Глава 7

На следующий день первым занятием идет рукопашный бой, и у меня мандраж. Я никогда не дралась, даже на детской площадке за игрушки.

Мы выходим за пределы замка, тренировочная площадка находится на улице. Она представляет собой большую арену, где разложены мягкие настилы. Весь первый курс выстроился в шеренгу.

Перед нами встает преподаватель — высокий оборотень, у него развитая мускулатура и строгий вид, ничего общего с театральным профессором Гвадом.

— Меня зовут Генавр, я буду обучать вас ближнему бою.

Он представляется и оглядывает нас. У него поставленный голос, который разносится на всю округу.

Я бросаю взгляд вверх и вижу на балконах группу второкурсников, среди которых замечаю Эйрона. Он разговаривает с другим фейри и не обращает на меня внимания, но хотелось бы обратного.

— Парни, сегодня я посмотрю на ваши навыки, — голос учителя заставляет меня вернуть все внимание к нему. — Дамы, вас мы научим защищаться, не более. Зачем юным герцогиням и графиням драться и махать кулаками?

Большинство девушек от этих слов расслабляются, и лишь несколько недовольно возмущаются в полголоса. Я лишь хмурюсь и удивляюсь подобному положению дел. Это занятие бесполезно для меня, если тут не учат женщин драться.

Эстер стоит справа от меня и шепчет:

— Слава богам, у нас хоть есть боевая магия.

Ведьмы смогут дать отпор с помощью заклинаний и стихий, и не сомневаюсь, что перевертыши в своей животной форме могут убить любого и без особых навыков. Мы же, демоны и фейри были сильны, но эта сила бесполезна без умения нападать и вести бой.

— Я буду называть фамилии, и по двое выходят в центр, спарринг до первой крови, — объявляет Генавр и отходит в сторону.

Спустя пятнадцать боев доходит очередь до девушек.

— Эмилия Эллсворт и Кэтрин Гилфорд, вперед.

Я слышу свое имя и медленно выхожу в центр. Кэтрин оказывается фэйкой, на голову выше меня. Она улыбается, видя перед собой легкую цель.

— Кэтрин, нападай, но не бей по-настоящему. Эмилия должна защищаться и блокировать удары, — объясняет наш учитель.

Я встаю полубоком и выставляю кулаки перед своим лицом. Медленно дышу через нос и ожидаю ее выпада.

Она двигается слишком быстро, но я успеваю опустить руки ниже и заблокировать ее удар под ребра. Отпрыгиваю назад и выравниваю дыхание. Пытаюсь сосредоточиться на противнице, но начинаю паниковать. Ее тело снова движется на меня и ее кулак направлен в мой живот. Я пытаюсь сгруппироваться и оставляю лицо без защиты. Кэтрин пользуется этим, и ее вторая рука летит мне в нос.

Лицо немеет, и на несколько секунд я теряюсь в пространстве. Встряхиваю головой в попытке вернуть чувствительность, но что-то теплое течет по подбородку.

Мэри ахает и пытается сделать шаг, но Эстер берет её за локоть и качает головой.

— Понятно, с тобой будет сложно. Иди в лазарет и найди целительницу, — недовольно произносит Генавр.

Я чувствую себя уязвленной и слабой, это перебивает боль в лице. В очередной раз моя уверенность в себе пошатывается.

В мире смертных я знала, что сильнее их и легко могу сломать шею. Здесь же могла претендовать на позицию средненькой.

Перед тем как уйти, снова смотрю вверх, чтобы увидеть реакцию Эйрона, но его уже нет там.

Прикрываю ладонью нос и возвращаюсь в стены академии.

Я медленно иду по холлу и понятия не имею, где находится лазарет. Никого не встречаю по пути, чтобы спросить. Кровь уже не капает, рана заживает и боль проходит.

Мне нужно найти кого-нибудь, кто согласится тренировать меня дополнительно. Раз здесь учили драться только мужчин, то выбор небольшой —Эйрон или Дориан.

Только в мыслях всплывает образ первого, как тот выходит из-за угла и идет мне навстречу. Когда мы сближаемся, то встаем друг напротив друга. Он смотрит на меня с легкой улыбкой. Желает поддержать или смеется над моим провалом? Я держу руку у лица и гляжу исподлобья.

— Это было… ужасно. В первый раз дерешься?

Эйрон спрашивает у меня с насмешкой и скрещивает руки на груди.

— Лучше, чем издеваться, скажи как найти целительницу?

— У меня есть идея лучше, — он раскачивается на пятках и прищуривается, прежде чем продолжить. — Ты можешь взять у меня энергии и все мгновенно заживет.

Его предложение звучит соблазнительно. Я не ела довольно давно, но у меня не было опыта питания от фейри. Есть шанс, что не смогу сдержаться и заберу его жизнь, но сама перспектива попробовать кого-то сильного, заставила мой пульс учащается.

— Я не… — запинаюсь и опускаю руку. — Это может быть опасно для тебя, лучше не рисковать.

— Не отказывайся, мне самому интересно. Рассказывают, что один поцелуй с суккубом даже лучше… близости, — в его глазах плескается интерес и легкое возбуждение.

Мне становится неприятно, и я морщусь. Он так же, как и все, интересуется мной как диковинным зверем. Вот и причина помогать. А значит, если и убью его случайно, то не стану сильно винить себя.

Собираюсь развернуться и уйти в свою комнату. Плевать мне на сломанный нос, и на всех вокруг.

Он понимает по моему выражению лица, что сказал глупость.

— Прости, я не это имел в виду, — оправдывается Эйрон. — Я на самом деле хочу помочь тебе. Пойдем со мной.

— Куда?

— Тут мужской туалет рядом, умоешься и нам никто не помешает.

— Какой ты джентльмен, осталось только предложить мне деньги за услуги, — язвлю я.

— Ну, тогда уже я должен просить деньги, ведь ты будешь пить из меня.

Я напрягаюсь всем телом и собираюсь послать его, но он мягко обхватывает мои плечи и заводит в комнату с табличкой «мужской».

Эйрон открывает кран и просит меня:

— Смой кровь, посмотрим, насколько все плохо.

Я слушаюсь его. Все-таки, если мыслить здраво, то не хочется ходить с кривым носом. Когда выпрямляюсь, он берет мое лицо в руки и рассматривает нос. Без какой-то нежности или интимности — чувствую себя как на осмотре у доктора.

— Кость на месте, только кожа разорвалась от удара, — говорит он и продолжает держать ладони на моих щеках.

— Спасибо, — тихо говорю я.

От его близости все мои чувства обостряются. Остро ощущаю запах парфюма и его тела. Голод захватывает меня, и я готова впиться губами в его губы. Но нужно держать себя в руках, я мало его знаю, и вдруг он передумал? Пальцами обхватываю его предплечья в попытке отдалиться и совладать со своей животной стороной.

Эйрон словно понимает мои чувства и сам наклоняется ближе, касаясь носом моего. Наше дыхание смешивается, и он целует меня. Медленно и осторожно, будто давая выбор остановиться.

Я открываю свои чувства и нащупываю нить его энергии, затем начинаю тянуть. На вкус он как весенний солнечный день, когда воздух пахнет цветением. Это не сравнится со вкусом смертного. Моя постоянная тревога отступает, я ощущаю легкость и тепло в груди.

Прижимаюсь всем телом к нему и кладу ладони на плечи. Провожу руками по предплечьям, чувствуя под пальцами тугие мышцы. Он стонет мне в губы и сжимает пальцами мое лицо.

Я толкаю его к стене, не разрывая поцелуя и снова прижимаюсь. Хаотично касаюсь его шеи, живота и спины. Мне хочется съесть его, никогда не пробовала энергии лучше.

Понимаю, что кожа на носу уже затянулась. Не хочу останавливаться, лишь бесконечно пить из него.

Эйрон смыкает пальцы на моей шее и резко отталкивает меня. Я тихо хнычу и пытаюсь снова поцеловать его, но он крепко держит меня на расстоянии.

— Эмилия, очнись, — рычит он и слегка встряхивает меня.

Стыд и раскаяние накрывают меня, но проще обвинить его. Я не настаивала и не хотела этого.

— Я ведь предупреждала тебя. Ты сам предложил, — бросаю эти слова в него.

Эйрон трет грудь в районе сердца, словно осознал, что я могла убить его сейчас.

— Поэтому я и оттолкнул тебя, — отвечает он.

Его щеки покрываются румянцем, а губы опухли от моих яростных поцелуев. Я выскальзываю из его хватки на моей шее и отворачиваюсь. Если не смотреть на него, меня быстрее отпустит желание снова накинуться.

— Ты не сделала ничего такого, на что я не был готов.

Сжимаю веки и делаю глубокий вдох.

— Спасибо, мне, конечно, стало легче, — я говорю это, лишь бы эта неловкая ситуация начала быстрее стираться в моей памяти.

Выдыхаю и открываю глаза, глядя на свое отражение в зеркале над раковиной. Если бы только я выросла здесь, среди похожих созданий, и меня учили владеть собой лучше, то этого не произошло бы. Сейчас не время, но непрошенные воспоминания о маме накатывают на меня.

3 марта 2004 года

Первые месячные начались у меня в четырнадцать лет. Я сразу побежала к маме, чтобы взять средства личной гигиены и задать вопросы, которые мучили меня.

— Мам, у тебя есть прокладки или тампоны? — спрашиваю я, войдя в ее комнату.

Астрид сидела в кресле у окна и читала. Она подняла взгляд на меня и ответила на вопрос:

— Да, в ящике в ванной, иди возьми.

Я нахожу то, что нужно и возвращаюсь к ней.

— Я чувствую то, о чем ты говорила.

Она недоуменно смотрит на меня и тяжело вздыхает.

— Будь конкретнее, Эмилия, мы не в шарады играем и нас никто не слышит.

Говорить только по делу, она со мной не будет мягкой и понимающей мамой, которая посвящает дочь в женские дела.

— Голод, я хочу чужой энергии. Сначала я думала, что просто аппетит вырос и пыталась заесть его, но это не помогало, — быстро исправляюсь я. — И на мальчиков смотрю как на мясо, ощущаю их запах.

— Это потому, что у тебя началось половое созревание. Заметила, что у тебя месячные пошли позже, чем у смертных сверстниц?

— Да… ты говорила, что они будут редко идти? — уточняю у мамы.

— Верно, это связано с твоей продолжительностью жизни. Хорошо, что мы попали в мир смертных и я многое узнала о нашей… биологии, — мама обдумывает свои следующие слова. — В королевстве демонов девочкам ничего не объясняют, при первых месячных матери запирают дочерей дома и лишь учат пользоваться тряпками.

Она предается воспоминаниям, но на ее лице нет чувства ностальгии, лишь отвращение к дикости ее мира.

— Когда Мэри станет королевой, мы изменим все, и женщины будут равны с мужчинами, — мечтательно произносит она.

Я сдвигаю брови и сцепляю пальцы за спиной. Снова она о своих грандиозных планах. Не спросила, как я себя чувствую, не проявила понимания. Пару лет назад это задело бы меня по-настоящему, сейчас же не вызывало ничего кроме раздражения. Но я хочу порадовать ее, поэтому мягко улыбаюсь.

— Помнишь, ты говорила, что научишь меня питаться от смертных, когда придет время?

Она выныривает из своих грез и недовольно осматривает меня.

— Конечно, я помню. Дай мне пару дней, и я найду подходящего… мужчину.

Легкая дрожь проходит по моему телу. Да, я хочу попробовать чужую энергию и заглушить голод, но лишь одна мысль о поцелуях со взрослыми мужчинами вызывала тошноту.

Я выравниваю дыхание и поворачиваюсь к Эйрону. Нужно перевести тему и все наладится.

— А ты хорошо дерешься? — спрашиваю у него.

— Что? — он недоуменно смотрит на меня.

— Очевидно, девушек здесь не учат реальным приемам, — объясняю ему. — А мне нужно научиться драться, и если ты хорош в этом, то помощь не помешает.

Он прочищает горло и усмехается. Мысленно умоляю его понять мое желание замять первый опыт питания от такого как он и сделать вид что этого не было. Пока меня устроит только это, я не готова говорить.

— Не побоюсь показаться самоуверенным, но да, я хорош в этом. Когда приступим?

Я благодарно улыбаюсь. Он неплохо понимает меня, несмотря на то, что мы разговаривали всего два раза. Эйрон может стать моим другом, с ним почему-то легко и не нужно носить маски. Несмотря на то, какие цели он может преследовать.

— Как можно скорее, у меня мало времени.

Решаю прогулять оставшиеся занятия, все равно остальные думают, что я с травмой. Согласие Эйрона не может не радовать. Я не столь наивна, чтобы полагаться на то, что кинжал достанется мне легко и просто. За восемнадцать лет он мог попасть в чьи угодно руки, и они не обязательно на нашей стороне.

Я весь день провожу в кровати, обдумывая следующий шаг на пути к Дориану и как вычислить нахождение кинжала. Маги за нашим столом упоминали вечеринку, которая пройдет у второкурсников. Он обязан быть там. В расслабленной обстановке у меня больше шансов привлечь его внимание.

Мэри возвращается после уроков и, бросив сумку с тетрадями, торопится посмотреть на мое лицо.

— Я уже в порядке, всё зажило быстро, — говорю уверенно, предотвращая вопросы.

— Прости, не могла раньше уйти, тут сложно сбежать с занятий.

Она улыбается и делает брови домиком.

— Я не злюсь ни в коем случае, лучше расскажи про свой день.

Сестра взахлеб рассказывает об очередном уроке истории, о войне фейри, при которой и образовались два двора и что это уникальный случай. Остальные народы всегда были сплочённей.

Дослушав её, предлагаю:

— Давай пойдем на эту тусовку, сможешь поближе познакомиться с Максом.

Хитро улыбаюсь и подмигиваю.

— А ты собираешься обратить на себя внимание Дориана?

Мэри стучит кулаком мне в плечо и смеется.

— Да, таков план, ничего нового. Но мы уже были с ним наедине.

Рассказываю ей о нашей встрече в саду. Она возмущенно ахает.

— И ты сразу не рассказала? Ну и какой он? Не слишком противный?

— С чего ему быть таким? — недоуменно переспрашиваю я.

— Яблоко от яблони, как говорится, — она качает головой и пожимает плечами.

— Нет, он был довольно мил со мной, даже удивительно.

— Демоны как будто не воспринимают нас всерьез, — замечает сестра.

— И это хорошо, мы просто две сироты, последние из своего вида.

Лучше быть экзотичными игрушками, которых хотят заполучить местные мужчины. Мы и сами умели только использовать свою сексуальность как манипуляцию. Ни навыков борьбы, ни стратегии. Но скоро все перевернется для них.

Эйрон ждет меня в небольшом зале. Мы договорились тренироваться по вечерам два раза в неделю. Он одет в черные спортивные штаны и облегающую футболку.

— Где ты достал современные вещи? — удивленно спрашиваю у него.

— Мы тут, конечно, далеки от современности, но ввозим товары из мира смертных, — поясняет он и пальцем манит меня к себе.

— Начнем с разминки, не хочу, чтобы ты травмировалась.

Хотя мне и неловко всего мгновение, но я быстро беру себя в руки и повторяю зеркально его движения.

Когда мы закончили с этим, он предлагает:

— Для начала могу научить тебя группироваться, когда противник делает подсечку или пытается опрокинуть тебя на спину.

— Ладно, ты тут главный, — отвечаю я и встаю перед ним расставив ноги на ширине плеч. — Только не используй свою силу на всю.

— Обещаю быть аккуратным, — он бросается вперед и хватает меня за запястья, при этом делая подсечку правой ногой. Я начинаю падать, но не касаюсь пола спиной, потому что он держит меня за руки.

Он объясняет мне, как нужно правильно выставлять руки, переворачиваться и падать так, чтобы не получать серьезных увечий. Через сорок минут у меня болят бока и руки, но я стараюсь не показывать ему свой дискомфорт. При последнем падении я громко выдыхаю и уже не могу пошевелиться. Эйрон наклоняется надо мной и смеясь спрашивает:

— Может хватит для первого раза? Мне кажется, я тебя замучил.

Я устало смотрю ему в глаза, и он протягивает ладонь, чтобы помочь подняться.

— Нет, нужно еще немного. Ускоренная программа и все такое.

Натягиваю улыбку лишь одними пересохшими губами и сажусь на пол.

— Слушай, ты хочешь научиться драться, из-за того, что произошло с твоей мамой? — аккуратно спрашивает он.

Меня накрывает дикая смесь чувств, которые привыкла скрывать. Я стараюсь не вспоминать о ее смерти, и думать лишь о цели. Мне это нужно чтобы не рассыпаться, но картинки кровавой кухни мелькают в мыслях.

Он не знает о моих настоящих мотивах, поэтому лишь киваю. Частично это правда, я не хочу быть такой же беззащитной как мама перед лицом опасности. С другой стороны, если кто-то вознамерился убить тебя, то он постарается закончить начатое, как бы хорошо ты ни защищалась.

— Прости, если спросил о слишком личном, сменим тему?

Эйрон понимающе предлагает мне избежать серьезного разговора, в очередной раз.

— Нет, все в порядке. Я хочу, чтобы ты спрашивал.

Нужно судить ведь по поступкам? Эйрон пока не сделал ничего плохого, только помогал мне. И даже доверил свою жизнь, я могу ответить тем же.

— Как идет расследование её убийства?

Продолжает он и садится рядом.

— Не знаю, подручные Сорсеры занимаются этим, — я пожимаю плечами и смотрю перед собой, избегая зрительного контакта.

— Почему она просто не использует заклинание, которое может показать события прошлого в определенном месте?

— О чем ты?

Я не понимаю. Откуда он знает столько о магии, а нам с сестрой королева ничего не рассказывала. Ведь так быстрее можно выйти на убийцу и наказать его.

— Если вернуться туда, где ее убили и прочитать его, то можно увидеть, как все произошло, — произносит Эйрон полушепотом, будто боится, что нас подслушают.

— Почему она не сделала тогда этого?

— Этот вопрос нужно задать ей.

Я поворачиваюсь к нему и смотрю прямо в глаза. Напрягаюсь всем телом и выпрямляю спину. Один маленький кусок информации заставил меня сомневаться. Зачем Сорсере скрывать это от нас и не использовать все способы чтобы быстрее раскрыть убийство мамы?

— А ты откуда знаешь об этом?

Эйрон на несколько секунд теряется, будто взвешивает решение говорить или нет. Наконец он отвечает:

— Мой отец много знает о магах, он много лет работает послом Неблагого двора и у него везде есть связи.

И уши. Вряд ли маги ходят по дворцу и рассказывают о заклинаниях при после от фейри.

— Спасибо, я обязательно спрошу у нее.

Он улыбается мне и между нами повисает неловкая пауза. Теперь я точно не хочу продолжать эту тему, нужно уединиться и подумать.

Придумываю причину поскорее уйти:

— Я пойду, нужно еще домашнее задание по истории выполнить.

Вскакиваю на ноги и быстрой походкой направляюсь к выходу из зала, не попрощавшись с ним.