Глава 14. Пепел и куранты

Тоска усиливалась с каждым днем.

Приближался Новый год, и я с каждой секундой осознавала: всё вокруг напоминает о нем. Писать становилось невыносимо тяжело. В голове, как в испорченном проекторе, проигрывались картины нашего совместного будущего — те, которых никогда не было в реальности, но которые я выдумала до мельчайших деталей. Мне хотелось, чтобы летом он наконец принял решение, сделал предложение, и мы стали настоящей семьей.

Но на обратной стороне этой мечты холодным шрифтом была выбита правда: он мне ничего не обещал.

По сути, я могла ждать «ничего». Пустоту в красивой упаковке. Эта мысль выжигала меня изнутри, усугубляя депрессию. Мы были близки в переписках, но этого становилось мало. Мне было холодно. Иногда я спрашивала себя: если бы сейчас мне предложили навсегда забыть всё наше прошлое — согласилась бы я? И я не знала ответа.

Критическим моментом стал разговор с его мамой. Я сидела на работе перед праздниками, когда увидела её. Поздравила с прошедшим днем рождения, завязался дежурный диалог.

— Как дела? Какие планы? — спросила она. — Всё хорошо. Дорабатываю до лета, а потом... другие планы. — А на личном? — Всё стабильно.

Я пыталась прочитать её взгляд, но не могла. В её глазах читалось то ли спокойствие, то ли глубокая, скрытая жалость ко мне. От этого становилось не по себе.

31 декабря. 22:30.

Мы с друзьями решили отмечать Новый год в интернете. Сидя в Дискорде, мы пели, смеялись, пытались создать иллюзию праздника. Под бой курантов я быстро написала на листке бумаги заветные слова: «Я хочу выйти замуж за Анаэля».

Огонь превратил желание в серый пепел. Я выпила шампанское и вернулась к друзьям. Мы праздновали так не первый год, и это помогало мне чуть меньше ненавидеть этот день. Любовь к Новому году пропала у меня еще пару лет назад — в тот день, когда надежда моей матери была растоптана самым жестоким образом.

Я помню, как мама была необычайно красива в тот вечер. Она готовила весь день, сияя от счастья: мой отчим должен был впервые праздновать с нами. Он только что подал на развод, решил окончательно быть с ней и собирал последние вещи. Время мчалось, пора было садиться за стол, но он не брал трубку. Ни через час, ни через три.

А потом пришло короткое смс от его бывшей жены: «Он повесился».

Мама впала в черное отчаяние. А я... я тогда просто не знала, как реагировать на смерть, которая снова пришла в наш дом без приглашения. И теперь, сжигая бумажку с именем Анаэля, я невольно задавалась вопросом: не станет ли и моя мечта таким же пеплом?

[ Из архива Акасты. Запись в текстовом редакторе. Файл: «Пепел и куранты». Сохранено. ] 

«В нашей семье у Нового года особый вкус — вкус разбитых надежд и внезапной смерти. Я выпила залпом серый пепел со своим главным желанием, гадая, что случится раньше: я дождусь своего Корги или эта выдуманная мной сказка окончательно меня уничтожит».