Рускою! Это история не какие-нибудь земли, а целыя части света, не одного народа, а множества народов, которые различаясь между собою языком, религиею, нравами и произхождением, соединеныпод одну державу завоеваниями, судьбою и счастием.

Разве могло зародится и развиваться такое государство, которым восхищается даже Шлёцер, без глубочайшего духовного стержня, без основы, базирующейся на истинной мудрости, без веры, моральных и нравственных устоев?