Глава 13

Я открываю рот и не знаю, что ответить на такое. И Дориан доверяет ему как семье?

Принц вмешивается и просит Лувеза:

— Прошу тебя, давай отойдем подальше.

Мы отходим от толпы и находим уединенное место у шатра гадалки. Здесь тихо, а шум веселья остался позади.

— Эмилия хотела узнать побольше о своём отце, Стивене, — поясняет Дориан главнокомандующему.

Тот лишь хмыкает себе под нос и бормочет что-то невнятное.

— Нехорошая это тема для разговора. Могу лишь сказать, что он был достойным генералом. А твоя мать внушила ему все эти мысли о перевороте и убийстве нашего короля.

Как будто желать освободить свой вид от рабства — это нечто плохое. Его верность королю слепа.

— Вы помните день, когда он попытался убить короля Леннера? Как мой… папа решился?

Лувез прищурился, глядя на меня.

— Это было глупостью, пытаться убить его каким-то клинком. Где он его раздобыл только. Даже демоны не знали, из чего он сделан.

Для него это просто ошибка в истории. Для меня — вся жизнь. Если Лувез не знает, что это был за клинок… значит, кто-то скрыл правду даже от ближайших людей короля. Нужно узнать, куда он пропал после гибели отца, но задавать прямой вопрос идиотизм. Внезапно он спрашивает:

— У тебя есть сестра? Видел вас двоих на балу Единства.

— Да, Мэри, — просто отвечаю ему.

Он сплевывает на землю.

— Странно, твоя мама понесла второго ребенка спустя два года после первого. Редкость среди демонов.

У меня дергается нижнее веко. Контролирую лицо слишком поздно.

— Везение, не более, — выдавливаю из себя и скрещиваю руки на груди.

Он внимательно наблюдает за моей реакцией несколько секунд и решает не продолжать этот разговор. Вместо этого он переводит все внимание на Дориана.

— Как в академии? У тебя нет проблем? — уточняет он, искренне переживая за благополучие принца.

— Всё прекрасно. Только вот Джанин отправится с вами домой, — рассказывает Дориан.

— Что с ней?

— Душевная болезнь, вероятно. Я отстранился от нее в последнее время, — его взгляд задерживается на мне чуть дольше, чем нужно.

Сжимаю губы и предпочитаю молча слушать их разговор дальше.

— Жаль, она была прекрасной партией для тебя. Могла бы принести отличное потомство в королевскую семью, — отвечает Лувез и хлопает принца по плечу.

Морщусь от грубости таких мыслей. Он говорит это так, будто обсуждает политический союз, а не человека.

Сейчас имеет значение только одно — место рядом с принцем освободилось. Она еще найдет себе мужа, лишь бы это был не Дориан. Тот тоже выглядит смущенным от слов демона, и отвечает ему не сразу.

— Ей нужен уход, время вдали от меня пойдет только на пользу.

Дориан сдержанно улыбается и кивает каким-то своим мыслям.

— Был рад повидать тебя, и твою… спутницу, но меня ждет выигрыш.

Лувез чешет щетинистый подбородок и собирается уйти.

— Да, спасибо за полезную беседу, — благодарю его, стараясь скрыть сарказм в своих словах.

Он переводит на меня свои желтые глаза и показывает зубы.

— Удовольствие видеть потомков своих сослуживцев. Вы несете их наследие, это услада для моих глаз, — он подмигивает мне. — И раз ты так близка с Дорианом, то мы ещё увидимся. И не раз.

Осадок после разговора с Лувезом не покидает меня. Чем больше я вспоминаю его лицо, тем сильнее мне кажется, что он проверял меня.

В ушах звенит от шума толпы. Рядом с Дорианом всё должно казаться безопасным. Почему тогда мне хочется сбежать? Он ведь не сделал ничего опасного.

Я могу увести его и побыть наедине. Придумываю предлог:

— Ты ведь хорошо знаешь остров? Есть место, где можно посидеть в тишине?

Выпаливаю на одном дыхании и жду его ответа. Расфокусирую зрение поверх толпы.

— Да, в лесу есть пруд, там можно посидеть…

— Пойдем туда, я очень устала.

Он берет меня за руку и ведёт за собой. Я могу просто следовать за ним. Дориан поворачивается в пол-оборота и спрашивает:

— Тебя расстроили слова Лувеза о твоей матери? Прости, что не осадил его, — говорит он спокойно. Слишком спокойно. Как будто уже решил, что я скажу дальше. Он спрашивает не из любопытства, а как будто сверяет меня с чем-то, что уже знает.

Не только. Но я могу лишь кивнуть и натянуть улыбку.

— Не переживай, я понимаю, что сделали мои родители и как к ним относятся демоны.

— Тебе не нужно быть такой смиренной рядом со мной, — просит он.  В его голосе есть теплота. В глазах — нет.  — Поступок Стивена и всех суккубов не определяет тебя с сестрой.

— Жаль, другие не смотрят на это также. Ты слишком добр ко мне, — отвечаю я и сглатываю ком в горле.

Ты вообще не такой, каким я ожидала окажешься. Но эту мысль я оставлю при себе.

— Я просто готов дать шанс показать обратное.

Слово “шанс” звучит так, будто я уже должна его заслужить. Ничего не отвечаю ему. Пока мы продолжаем путь, пытаюсь сложить все события дня пирамиду. Что важнее, к чему все приведет?

Грызу кожу на губах и щеках изнутри, и прокусываю одно место до крови. Я даже не замечаю, когда начинаю это делать. И почти благодарна Дориану за то, что он не пытается меня отвлечь словами.

Он резко останавливается, отчего я практически врезаюсь в его спину. Принц отходит в сторону, и я вижу перед собой пруд с прозрачной водой. В нём плавают утки, и их движение увлекает меня. Не отрывая взгляда, шагаю к лавке у берега. Дориан садится рядом, ничего не говоря. Только спустя несколько минут я понимаю, что он специально не нарушает тишину. Но и не делает её уютной. Просто оставляет её между нами.

— Спасибо, мне здесь нравится, — поворачиваюсь к нему и надуваю щеки, чтобы выдохнуть полной грудью. — Ну и денёк.

— Согласен. Как дома оказался, там так постоянно, — рассказывает он и пальцем медленно проводит по древесине под нами.

— Могу представить, у тебя наверно много обязанностей… как у принца.

Он морщится от этих слов.

— Хорошо, что я младший. Дерк постоянно заменяет отца на выходах в люди, готовится к будущему.

— А ты чем хотел бы заниматься? — с искренним интересом спрашиваю у него.

Дориан задумывается над ответом.

— Честно? Я не хочу иметь ничего общего с политикой. А вот технологии смертных мне интересны, я мог бы стать инженером. Добавлять магию в пластиковые коробочки для упрощения жизни.

— У вас с Патриком больше общего, чем кажется на первый взгляд, он обожает смертных.

— Мы в детстве мечтали сбежать, как подрастем, теперь это в прошлом.

Каждый размышляет о своем. В груди щемит от тоски по дому.

— Давай как-нибудь вместе достанем портал и отправимся куда-нибудь в… например Майями, — я говорю это быстрее, чем успеваю подумать.

Он смеется.

— Ты там была?

— Да, летали всей семьей по работе отчима. Он занимался взрослыми делами, мы с мамой гуляли по городу и много загорали.

Наклоняюсь ближе к нему и шепчу:

— А еще там столько казино, что Лувез умер бы от счастья.

Дориан повторяет мое движение. На секунду кажется, что он сейчас отстранится.

Но он остаётся.

— Боюсь представить, сколько бы денег из казны пропало.

Наше дыхание смешивается, и я порывисто касаюсь губами уголка его рта. Он не отстраняется, но и не отвечает.

Зажмуриваюсь, чтобы не видеть последствия своей минутной слабости.

— Прости, сейчас не подходящее время, — тихо произносит он в мои губы и отодвигается. Но берет мою ладонь в свою.

Моё уязвленное эго требует встать и уйти. Вместо этого сжимаю его пальцы в своих и глажу костяшки. Когда-нибудь он будет умолять поцеловать его, а я откажу.

В воскресенье у нас нет занятий, поэтому весь день я провожу с Патриком. Я снова прокручиваю в голове момент у пруда и отказ Дориана. Его недо-подружка устроила сцену, а я полезла целоваться спустя пару часов.
Неудивительно, что он отстранился.

— Я все испортила с Дорианом, — объявляю эту новость вампиру.

— Почему? — он тут же выпрямляется, будто его кто-то дёрнул за нить.

— Мы почти поцеловались, — выпаливаю я и слежу за его лицом. — Но это произошло в тот же день, когда Джанин вела себя как сумасшедшая, — я качаю головой и тру переносицу. — Теперь он думает, что у меня нет сердца. А я просто не смогла сдержаться рядом с ним…

Патрик взвешивает мои слова.

— Успокойся, и садись рядом, — он указывает на место рядом с собой.

Мы в общей комнате второкурсников, но сейчас здесь пусто.

— Ты ведь хорошо его знаешь, как мне исправить это? —  прошу я, нарочно делая голос жалобнее.

Патрик щёлкает языком в раздражении.

— Во-первых, с чего ты это решила? А во-вторых, Дориан святоша и ничего плохого не думает об окружающих без оснований.

— Ладно, убедил, — произношу я недовольно и надуваюсь.

— Ты можешь просто поговорить с ним прямо, например…

— Мы не на такой стадии, вдруг я ему и не нравлюсь вовсе?

— В любом случае, ему нравится прямота.

Замечательный совет. Просто будь прямой с человеком, который меня отверг.  Я скрещиваю руки на груди и откидываюсь на спинку софы. Патрик поворачивается и складывает ноги на моих коленях.

— Я попробую. Надеюсь, твой совет окажется полезным.

Он внимательно разглядывает мое лицо с минуту и решается сказать:

— Ещё мужчины любят здоровых девушек, а ты сейчас...

Догадываюсь, о чем он. Последние дни оставили меня почти пустой.

Закрываю лицо ладонями и тяжело вздыхаю.

— Да, надо бы раздобыть энергии.

— Это плохо, что ты выросла не здесь и у тебя мало знакомых. Вот у меня есть пара ведьм и оборотней, которые делятся кровью.

Я не могу просто пить из кого попало — мне всегда казалось это неправильным. Для этого мне всегда нужно больше, чем просто симпатия.

— И я буду рад, если мы когда-нибудь породнимся, — он играет бровями и криво улыбается.

— Прости, не совсем понимаю, ты ведь вампир, а не демон.

— Боги, мне расписать тебе всё свое семейное древо? Мой отец брат Джалалы, а мама вампир. Её гены оказались сильнее — и появился я, — он тычет себя пальцем в грудь. — Что, кстати, большая редкость. Я исключительный вампир.

Он откидывает волосы и красуется передо мной. С ним даже мысли о Дориане перестают казаться катастрофой.

Решаю дать Дориану ещё день. Если мои расчёты верны, Патрик уже поговорил с ним. В ином случае, остается полагаться на свое природное очарование.

Мэри помогает магам с подготовкой к Портальной Охоте, а если не занята этим, то проводит время с Максом.

После занятий владения силой Сьерра просит меня пройти в учительскую. У меня потеют руки, ведь я предполагаю, почему меня могли вызвать.

— Эмилия, проходи, — произносит она мягко и указывает ладонью на кресло напротив неё.

Кроме неё здесь находится профессор Гвад.

— Здравствуйте, — приветствую я его и кланяюсь.

Он растягивает рот в улыбке, но только губами. Его глаза бегают по комнате, избегая моего взгляда.

— Как ты знаешь, одна из студенток демонов нанесла себе вред в день ярмарки, — начинает Сьерра и скрещивает ладони на столе.

Киваю ей, но пока не решаюсь говорить что-то.

— Мы собрали учительский совет, потому что такого давно не происходило в стенах академии. С тех пор как к нам перестали поступать суккубы и инкубы.

— Ох, — вырывается из меня.

Гвад вставляет свое слово:

— Я не мог не упомянуть, что ты интересовалась трудами, которые описывают способности суккубов и их применение.

Он едва заметно качает головой в сожалении.

— У нас нет прямых доказательств, что на Джанин оказывалось влияние извне. Самые старые профессора знают о возможностях суккубов, например проникновение в сны, — Сьерра наблюдает за моей реакцией на последнюю фразу.

Сохраняю нейтральное выражение лица и держу руки на коленях.

— Мы понимаем, что ты выросла в другой среде и мало знаешь о правилах поведения в нашем обществе, — добавляет Гвад. — Высокородные существа учатся в стенах Академии и должны рассчитывать на безопасность. Особенно демоны, ведь на их родине довольно сложная ситуация.

Кровь приливает к моему лицу, и я чувствую, как пульсирует артерия в шее.

— Большая часть профессорского состава проголосовала против твоего исключения, ведь у нас только косвенные улики, — в голосе Сьерры я слышу разочарование.

Она учит нас контролю. А я использовала силу как оружие.

— Для безопасности остальных студентов, тебе запрещено выходить из комнаты после полуночи и до начала занятий. Мы наложим чары на комнату, — выносит вердикт Сьерра. — И тебя переселят отдельно от сестры.

— Мы верим, что ты исправишься и завершишь обучение в академии, — с воодушевлением заканчивает профессор Гвад.

Я не оправдываюсь и не спорю с их решением. У меня и шанса не было, все решили за меня. Лишь вспышка злости мелькает, когда они говорят, что расселят нас с Мэри.

— Это останется между нами, чтобы не накалять твои отношения с однокурсниками. Надеюсь, ты оправдаешь доверие.

Дрожащим голосом отвечаю:

— Да, я понимаю. Спасибо.

Они отпускают меня и на негнущихся ногах я отправляюсь в комнату, чтобы сообщить новости сестре.

Когда я вхожу, Мэри делает задания и увлеченно читает легенды фейри. Захлопываю дверь сильнее, чем собиралась. Руки дрожат.

Она поднимает голову и удивленно смотрит на меня.

— Эмилия, что случилось?

— Тебя переселят в другую комнату.

Она поднимается и шагает ко мне.

— Почему? Я не хочу.

— Они уже всё решили. Они поняли, что это я виновата в случившемся с Джанин.

— Но мы ведь сестры, ты не сделаешь такого со мной. Ты объяснила им?

— Нет, я уже и так наворотила дел. Нужно сделать как они хотят. В следующем году мы снова будем вместе, — этим я пыталась успокоить ее, но сама не верила своим словам.

Она качает головой, и её глаза краснеют.

— Как я без тебя? — спрашивает она дрогнувшим голосом.

— Мы будем вместе все остальное время, только спать в разных комнатах. Ты чего, — я дергаюсь вперед и обнимаю её. — Все не так страшно. Я слишком многое поставила на Дориана.

— Ну, это самое главное, — с сарказмом замечает она.

— Нет, но я ведь не просто так это сделала. Всё пришло к тому, как было запланировано.

Отправляю Мэри к заведующему, чтобы узнать о новом распределении. Голод начинает сводить меня с ума и единственным выходом я вижу подремать.

Спустя несколько часов Мэри возвращается, чтобы собрать вещи и обнимает меня на прощание. Она чудом уговорила подселить ее к Эстер, и я рада что ей не будет так одиноко.

А я заслужила остаться наедине со своими демонами.