Глава 28 Новый союзник

Она вернулась в отель с чувством странного облегчения. Кейн согласился сотрудничать. Он был жестоким убийцей, он был врагом, но теперь он стал их союзником. Ирония судьбы, которую она не могла бы придумать даже в самом мрачном сне. Она сидела за столом в своей комнате, перебирая документы из папки Сэмюэла Уитфилда, и пыталась найти ту нить, которая вела бы к настоящему наследнику.

Калеб стоял у окна, глядя на ночной Вашингтон.

— Ты действительно веришь, что он поможет нам?

— Я верю, что у него нет выбора, — сказала она, не поднимая глаз. — Он узнал, что вся его жизнь была ложью. Он хочет знать правду. И он знает, что единственный способ узнать её — это помочь нам.

— Или он просто хочет использовать нас, чтобы выйти на свободу.

— Возможно, — сказала она. — Но пока его интересы совпадают с нашими, мы можем использовать его.

Она взяла фотографию, которую нашла в доме Сэмюэла, и посмотрела на лицо мужчины, который стоял рядом с её отцом. Друг её отца. Человек, который, возможно, знал всё. Она чувствовала, что ответы были где-то рядом, но она не могла их найти.

На следующее утро они встретились с Кейном в комнате для свиданий. Он выглядел уставшим, но его глаза были ясными.

— Я думал о том, что ты сказала, — начал он. — О том, что я — не настоящий Кейн. Я проверил свои старые записи и нашёл кое-что.

— Что? — спросила она, наклоняясь вперёд.

— У меня были записи о встречах с человеком, которого Роуз называла «Наставником». Он был тем, кто обучал меня, кто готовил меня стать наследником. Я никогда не видел его лица — он всегда носил маску. Но я слышал его голос. И я думаю, что это тот человек, которого ты ищешь.

— Ты можешь описать его голос?

— Он был низким, с лёгкой хрипотцой. Он всегда говорил медленно, как будто взвешивал каждое слово. И он знал всё о моей семье — о моём отце, о его смерти, о том, что он хотел выйти из системы.

Эмма почувствовала, как холод пробегает по её спине.

— Ты сказал, что у тебя есть записи? Где они?

— Они были в моём старом офисе в Нью-Йорке, — сказал он. — Я не уничтожил их, потому что думал, что они мне пригодятся. Но теперь они могут пригодиться тебе.

— Мы найдём их, — сказала она. — Где твой офис?

— В здании на Манхэттене, в центре города. Но это не так просто — после того, как ты опубликовала те статьи, здание было опечатано. Я не знаю, есть ли у тебя доступ.

Эмма улыбнулась.

— У меня есть Майя.

Через несколько часов Майя уже сидела за ноутбуком, взламывая систему безопасности здания, где находился офис Кейна.

— Я внутри, — сказала она через пятнадцать минут. — Здание пустое, но есть охрана, которая патрулирует периметр. У меня есть доступ к видеокамерам и сигнализации. Вы можете войти.

Эмма и Калеб стояли у здания, одетые в тёмную одежду. Они прошли через чёрный ход, который Майя открыла удалённо, и поднялись на пятый этаж. Внутри офиса было тихо, и пахло пылью и старыми бумагами. Они нашли старый сейф, который Кейн описал, и открыли его с помощью кода, который он дал им.

Внутри лежали записи, письма, фотографии. Среди них была запись телефонного разговора, сделанная в 1995 году. Эмма включила её.

Голос был низким, с лёгкой хрипотцой, и говорил медленно, взвешивая каждое слово.

«Ты должен помнить, Элиас, что ты — будущее системы. Ты — её наследник. Но ты должен быть осторожен. Есть те, кто хочет разрушить её. Твой отец хотел выйти. Он заплатил за это жизнью. Ты не должен повторить его ошибку».

Эмма сжала запись в руках, чувствуя, как гнев поднимается внутри неё. Этот голос был знакомым. Она слышала его раньше — в записях, которые дала ей мать. Он был тем, кто давал указания. Он был тем, кто стоял над всеми.

— Это он, — сказала она, глядя на Калеба. — Это настоящий наследник. Он был тем, кто обучал Кейна. Он был тем, кто создал систему.

— Как его зовут? — спросил Калеб.

— В записях он упоминается как «Наставник», — сказала она. — Но я знаю его. Я слышала этот голос в письмах, которые дала мне мать. Это человек, который был другом моего отца.

Она взяла фотографию и посмотрела на лицо мужчины, который стоял рядом с её отцом. Он был на фотографиях, в архивах, в документах. Он был везде. Но никто не знал его имени.

— Мы должны найти его, — сказала она. — Мы должны найти его до того, как он найдёт нас.

Она убрала записи в рюкзак и направилась к выходу. Когда они вышли из здания, она почувствовала решимость. Теперь у них было имя, у них был голос, у них был след. И они не остановятся, пока не найдут его.