Глава 3. Андреев

[2135-03-04 12:01:22] Внимание: Угроза транспортного коллапса, Теград, трасса 4k26.

[2135-03-04 12:01:22] Информация: Поиск оптимального решения...

[2135-03-04 12:01:23] Информация: Поиск оптимального решения...

[2135-03-04 12:01:24] Информация: Поиск оптимального решения... Успешно

— Системный лог

— Вот такие новости, коллеги, — Андреев опёрся костяшками пальцев о столешницу, медленно обводя взглядом лица преподавателей. Позади него на стене светились графики последнего когнитивного среза седьмого курса. — Теперь мы видим ясно, что наша модель обучения показала свою несостоятельность.

— Ну почему же сразу несостоятельность, Алексей Сергеевич? Я думаю, нам не стоит оперировать такими терминами, — грузный Кропоткин, преподаватель экономики, а в недалёком прошлом ответственный за стратегическое развитие «Теград Групп», достал платок и промокнул лоб. — Все студенты (я особенно хочу подчеркнуть — все!) демонстрируют уровень, превышающий среднестатистический на восемь процентов. И это не говоря про сливки нашего выпуска!

— Это может быть пятнадцать процентов, двадцать, сорок! Не имеет значения. Мы не справились с главной задачей. — Андреев уставился на Кропоткина ледяным взглядом, тон его голоса пополз вверх, — которая состоит, в том (я вам напомню!), что мы должны подготовить высококлассных системных специалистов.

— Но всё-таки, Алексей Сергеевич! Это ведь был всего лишь эксперимент, и можно уверенно утверждать, что он принёс хорошие результаты. Хоть и не совсем там, где их ожидали вы. Если мы переквалифицируемся в профильный вуз, мы сразу займём верхнюю строчку во всех рейтингах. Наши стандартные показатели лучше...

— Лучше?! — Андреев не выдержал. — Вы забываетесь, Виктор Петрович. Институт был создан, чтобы пополнить ряды тех, без кого мы просто не сможем выжить как вид! — он окончательно вышел из себя. — Мы дожили до того, что разучились задавать вопросы искусственному интеллекту! Мы даже не можем сформулировать задачу, которую Арина не может решить! Но не из-за всемогущества этой нейронной клуши! А из-за нашего скудоумия!

Глубоко вздохнув, он грузно опустился в кресло. Лучше…

— Я прошёл круги ада не затем, чтобы просто взять и отказаться от всего, к чему мы так долго шли, — добавил директор уже относительно спокойно. — Нужно перелопатить учебные планы, найти ошибку и начать заново...

— При всём уважении, — опять вмешался Кропоткин. — Но это решать не вам, Алексей Сергеевич. Решать будет совет.

Андреев сдержался от язвительной усмешки... Ну, конечно, совет. Совет, где Кропоткин уже не первый год пытается продавить свои метрики, превращая каждое заседание в перепалку. 

— И инвесторы, — добавил Кропоткин недвусмысленно.

Волна его торжества ощущалась почти физически: наконец у него на руках появились козыри.

— Да неужели вы до сих пор не можете понять? — теперь Андреев старался говорить проникновенно, расставляя акценты. — Да, мы усиленно осваиваем солнечную систему. Да, мы строим подводные города. Но это всё инерция. Её не хватит надолго. Ну продлится она ещё пятьдесят лет. Может, сто. Но что дальше? Мы проходим критическую точку. И если не переломить тенденцию угасания системного мышления сегодня, то завтра мы просто превратимся в сборище дикарей с набедренными повязками, живущими на руинах цивилизации! И Арина будет просто...

— Алексей Сергеевич, дорогой, вы продолжаете фокусироваться на абстрактных угрозах, игнорируя наши реальные, измеримые достижения. Нам бы разобраться с текущими задачами, а уже потом начинать придумывать что-то новое. — Кропоткин говорил мягко, почти убаюкивающе. — Арина, дай сводку института за этот учебный год.

— Абитуриентов — шестьсот тридцать четыре. Прошедших отбор — триста сорок пять. Отсеялось в первом семестре — шестьдесят восемь. Прогнозируемое количество выпускников седьмого курса — сто сорок три. Прогнозируемое количество отсеянных на финальном этапе — двадцать один. Коэффициент качественных специализированных знаний в разрезе со средним значением по вузам — плюс восемь процентов. Коэффициент качественных специализированных знаний верхней десятки студентов в разрезе со средним значением по вузам — плюс девятнадцать процентов. Прогресс коэффициента успеваемости в срезе за семь лет...

— Достаточно, Арина, — голос Андреева прозвучал ровно, без тени раздражения, и все удивлённо повернули к нему головы. — У меня только одно уточнение по этой статистике. Выведи, пожалуйста, корреляцию между коэффициентом качественных знаний и результатами решения нелинейных задач в контрольной группе седьмого курса.

Кропоткин нахмурился: он, конечно, понял, к чему клонит директор. Остальные преподаватели переглянулись.

— Готово, — ответила Арина. На главном экране замелькали графики. — Корреляция отрицательная. Минус двенадцать сотых процента.

В комнате повисла звенящая тишина.

— Парадокс Вибурнума, — прошептали за столом. Андреев удивлённо оглядел присутствующих, но понять, кто говорил, не смог. Неужели кто-то действительно понимает?

Кропоткин опять достал платок и поднёс его к раскрасневшемуся лицу.

— Прекрасно! — горячо воскликнул он. — Прекрасно! Но это лишь ещё одно подтверждение, что ваша идея провалилась, Алексей Сергеевич.

Андреев уже было открыл рот, чтобы ответить, но его опередила Ерошина, преподаватель математики.

— Я думаю, можно прийти к консенсусу, — сказала она, неловко поправляя воротник рубашки. — Например, мы можем вынести системную метаархитектуру в отдельную дисциплину. Такой вариант устроит всех.

За столом одобрительно загудели. Ерошина была самым молодым преподавателем их института, и всегда отличалась своей дипломатичностью.

Вот и всё. Андреев устало прикрыл глаза. В голове вдруг вспыхнуло саркастическое: «Компромисс Ерошиной». Он с самого начала заседания знал, что этим закончится. В любом случае это лучше, чем ничего.