Глава 13. Пролог в прошлое

Я закрыла ноутбук и начала задумчиво перебирать свои кудри, обдумывая всё, через что мне пришлось пройти. Как я выжила? Как я научилась дышать с этой болью, не давая ей задушить себя?

Я снова заглянула в банку. В этот раз мне хотелось поймать настроение той, прежней Акасты — девочки, которая любила «до ушей» и еще не знала, какой сокрушительный удар подготовила ей судьба. Среди писем я нашла листок, который должен был стать началом моей книги десять лет назад.

Письмо №5 (Пролог) «Мне было сложно писать эту книгу. Каждая глава возвращала мне ту боль и страх, которые я испытывала. Но я продолжала писать, несмотря ни на что. Я хочу донести до людей то, о чем обычно молчат. Все привыкли к сказкам и фильмам, где всё чудесно, но если вернуться в реальность? Что там? Сплошное дерьмо, разочарование и проблемы. Я хочу доказать, что все через это проходят. И что после этого можно жить дальше... или нет? Надеюсь, эта история заставит вас проникнуться и оставит послевкусие».

— Неплохой пролог для пятнадцатилетней девочки, — горько усмехнулась я про себя. Казалось, если бы я тогда проявила упорство, из меня мог бы выйти хороший писатель. Но жизнь повернула штурвал совсем в другую сторону.

Экран телефона вспыхнул. 02:38. Анаэль.

Мы переписывались уже какое-то время: я жаловалась, что из старых друзей рядом почти никого не осталось, он рассказывал о своих буднях в Польше. Его сообщения ложились на душу теплым компрессом.

Анаэль: «Ты повзрослела. Да и в целом мы повзрослели. Изменились. Раньше мы вели себя как ебнутые. Я был эгоистом пиздец». Я: «А еще меня воспитывал похуист».

Эти слова кололи и гладили одновременно. Он действительно воспитывал меня, сам того не осознавая. Он был моим миром, моим учителем боли и моей единственной нежностью.

Анаэль: «А теперь понимаю, что нельзя делать больно людям, которые мне не безразличны. Я раньше мог тебе что-то плохое сказать. Тупо рандомную хуйню спиздануть, не обдумав».

Я смотрела на эти строчки, и пальцы сами начали набирать то, что я хранила в себе годами.

Я: «Я когда маме крестной рассказывала про тебя, я в один момент поняла, что та картина, на которой я росла — это просто ты. Потому что дедушка рано ушел. Отца и не было никогда. И был выбор: или образ матери, или твой».

Внутри всё пылало. Видя его сообщения, я кожей чувствовала, как сильно хочу оказаться рядом. Хочу стереть эти тысячи километров, разделяющие нас, и просто замолчать в его объятиях. Теперь, когда он наконец всё понял, между нами стояла только география.

Мы переписывались до самого утра. Это был бесконечный диалог, в котором смех на всю квартиру перемежался с тихими слезами, капающими на экран. В какой-то момент, когда небо за окном начало светлеть, я набрала те самые слова, которые стали моим обетом: — Я дождусь тебя. Я обещаю.

В ту минуту мне казалось, что всё абсолютно реально. План был прост: я жду его до следующего лета, он приезжает, и мы смотрим, что сделало с нами расстояние. Если мы выдержим эту разлуку и при встрече между нами вспыхнет то же бешеное притяжение — мы решим вопрос с моим переездом. А пока... пока мне нужно было просто жить и писать.

Но стоило мне закрыть глаза, как сон превращался в суматошный бред. В нем жил липкий страх предательства. Мне казалось во сне, что я снова кого-то потеряла, но никак не могла понять — кого именно. Я металась по подушке, пытаясь удержать ускользающие тени, и просыпалась в полном непонимании.

Мои дни стали скудными и однообразными: работа, дом, репетитор по польскому.

Польский давался мне с огромным трудом. Язык казался колючим, чужим, он никак не хотел укладываться в голове. Но я вгрызалась в каждое слово, в каждое правило с маниакальным упорством. Мне было жизненно важно показать ему, насколько серьезно я настроена.

Я хотела доказать — не словами, а действиями, — что я люблю его. И что эта любовь способна преодолеть и границы, и чужую речь, и годы тишины. Я строила мост в Варшаву из учебников и бессонных ночей, надеясь, что на том конце его тоже кто-то строит мне навстречу.

[ Из архива Акасты. Запись в текстовом редакторе. Файл: «Пролог в прошлое». Сохранено. ] 

«Когда у тебя отнимают всё, ты либо учишься строить мосты из осколков, либо тонешь. Я выбрала строить. Чужой колючий язык, тысячи километров пустоты и липкие ночные кошмары — ничто, пока на том конце провода меня ждет мой Корги».