Глава 4

15 июля 2009 года

Следующие две недели прошли незаметно. Я отказывалась выходить из комнаты. После похорон мне стало действительно хреново. Я практически не говорила с Мэри и не могла спать. Мне стыдно перед ней, ведь она как никто понимает меня. Как сказать ей, что я злюсь на маму, на себя, на Леннера, которого даже не знаю? Мне хочется вернуться в тот день и продолжать жить в мире смертных. Вернуться в колледж, к своим друзьям и парню, ездить к океану и загорать. Повернуть время вспять. Я не знаю как быть в мире, где до сих пор всё решают только титулы, и нужно бороться за выживание.

Мэри же наоборот будто отпустила маму и прошлое после похорон. Она понимает, что её больше нет и нужно взять себя в руки, того же хочет и от меня. Она выходит иногда на прогулки, задаёт Джейн миллион вопросов о жизни при дворе. Королева Сорсера уделяет ей много внимания и проводит с ней время, также показывая все прелести жизни здесь. Она даже успела получить энергии из смертного парня среди слуг, тот сам вызвался стать ужином. Сложно было удержаться перед очарованием Мэри с её рыжими блестящими волосами и большими карими глазами. Но она была не только красивой, а жизнерадостной и веселой, любила флиртовать. За эти две недели искра вернулась, будто ничто не способно её сломить.

Я же из-за долгого голодания выглядела бледной и больной. Если не питаться пару месяцев, то кожа сереет, начинают выпадать волосы и портятся зубы, будто ты гниешь изнутри. Мне казалось, от голода я, наоборот, возвращаюсь к исходной демонической форме. Если продолжить в том же духе, может, я превращусь в рогатое существо с копытами?

Вечером сестра тихо входит в спальню пряча что-то за спиной. Она заговорщицки улыбается и зовёт меня:

— Эмилия, смотри, что я принесла! — она вытягивает левую руку вперед и держит в ней десертную подставку, на которой стоит шоколадный торт со свечами. — С днём рождения, сестренка!

Она вприпрыжку торопится ко мне и садится на краю кровати, поставив его между нами. В руках у нее моя зажигалка, которую я всегда ношу с собой. Поочередно она поджигает двадцать свечей на торте и говорит:

— Загадай желание, только осуществимое, — Мэри складывает руки на коленях и ждет.

Я задуваю свечи, перед этим сделав вид, что загадываю желание. Мне не хотелось ничего в этот день. Да и в целом.

Мэри встает с кровати и берёт со стола две вилки. Мы начинаем есть десерт, даже не разрезав его.

— Я тут подружилась, если так можно сказать, со старшим поваром на кухне. Попросила сделать для моей любимой сестры ее любимый торт с любимым шоколадом. — Она отправляет кусочек торта в рот и довольно мычит.

— Очень вкусно, спасибо, — благодарю я уже искренне. Шоколадный торт мог воскресить меня из мертвых. — Мои комплименты шефу.

— Обязательно передам, — она усмехается и поудобнее устраивается на кровати. — Ну что, когда ты перестанешь хандрить? Я все понимаю, но пора бы тебе поесть и готовиться к балу Единства. Мне уже сняли мерки и шьют платье. Твои размеры я и так знаю, поэтому, раз ты не хотела идти, заказывала дизайн на свой вкус.

— Не знала, что у меня появился личный ассистент, — подшучиваю над ней.

— О, так ты не разучилась острить, — она быстро улыбается, показывая зубы и тут же сжимает губы.

Закатываю глаза и продолжаю уминать этот шоколадный рай.

— Где ты весь день пропадала?

— То тут, то там, если бы ты выходила отсюда, то знала бы.

— Опять Сорсера рассказывала тебе топ пять причин присягнуть ей и стать частью свиты во дворце?

— Да, четыре из них были весьма привлекательны, — она играет бровями и улыбается.

— Поверить не могу, что мы два года не увидимся, — говорю ей и хмурюсь.

— Так это будет точно также, как когда ты уезжала в Дьюк. Может, тут тоже отпускают на рождество и день благодарения?

— Ага, как же, а еще тут исповедуют христианство, — фыркаю я.

Мы некоторое время болтаем о всякой ерунде, и гадаем, как будет проходить бал. Мэри решается спросить у меня:

— Эмилия, мама так и не рассказала мне, в чём я такая особенная, и ты молчишь. Я не спрашивала, потому что видела, как тебе плохо, — она пальцами теребит бахрому на краю одеяла и не смотрит мне в глаза.

— Прости, я закрылась от тебя и страдала тут в одиночестве. — Накрываю ладонью её руку, чтобы она посмотрела на меня. — Я расскажу тебе всё сейчас, потому что пора бы уже.

Мэри тут же собирается и садится прямо.

— Я перескажу тебе, как это рассказывала мама, она особо не вдавалась в подробности, — говорю ей, смотря в глаза. Она кивает и ожидает продолжения. — Когда убили моего отца, и Леннер объявил, что всех суккубов и инкубов необходимо истребить, королева Джалала помогла маме сбежать со мной на руках и укрыла в мире людей. В это время она уже была беременна тобой, Мэри. Джеймс не твой отец и ты не смертная наполовину.

Сжимаю губы и думаю, как сформулировать свои мысли дальше.

— Перед тем как сбежать, мама проникла в темницу, где держат бога Онна. Она находится глубоко под землей, возможно, ближе к ядру. Я не совсем поняла, как устроена эта тюрьма, но путь туда знает лишь сам Леннер и королева, а та поведала маме, потому что доверяла ей, да и как низший демон мог обойти защиту? — я усмехаюсь, вспоминая, как мама гордилась тем, что смогла обхитрить всех, когда рассказывала об этом. — Мама заключила сделку с богом, и попросила о ребенке, который сможет уничтожить Леннера. Понимаешь, отец и его союзники нашли оружие, способное убить короля. Это кинжал из костей мертвых богинь, Сканы и Дивелы. Только они не знали, что сработает он лишь в руках того, в ком течет кровь богов.

— Ты говоришь, что мама переспала с богом, чтобы родить полубога? — она машет головой, пытаясь переварить услышанное. — И этот ребенок — я?

— Да. Ты наполовину бог. Мама не только отдалась ему, но и выпила кровь бога, чтобы выносить тебя.

— Почему я не чувствую в себе ничего подобного? У меня нет особенных сил и прочего. Может всё-таки она забеременела от Стивена или Джеймса? — она практически кричит и не желает верить мне.

— Сорсера наложила заклинание на тебя, когда ты родилась, чтобы скрыть твою божественную часть и запах крови. Ни один демон не определит, что ты такое, — уточняю я. Это очень важная деталь, которая сохраняла нам спокойную жизнь. — Вроде как, когда тебе исполнится двадцать лет, то магия прекратит действие и ты обретешь полную силу.

Мэри встает с кровати и ходит по комнате к окну и обратно. Она обхватывает двумя ладонями затылок и обдумывает все, что я рассказала. Спустя пару минут она спрашивает:

— И что же мама пообещала ему взамен?

— Онну? Она сказала, что это её бремя и мне знать не нужно.

— Охренеть можно, вдруг она поклялась освободить его? — восклицает сестра.

— Я думаю, она не настолько глупа. Если его освободить, он уничтожит всех созданий.

Мама рассказывала, что он обладал такой силой, что мог воскрешать мертвых, порождать отвратительных тварей, которые слушались его и жаждали только смерти. И убивать все живое лишь одним касанием. Леннер смог заключить его и теперь держит в темнице под землей последние несколько тысяч лет. Онн последний из живых богов, что создали фейри, демонов, перевертышей и магов. Мне было интересно узнать, как король демонов смог придумать и найти чем заковать его. У него точно было оружие, которым можно убивать богов, иначе как он избавился от Дивелы и Сканы?

— Разве на тебе и маме не было того же заклинания? — уточняет Мэри.

— Не совсем, на нас чары защиты и сокрытия, но пользоваться силой мы могли. Хотя, в мире смертных неоткуда брать магию, поэтому мы слабы. Твою же божественную часть Сорсера, можно сказать, усыпила. Через два года все изменится.

— Да я могу взорваться или типа того, потому что одним богам известно, что из себя я представляю, — сестра всплескивает руками и начинает пальцами массировать виски.

— Поэтому два года тебя будет учить и готовить королева, чтобы не произошло ничего… экстраординарного, — я встаю и подхожу к ней. — Не бойся, всё будет хорошо. А я за это время проникну во дворец короля Леннера на моих условиях и найду этот кинжал, чтобы ты могла убить его.

Таков был план мамы, и я добьюсь цели любой ценой.

— Мой отец — бог. Охренеть, бедный Джеймс, — Мэри закрывает руками лицо.

— Мне жаль, что мы его обманывали годами, но это было необходимо ради выживания, — говорю я и сжимаю пальцами её плечо.

— Ради выживания среди богатеев и в брендовой одежде, — саркастично замечает сестра.

— Мама привыкла жить на широкую ногу, и получала то, что хотела, — говорю я и мы с сестрой прыскаем от смеха.

У нас получится найти убийцу мамы.

21 июля 2009 года

Наступил день бала Единства. Нас представят всему высшему обществу пяти королевств.

Мэри придумала для меня платье из темно-бордового бархата с открытыми плечами. Две бретели из золотых цепочек свисали на предплечьях, верх был корсетным и плотно облегал грудь и талию. Юбка была со сборками и вырезом до середины бедра. Образ дополняли черные бархатные туфли на шпильке.

Джейн предложила оставить волосы распущенными, потому что ей нравились мои кудри. Она просто добавила две золотые заколки по бокам и выбрала колье из подходящего металла с камнями.

Для сестры сшили нежное платье из шелка сливочного цвета с v-образным вырезом спереди и открытой спиной.

Мы входим в тронный зал, чтобы оттуда через портал отправиться на остров Непту. Сорсера в парадном белом платье с короной на голове, Ричард тоже сменил коричневый служебный костюм на церемониальный наряд с плащом.

— Девочки, пройдемте. Надеюсь, вы готовы? — спрашивает королева.

Синхронно киваем ей и улыбаемся.

— Эмилия, ты выглядишь гораздо лучше, — замечает она.

Да, ведь вчера Мэри заставила меня поесть из того же слуги, которым она питалась. Я взяла совсем немного, чтобы кожа приобрела розовый цвет, а не серый. И волосы заблестели. Сестра настояла, что я должна произвести неизгладимое первое впечатление на принца Дориана, раз решила заполучить его.

— Благодарю вас, — я кланяюсь ей и снова выпрямляюсь.

Сорсера создает портал, и мы входим после нее и Ричарда. Другие представители знати тоже попали на бал через них.

Наша компания оказывается перед замком, которому на вид тысяча лет. Он стоит на высокой скале, а у её подножия раскинулась деревушка примерно в двадцать домов. Они не выше двух этажей, все песчаного цвета, с крышами из красной черепицы, и в каждом доме дымоход. А дальше распростёрты зеленые луга и рощи. Сегодня солнечная погода и чистое небо без облаков.

— Здесь постоянно живут послы королевств, их семьи, преподаватели академии и прислуга, — поясняет Ричард, увидев с каким любопытством мы разглядываем дома.

Я оборачиваюсь на замок и задираю голову, чтобы рассмотреть его. Он высокий, с башнями и большими окнами. Здесь как раз находится академия Криф. Два года меня будут обучать истории наших народов, военной стратегии, владению магией и ближнему бою. Самым главным было налаживание связей с высшими сословиями королевств. Иногда эти два года заканчивались браками. Обычно, между собой женились маги и перевертыши, демоны и фейри. Другие виды союзов были исключениями.

— Пройдем к воротам, там нас ожидают, — Ричард указывает рукой и пропускает нас вперед.

Сорсера хотела появиться эффектно, поэтому мы прибыли поздно. Бал уже в самом разгаре и большинство гостей находятся в зале. У ворот стоит проверяющий со списком гостей. Когда он замечает королеву, то кланяется ей и лепечет:

— Ваше Величество, рады приветствовать вас, — он выпрямляется и смотрит на нас. — Ради безопасности, позвольте проверить есть ли юные леди в списке?

Он вроде и спросил, но видно, что сделает по-своему. Королева кивает в знак одобрения.

— Нашёл, вас сопровождают Ричард Дункан, маркизы Эмилия и Мэри Эллсворт, — мужчина улыбнулся нам и попросил пройти вперед.

Мы пошли по синей дорожке, которая вела к высоким дверям замка. Они были распахнуты, внутри стояли стражи. Дальше двигались по холлу, который вел прямо в бальный зал. У входа стоит распорядитель, который уже знает наши имена. В его руке я замечаю рацию — похоже, он получил информацию от проверяющего у ворот. Меня до сих пор удивляет наличие современных технологий здесь. Ожидание темного средневековья не оправдалось.

Он распахивает двери в зал и громко объявляет:

— Её Величество королева Сорсера, генерал ее величества Ричард Дункан и леди Эмилия и Мэри Эллсворт.

Мы входим и все уставились на нас с сестрой. Люди вокруг поклонились королеве, и начали перешептываться. Мне стало неуютно. И дело было не в том, как я выгляжу, ведь прекрасно понимала, что мы с сестрой привлекательны. Мне была привычнее позиция наблюдателя, это я оценивала окружающих, как они держатся, как говорят и двигаются. Сейчас роль изменилась, ведь я среди таких же сильных созданий. Я расправила плечи и уверенной походкой двигалась вслед за королевой. Сестра тоже внешне держалась уверенно.

В конце зала я увидела восемь тронов. Сам Леннер с Джалалой восседали в центре. Сложно было не заметить их, не только из-за того, где они находились. Король был в темно-синем бархатном сюртуке и черных брюках. На его голове красовалась корона из платины. Он единственный демон, которому она не приносит вреда. Даже когда он сидит, видно, что это очень высокий мужчина. Золотистые глаза скучающе смотрят вперед, а черные волосы с проседью дополняют облик хладнокровного и древнего короля. Сила будто исходит от него волнами, заполняя все вокруг.

Королева именно такая, какой её описывала мама: платиновые волосы, кристально-голубые глаза и моложавый вид. Она искрится жизнью и кажется приятной.

В других креслах сидят остальные короли и королевы. В мыслях я вспоминаю каждое имя. Мама вбила в мою голову всю эту полезную информацию, хотя я никогда их не видела. У Сорсеры не было мужа, поэтому она будет одна. Мы двигаемся вперед между расступившихся гостей и останавливаемся напротив подножия, на котором стоят троны.

Она обращается ко всем:

— Господа, позвольте представить вам последних живых суккубов, Эмилию и Мэри. Их мама Астрид покинула нас несколько недель назад в ходе нападения. Надеюсь на вашу благосклонность, поскольку девочки под моей протекцией в данный момент, — Сорсера констатирует факты и ждет реакции других правителей.

Леннер равнодушно оглядывает нас сверху вниз, остальные же проявляют немногим больше интереса. Я надеялась, что у него дрогнет хоть один мускул в лице, ведь была уверена он знал, что мы живы — это он отправил наёмника, чтобы убить маму и нас. Сейчас казалось, будто мы не более чем грязь под его ногтями. Словно он не имел к этому отношения.

Я и сестра делаем реверанс и молчим. Пока к нам не обратятся, мы не можем встревать. Джалала видит меня и всплескивает руками. Я не ожидала такой эмоциональности от королевы демонов.

— Боги, Эмилия, ты выросла настоящей красавицей, — она ослепительно улыбается и манит меня к себе. Я колеблюсь несколько мгновений и делаю шаг к ней. Не знаю, чего сейчас ожидать, но нужно держать лицо, раз я оказалась в центре внимания. Боковым зрением замечаю, как несколько демонов, которые стояли поблизости, напряглись. Хотя они и были в праздничных костюмах, подозреваю, являлись охраной королевской семьи.

Тем временем королева продолжает:

— Ты, наверное, не помнишь меня, тебе было всего два года, когда вы… — она старается подобрать корректное слово. — Покинули нас.

— К сожалению, нет, но приятно увидеть вас. Мама рассказывала только хорошее о времени, когда была вашей фрейлиной, — отвечаю я, натянув самую милую улыбку.

Я замечаю во взглядах окружающих нас гостей смесь любопытства и страха. Мне казалось странным такое радушное приветствие Джалалы при всех. Все знали, что её муж сделал, и одним богам известно, что собирался сейчас. Хотя он также спокойно восседает на троне, даже не повернув голову в мою сторону.

— Мне жаль, что её больше нет с нами, она была дорога мне, — со всей искренностью говорит королева и тянется, чтобы сжать мою ладонь. — Присоединяйся к гостям и веселись, потом ещё поболтаем.

Она кивает мне и отпускает. Королева прилюдно проявила свое расположение ко мне, а я ведь дочь предателя, который устроил мятеж, в глазах всех её подданных. Репутация королевской семьи идет впереди, поздно делать вид, что нам тут рады.

Мы с Мэри поклонились и отошли как можно дальше. Встав у стены, сестра шепчет мне на ухо:

— Джалала явно в восторге от тебя, я начинаю ревновать, — она сжимает губы и немного надувает щеки.

— Я тоже ревную, ведь Сорсера решила заменить тебе маму, — я поднимаю одну бровь и смотрю на неё. Мы не сдерживаемся и обе смеемся.

— А это даже не плохо, две королевы, которые поддерживают нас — уже круто, — замечает сестра.

Я не знаю куда деть руки и просто скрещиваю ладони за спиной. Сестра тоже переминается с ноги на ногу. К нам подходит официант и предлагает шампанское. С облегчением, мы берем по бокалу и осматриваем толпу. Мне невероятно неуютно и тревожно здесь, поскольку никого не знаю. Сорсера сидит с остальными правителями, а Ричард затерялся среди гостей. Я встречаюсь взглядом с остроухим парнем примерно моего возраста. Его серые глаза задерживаются на мне, и он улыбается, затем салютирует. В ответ я поднимаю бокал, сама не понимая зачем. Он решил поддержать меня или поддразнить? У него блестящие черные волосы, которые достают почти до плеч, а одет он в черный классический костюм. Современный, а не сюртук или фрак, какие были на многих мужчинах в этом зале. К нему подходит блондинка и переводит внимание на себя.

Мне остаётся продолжить смотреть на других, и когда уже с кем-то я встречаюсь взглядом, то отвожу глаза. Пускай они пялятся сколько хотят, я не буду концентрировать свое внимание на них. Мэри толкает меня локтем в бок, заставляя смотреть с ней в одном направлении. Через гостей к нам пробивается молодая зеленоглазая ведьма с каштановыми волосами в лиловом платье.

— Эстер, как я рада тебя видеть! — громко произносит Мэри и энергично машет ей. Это дочь одной герцогини, с которой сестра успела познакомиться в замке. Она рассказывала мне о ней: моя ровесница, тоже поступает в академию в этом году, немного управляет водой и обожает гадать на картах таро.

— Привет, я пыталась отвязаться от мамы сразу как вас отпустила королева, но она нудила про завидных женихов, которые сегодня собрались, — объясняется Эстер.

— Пфф, у людей уже давно все сами выбирают, за кого выходить замуж, — отвечает ей Мэри. — Кстати, ты не знакома с моей очаровашкой сестрой, потому что она не выходила из комнаты. Это Эмилия.

Сестра показывает на меня и ослепительно улыбается, а я передразниваю ее, а потом обращаюсь к ее новой подруге.

— Приятно познакомиться.

Кланяюсь ей и позволяю Мэри вести беседу. Решаю сделать глоток шампанского и просто послушать их.

— Я уже видела принцев демонов, какие же они красивые, — говорит юная герцогиня моей сестре.

— Так, аккуратно покажи, где они, Эмилии очень интересен Дориан, — говорит Мэри и посмеивается, глядя на меня.

Я лишь закатываю глаза и делаю вид, что увлечена рассмотрением убранства зала.

— Вон они, сидят за столом у окна, — Эстер указывает подбородком в нужную сторону, и я не удерживаюсь, чтобы тоже не взглянуть.

Четыре мужчины разговаривают между собой. Я знаю их имена наизусть, осталось определить кто есть кто. Самому старшему на вид лет тридцать пять, должно быть это Дерк. Другим двум по тридцать, у них чёрные волосы. Данстан и Дрю. Последний похож на моего ровесника. У него платиновые короткие волосы как у мамы и золотые глаза отца. Он развалился на стуле, откинувшись на спинку и вытянув ноги. Его рубашка расстегнута сверху на две пуговицы, и на нее накинут черный жилет с вышивкой серебристыми нитями. Видно, что он расслаблен и уверен в своей значимости в обществе. Для меня неожиданно то, что я нахожу его привлекательным. Дориан смеётся над словами брата, запрокинув голову. Я никогда не позволяла себе подобную эмоциональность.

Он будто чувствует мой настойчивый взгляд и оборачивается, но я успеваю повернуться к сестре и Эстер, чтобы вовлечься в их разговор.

— Вы будете сидеть со мной за одним столиком, где только члены королевства магии. По плану праздничный ужин, речи правителей об успешном годе и новых планах, а потом танцы, — речь молодой ведьмы льется, и я отвлекаюсь от мыслей о принце. — Только вот у вас наверно нет бальных карточек?

Она немного расстраивается на мгновение. Мы с Мэри недоуменно переглядываемся. Тут что, будут танцы по расписанию?

— Но ничего, мне кажется, у вас не будет отбоя от желающих, все хотят пообщаться с единственными суккубами здесь, — как ни в чем ни бывало продолжает Эстер.

Мы с сестрой участвовали в бале дебютанток в нашем штате, поскольку Джеймс был из старой и богатой семьи, это как раз было в прошлом году. Мысленно я поблагодарила маму, ведь она перед этим наняла нам репетитора по танцам на полгода, но помнила только вальс и котильон. Она осталась в восторге от нашей подготовки — ей это напоминало прежнюю жизнь.

Я заметила, что королевства придерживаются баланса в сохранении традиций и внедрения современных взглядов. Среди смертных тоже все еще практиковались династические браки, а в некоторых странах до сих пор жили будто в средневековье.

Проходим к столу, где уже сидят родители Эстер. Они приветствуют нас с улыбками. Мне удалось немного расслабиться благодаря общению с этой ведьмой, и я рада тому, что мы будем учиться вместе. Уже не так страшно остаться здесь на два года без сестры.